— Я думал, что тебе нравятся подобные «дикарские жесты».
— Но не в том случае, когда это может привести к травмам.
— Кто тебе сказал, что ты…
— Толстая? — помогла ему Хезер. — С чрезмерным весом? — Она уставилась на свои пальцы. — Что мне нужно убрать лишние килограммы? Никто.
— Никто. Так ты можешь передать этому «никто», что он сильно ошибается. Ты не толстая, у тебя нет лишнего веса. А что касается тех женщин, которые «увиваются» за мной… — Лео заметил, как она слегка склонила голову, будто прислушиваясь к какому-то отдаленному звуку. И это, с удовлетворением подумал он, признак сексуальной заинтересованности женщины. — Они все очень тощие, — признался он. Расслабленно откинувшись на диване, он положил ногу на ногу.
— Я знаю.
— Это еще одно чудовищное предубеждение против меня?
— Почему богатые мужчины всегда выбирают женщин, которые выглядят так, будто их может унести ветром? Я не пойму, что может быть привлекательного в людях, которые постоянно недоедают?
Лео рассмеялся, а потом взглянул на Хезер:
— Действительно, нет ничего привлекательного в женщине, которая ничего не ест, но, признаюсь, у меня было много подобных.
— Безмозглых красоток? — Ей хотелось вытянуть из него как можно больше информации и стыдно было признать, что она вела себя с ним так же бесцеремонно, как и он прежде с ней.
— Безмозглых красоток? Нет, совсем не так.
Теперь настала ее очередь удивиться, и Лео снова рассмеялся, довольный произведенным эффектом. — С какой стати они должны меня интересовать?
— Потому что тебе приятно обнимать таких женщин.
— А что, если этого мало? О чем можно разговаривать с безмозглой красоткой?
— Тогда с какими же женщинами ты общался?
— Почему тебя это интересует?
Да, действительно, почему, подумала Хезер. Ей показалось, что она стоит на краю пропасти и смотрит вниз и глаз оторвать уже не может.
— Просто так. Чтобы поддержать разговор. А вообще тебе пора идти. Я очень устала. И тебе совсем не надо убираться на кухне.
Лео не хотел уходить, но Хезер не была похожа на знакомых ему женщин. Если она сказала, что он должен идти, значит, она это и имела в виду.
— Тебе надо выпить кофе. — И прежде чем она не выставила его за дверь, Лео вышел из комнаты, бросив через плечо, что ей, наверное, не помешает вздремнуть.
Удалившись на кухню, он вымыл посуду и аккуратно поставил ее в сушилку. На столе стояла кофеварка с различными ситечками и стеклянной колбой, но Лео проигнорировал ее. Он просто размешал в чашках растворимый кофе и, вернувшись в гостиную, обрадовался тому, что Хезер все-таки не задремала, как он предполагал.
— Быстрорастворимый, — пояснил он, передавая ей чашку кофе, затем сел на кресло возле камина. — Там есть кофеварка, но…
— Но ты не умеешь ею пользоваться? — Обхватив чашку руками, она смотрела, как он откинулся, расслабившись, на спинку кресла.
— Со временем я мог бы разобраться с этим. — Лео порочно улыбнулся, и по ее телу вновь пробежала дрожь. — Но жизнь слишком коротка, чтобы тратить время на подобные мелочи. Ведь можно размешать в чашке порошок, который находится в банке.
— На вкус порошковый кофе гораздо хуже, чем тот, который приготовлен в кофеварке. — Хезер понимала, что им пора расстаться, но не знала, как избавиться от него. Он так учтиво вел себя, что она не могла просто выставить его за дверь. И, кроме того, разве она не ожила в его присутствии? Ей было так приятно смотреть на него! Это было волнующе, возбуждающе.
— Спорный вопрос. — Лео снова рассмеялся. — Лучше расскажи мне о своей работе. Ты внештатный сотрудник?
Хезер с радостью ухватилась за безопасную тему и стала рассказывать ему, чем занимается, какие книги иллюстрирует, а затем обнаружила, что они обсуждают искусство вообще.
Внештатная работа, жизнь в относительной удаленности от города избавили ее от общения с мужчинами, что вполне устраивало ее в последние три года. После разрыва с Брайаном она зализывала свои раны, уединившись в провинции. Хезер не принимала ухаживаний от мужчин и давала отпор любому, кто проявлял к ней хоть малейший интерес.
Сейчас она изменила своим принципам, но благодаря Лео она доказала себе, что может подняться над своим прошлым и забыть все.
Хезер не хотела признавать, что наслаждается тем странным волнующим трепетом, который он в ней пробудил, что очарована его харизмой, загипнотизирована его властной сексуальной привлекательностью.
Но Лео был совсем не тот, кто ей нужен, поэтому она чувствовала себя абсолютно неуязвимой. Да, она оценила его мужскую сексуальную привлекательность, да, ей пришлось признать, что он очень умный человек. Но физически он ее нисколько не привлекал…
— Значит, ты работаешь не только со сказками, — произнес Лео, очень недовольный тем, что вечер плавно перешел в дружескую невинную болтовню.
— Да. Это, конечно, не такое прибыльное дело, как твое. Я давно уже поняла, что деньгам в нашем обществе придается непомерно большое значение.
— Неужели? — Лео насторожился. — Расскажи мне об этом подробнее. — Встав с кресла, он принялся расхаживать по маленькой комнате, разглядывая картины, развешанные на стенах, затем расположился рядом с ней. Сидеть на другом конце комнаты, напротив нее, ему не очень нравилось.
— Здесь нечего рассказывать, — небрежно произнесла Хезер. — Ты, наверное, не раз слышал об очень богатых, влиятельных людях, которые рано или поздно оказывались в больнице из-за крайнего переутомления? Ты никогда не задумывался о том, что и ты можешь однажды закончить так же?
Лео удивленно приподнял брови:
— Признаюсь, никогда об этом не думал.
— Почему? — Хезер внимательно посмотрела на него. Каждый нерв ее тела напрягся. Если она подвинет ногу хотя бы на сантиметр, то упрется ею в бедро Лео, поэтому ей пришлось съежиться в комочек, чтобы этого не произошло. Подтянув колени к подбородку, она крепко обхватила их руками.
— А почему, собственно, я должен там оказаться? Если ты заметила, меня вряд ли можно назвать неудачником. Люди попадают в больницу, когда теряют контроль над своей жизнью.
— Или когда они очень одиноки и пытаются найти спасение в самых разных вещах.
— Но я не одинок и мне не надо искать спасения. Я не имею отношения к тем людям, которые тратят свою жизнь на наркотики или алкоголь. И почему мы затронули эту тему?
— Потому что я сказала, что на деньги можно многое купить, но нельзя купить счастье. — Хезер взглянула на него, и у нее перехватило дыхание.
Солнце садилось, и длинные тени, наполнившие комнату, подчеркивали резкие черты его красивого лица. Их непринужденный разговор вызвал у нее ложное ощущение безопасности, подумала Хезер.
