схватилъ его за обѣ руки и сталъ трясти ихъ съ горячностью, живостью и фамильярностью «чисто южною», какъ сказалъ-бы французъ.
Однако субъектъ этотъ не былъ уроженцемъ юга; когда онъ говорилъ, то страшно жестикулировалъ; казалось, что мысль его во чтобы то ни стало должна была проявиться въ какомъ либо жестѣ или тѣлодвиженіи, иначе она могла-бы взорвать его мыслительный аппаратъ. Его глаза, маленькіе какъ у человѣка умнаго; большой подвижной ротъ, были чѣмъ-то въ родѣ предохранительныхъ клапановъ, которыми выходилъ излишекъ его внутренняго содержанія; онъ говорилъ такъ много и быстро, что, по правдѣ сказать, Шандонъ ничего даже не понималъ.
За всѣмъ тѣмъ, онъ узналъ маленькаго человѣчка, котораго никогда не видѣлъ. Въ головѣ его промелькнула свѣтлая мысль, и въ то время, когда незнакомецъ началъ отдуваться, Шандонъ быстро проговорилъ:
– Докторъ Клоубонни?
– Онъ самъ, собственною особою! Болѣе четверти часа я ищу васъ, и у всѣхъ спрашиваю про Forward! Поймите-же мое нетерпѣніе! Еще пять минутъ – и я сошелъ-бы съума? Итакъ, вы помощникъ капитана, Ричардъ Шандонъ? Значитъ, вы существуете, вы не миѳъ? Вашу руку, вашу руку. Позвольте мнѣ еще разъ пожать ее! Да, эта рука Ричарда Шандона. Но если существуетъ Ричардъ Шандонъ, то существуетъ и бригъ Forward, которымъ онъ командуетъ; если онъ командуетъ бригомъ, то отправится въ море, а если отправится въ море, то возьметъ съ собой доктора Клоубонни.
– Да, докторъ, я Ричардъ Шандонъ, бригъ-же Forward, отправляющійся въ плаваніе, существуютъ несомнѣнно, а не только въ одномъ воображеніи.
– Это совершенно логично,– отвѣтилъ докторъ, вдохнувъ значительное количество воздуха,– это совершенно логично. Я несказанно радуюсь этому, я на вершинѣ блаженства! Давно уже я жду такого случая, давно уже хотѣлъ предпринять подобное путешествіе. Мы увѣрены…
– Позвольте… перебилъ Шандонъ.
– Мы увѣрены,– продолжалъ докторъ, не слушая Шандона,– что съ вами мы уйдемъ далеко и не сдѣлаемъ шагу назадъ.
– Однакожъ… возразилъ Шандонъ.
– Потому что вы представили доказательства своего умѣнья, и мнѣ извѣстенъ вашъ послужной списокъ. Да, вы отличный морякъ!
– Если вы…
– Нѣтъ, я не желаю, чтобы ваше мужество, ваша храбрость, ваше искусство подвергались сомнѣнію, хотя на единую минуту, даже съ вашей стороны. Капитанъ, назначившій васъ своимъ помощникомъ, не далъ маху, увѣряю васъ!
– Да не въ томъ дѣло,– сказалъ вышедшій изъ терпѣнія Шандонъ.
– A въ чемъ-же? Ради Бога, не мучьте меня!
– Да вы не даете мнѣ сказать слова! Прежде всего, докторъ, что понудило васъ принять участіе въ экспедиціи брига Forward'а?
– Письмо, очень достойное письмо – вотъ оно – письмо добрѣйшаго капитана, очень лаконическое, но зато вполнѣ достаточное!
Говоря это, докторъ подалъ Шандону письмо слѣдующаго содержанія:
«Инвернесъ, 22-го января 1860 года.
«Доктору Клоубонни
«Ливерпуль.
«Если доктору Клоубонни угодно отправиться на бригѣ Forward'ѣ въ продолжительное плаваніе, то онъ можетъ явиться въ помощнику капитана Ричарду Шандону, получившему въ этомъ отношеніи надлежащія инструкціи.
«Капитанъ брига Forward
«K. Z.».
– Письмо получено сегодня утромъ, и я готовъ сегодня-же подняться на бортъ брига.
– По меньшей мѣрѣ, вамъ извѣстна цѣль настоящей экспедиціи, докторъ? – спросилъ Шандонъ.
