— Я же сказала вам, что у меня есть работа.
Собрав самые большие осколки, она решила, что более мелкие подождут до утра. Сейчас Хезер хотела только одного — чтобы он убрался из ее дома.
Лео взглянул на картины, а затем снова на Хезер. Сначала он подумал, что она какая-нибудь секретарша или администратор. Но она оказалась художницей, и это многое объясняло: ее непринужденную одежду, забавную убежденность в том, что она может говорить все что хочет, и искреннюю веру в то, что она способна решить проблему за чашечкой чая и беззаботной болтовней. Художники живут в своем собственном мире.
Он снова вернулся к делу.
— Я не знаю, как вам удалось завязать такие тесные отношения с моим сыном, — сказал Лео, — но после спартакиады ситуация… ухудшилась. Единственный способ не превратить выходные в кошмар — это… Если вы… — Он не мог найти подходящих слов. Он не привык кого-то о чем-то просить, а тем более женщину, которая действовала ему на нервы.
— Если я — что?
— Кино… ланч… обед. Я уезжаю в воскресенье днем, — добавил он, увидев растерянность на ее лице.
— Вы хотите, чтобы я пожертвовала своими выходными, чтобы вытащить вас из неприятностей, с которыми вы не можете справиться?
— Пожертвовать? — язвительно рассмеялся Лео. — Я еще не встречал такой женщины, которая назвала бы жертвой возможность провести со мной время.
— В этом-то и проблема. Такие мужчины, как вы, никогда не встречают отказа, — вздохнула Хезер, понимая, что не сможет отказать.
Глава 2
Раздраженный, Лео решил оставить этот бесполезный разговор. Зачем вести дискуссию с женщиной, которая не имеет никакого значения в его жизни? С практической точки зрения она была нужна ему всего лишь на эти выходные, чтобы поднять настроение его сыну и вызвать улыбку на его лице.
К полудню следующего дня — после того, как они посетили зоопарк, где Даниель проявил удивительные познания о животном мире, — Лео почувствовал, что его интерес к Хезер возрастает.
Она излучала тепло и свет, а ее смех как будто вселял радость.
Сидя за чашечкой чая в кафе зоопарка он заметил, что женщины разговаривают не только о динозаврах, рептилиях и компьютерных играх. Когда Кэтрин спросила его о работе, чтобы вовлечь в разговор, Лео был застигнут врасплох рассуждениями Хезер о политике «слияний и поглощений» и о бесчисленных жертвах «грабительских конгломератов».
Мать пыталась скрыть свое изумление, а Лео уставился на Хезер так, будто она превратилась в одно из животных, которых они только что кормили.
«Грабительские конгломераты»? Разве употребляют такие слова деревенские девушки, живущие в глуши?
Ее губы насмешливо изгибались, когда она обращалась к Лео, и ему не нравилось это.
Что она возомнила о себе? Неужели она думает, что сумеет произвести на него впечатление своими познаниями?
Когда они пошли прогуляться по бульвару, Лео, засунув руки в карманы, тихо пробормотал, наклонившись к ее уху:
— Художница и финансовый эксперт в одном лице? Хм-м… У вас много талантов. Я даже не представлял, что вас настолько интересует бизнес.
Хезер отпрянула от него. Теплое дыхание коснулось ее лица, и от этого дрожь прошла по ее телу. Сейчас она была совсем не в том состоянии, чтобы уверять Лео, насколько прекрасно она разбирается в экономике. Однажды ей пришлось вникнуть в сферу финансовых рынков, и эти механизмы она запомнила навсегда.
Заметив его гневный взгляд, Хезер запоздало поняла, что лучше бы держала рот на замке, предоставив ему думать о ней все что угодно.
— Я читала в газетах, — невнятно пробормотала она.
— Вы явно читаете «Файнэншл таймс», чтобы узнать о состоянии мировых рынков. Так что же там происходит?
— Ничего не происходит, и позвольте напомнить вам, что мне уже не обязательно здесь находиться! Я согласилась пойти с вами ради Даниеля!
— Это не сработает. — Что не сработает?
— Ваша попытка сменить тему разговора. Кто вы, черт возьми, на самом деле? Я не перестаю задаваться этим вопросом.
Даниель и Кэтрин, обогнав их, направились к спортивному магазину, и Хезер не смогла сдержать стона отчаяния.
— Вы всегда такой подозрительный? — спросила она.
— Зависит от обстоятельств.
— От каких? Нет, не надо отвечать на этот вопрос — я уже поняла.
— Можете объяснить?
— Нет, не могу. Если вы не против, я пойду посмотрю, что там делают Кэтрин и Даниель.
— О, я думаю, они не будут возражать, если мы пойдем в ресторан и подождем их там. Сегодня прекрасный день. Зачем спешить?
— У меня есть дела дома.
— Какие дела?
— Вас это не касается!
— У меня возникло ощущение, что я вам не нравлюсь. Я прав? — С этими словами Лео зашел в спортивный магазин и сказал своей матери, что он будет ждать их в ресторане вместе с Хезер.
Он не сомневался в том, что Хезер ждет его снаружи. Никто до сих пор не осмеливался перечить ему.
Конечно, она ждала его, уставившись в витрину обувного магазина, и у него появилась возможность разглядеть ее. Короткая футболка туго обтягивала грудь, которая была весьма соблазнительной. Интересно, как она выглядит обнаженной? И какова на ощупь?
Лео, слегка обескураженный, отогнал эту мысль прочь.
После злополучного брака с Софией он вычеркнул хорошеньких глупышек из списка своих любовниц и не собирался больше иметь с ними дела.
Хотя… Девушка из соседнего дома вроде бы не была так глупа, как он предполагал. Она также не была хорошенькой, и вряд ли нашлось бы много мужчин, которые дважды взглянули на нее, с ее копной непослушных волос и пышными формами.
Хезер повернулась и увидела, что он смотрит на нее. Ее щеки предательски вспыхнули.
Без Даниеля и Кэтрин она вдруг остро почувствовала, какой же у Лео устрашающий вид. Даже в непринужденной повседневной одежде — в джинсах и белой рубашке поло, красиво подчеркивавшей его смуглую кожу, — он выглядел очень грозным.
Через пять минут, когда нервы Хезер до предела напряглись, они пришли в ресторан. Он находился на маленькой улочке в самой фешенебельной части города. Столики стояли и на улице, но Лео проигнорировал их и направился в самый тихий уголок зала.
— Итак, — сказал он, откинувшись в мягком кресле и обратив на нее внимательный взгляд, — вы до сих пор не объяснили мне, откуда у вас такие глубокие познания в бизнесе. Признаюсь, это вызвало мое любопытство. Вы были банкиром, прежде чем решили бросить все и заняться иллюстрированием сказочек?
— Я не иллюстрирую сказочки. Я иллюстрирую детские книги! — возмущенно ответила Хезер. — И мне не нравится, что вы вынудили меня оказаться здесь с вами наедине.