– Нисколько; впрочемъ, это не имѣетъ для меня никакого значенія. Главное – лишь-бы отправиться куда-нибудь! Говорятъ, будто я человѣкъ ученый. Но я ничего не знаю, и если я издалъ кое-какія книженки, которыя расходятся недурно, то въ этомъ отношеніи я былъ не правъ. Публика слишкомъ ужъ снисходительна, если покупаетъ ихъ. Ничего я не знаю, говорю вамъ, за исключеніемъ того, что я величайшій невѣжда. Но мнѣ даютъ возможность пополнить или, скорѣе, исправить мои познанія въ медицинѣ, хирургіи, исторіи, географіи, ботаникѣ, минералогіи, конхиліологіи, геодезіи, химіи, физикѣ, механикѣ и гидрографіи; ну что-жъ, я согласенъ и, увѣряю васъ, просить себя не заставлю.
– Слѣдовательно,– началъ разочарованный Шандонъ,– вамъ неизвѣстно, куда отправляется Forward?
– Напротивъ, извѣстно. Онъ отправляется туда, гдѣ можно чему-нибудь научиться, гдѣ можно что-нибудь открыть, сравнить, гдѣ встрѣчаются другіе обычаи, другія страны, гдѣ можно изучать другіе народы и процессъ присущихъ мнѣ функцій; словомъ, бригъ отправляется туда, гдѣ мнѣ никогда не приводилось бывать.
– Но болѣе опредѣленно? – вскричалъ Шандонъ.
– Какъ я слышалъ,– отвѣтилъ докторъ,– бригъ отправляется въ сѣверныя моря. Ну что-жъ, на сѣверъ, такъ на сѣверъ!
– По крайней мѣрѣ,– спросилъ Шандонъ,– вы знаете капитана брига?
– Нисколько! Но, повѣрьте мнѣ, это достойный человѣкъ!
Высадившись въ Биркенгедѣ, Шандонъ разъяснилъ доктору настоящее положеніе вещей, и таинственность предпріятія не замедлила воспламенить воображеніе Клоубонни. При видѣ брига онъ пришелъ въ восторгъ. Съ этого дня докторъ не разставался съ Шандономъ и каждое утро осматривалъ корпусъ Forward'а.
Впрочемъ, ему спеціально была поручена установка аптеки на бригѣ.
Клоубонни былъ докторъ и притомъ хорошій докторъ, но практикою онъ занимался мало. На двадцать пятомъ году отъ роду онъ былъ уже докторомъ медицины, какъ и всѣ, впрочемъ, а на сороковомъ – настоящимъ ученымъ. Извѣстный всему городу, онъ былъ членомъ литературнаго и философскаго общества въ Ливерпулѣ. Его небольшое состояніе позволяло ему пользовать больныхъ безвозмездно, что нисколько не уменьшало достоинствъ его безкорыстныхъ совѣтовъ. Любимый всѣми, какъ личность въ высшей степени обязательная, онъ никогда не причинялъ вреда ни другимъ, ни самому себѣ. Живой и, пожалуй, нѣсколько болтливый, онъ былъ человѣкъ съ добрымъ сердцемъ, съ рукою всегда готовою помочь всѣмъ и каждому.
Какъ скоро въ городѣ узнали объ переселеніи доктора на бригъ, друзья Клоубонни дѣлали всевозможныя попытки удержать его въ городѣ, что еще больше укрѣпляло ученаго въ разъ принятомъ имъ рѣшеніи. – Стоило только доктору гдѣ нибудь пустить корни, и едва-ли нашелся-бы человѣкъ, способный сдвинуть его съ мѣста.
Съ этого времени всякаго рода догадки, предположенія и опасенія увеличивались не по днямъ, а по часамъ, что не помѣшало, однакожъ, спустить бригъ Forward на воду. Черезъ два мѣсяца бригъ былъ уже готовъ къ выступленію въ море.
15-го марта, какъ сказано было въ письмѣ капитана, по эдинбургской желѣзной дорогѣ въ Ливерпуль была доставлена датская собака, по адресу Ричарда Шандона. Повидимому, то было злое, трусливое и даже зловѣщее животное, съ какими-то странными глазами. На мѣдномъ ошейникѣ было начертано слово: Forward. Шандонъ въ тотъ-же день принялъ собаку на бортъ и о полученіи ея отправилъ въ Ливорно увѣдомительное письмо, подъ указанными иниціалами.
Такимъ образомъ, не считая капитана, экипажъ брига Forward'а находился въ полномъ комплектѣ и состоялъ: 1) изъ капитана, К. Z.; 2) Ричарда Шандона, помощника капитана; 3) Джемса Уэлля, третьяго офицера; 4) доктора Клоубонни; 5) Джонсона, шкипера; 6) Симпсона, гарпунщика; 7) Белля, плотника; 8) Брентона, перваго машиниста; 9) Шовера, втораго машиниста; 10) Отронга (негра), повара; 11) Фокера, лоцмана; 12) Уольстена, оружейника; 13) Больтона, матроса; 14) Гарри, матроса; 15) Клифтона, матроса;
