кандалам на его щиколотках. Мужчина тщетно пытался убрать тёмную запёкшуюся кровь из- под ногтей, мечтая опустить ладони в холодную воду. А лучше — под ласковые струи дождя. Даже если ему суждено ещё хоть раз ощутить брызги дождевых капель на лице, дождь уже никогда не будет таким, как прежде...
Щёлкнул замок и дверь бесшумно открылась. Но в допросную вошёл не коп, которого ожидал увидеть арестант. Немолодая женщина в строгой одежде, напоминавшей офисную военную форму, но без знаков различия. Прямая юбка так по-дурацки облегала её пухлые ноги. Короткий ёжик седых волос, жёсткий взгляд, плотно сжатые губы, осанка и чеканный шаг — перед ним без сомнения офицер.
— Немедленно покиньте помещение, — приказала женщина полицейскому.
— Вы ещё кто? — коп вышел из-за спины арестанта. — Военная прокуратура может поцеловать нас в зад. Этот кусок дерьма убил капитана полиции! Не важно что он — бывший солдат, пойдет на электрический стул!
— С Вэ Пэ разберётесь без меня, а сейчас немедленно покиньте помещение, детектив Поласки. Не создавайте проблем себе и своему сержанту.
Значит, она не из ВП. Без знаков различия, но приказывает копам. Либо спецслужбы, либо ведомство «PLUS». Если так, Поласки кипятится зря — военная прокуратора может не успеть добраться до арестанта.
Женщина дождалась, когда за детективом закроется дверь, села на железный стул напротив задержанного, положила перед собой толстую синюю папку. Её лицо с широкой челюстью, крупными чертами и близко посаженными глазами производило неприятное впечатление.
— Выглядите паршиво. Оказали сопротивление при аресте? Да, так и есть... - женщина пролистывала содержимое папки и всё больше хмурилась.
— Майор Рей Рональд Фостер. Двадцать девять лет. Дезертир, военный преступник, предатель, — произнесла она будничным тоном. — Вас обвиняют в трёх убийствах и нераскрытом исчезновении генерала Техейроса. Вас, несомненно, ожидал бы электрический стул, но военная прокуратура приговорит вас к расстрелу.
Рей продолжил изучать свои руки. Ничего нового и интересного он не услышал.
— Вам безразлично, что будет с вами? — женщина безуспешно пыталась поймать его взгляд. — Вы не боитесь смерти, капитан?
Рей дернул уголком рта в подобии ухмылки. Боится ли он смерти после стольких лет в горячих точках — какой идиотский вопрос!
— И для вас нет разницы — что это будет за смерть? Одно дело умирать, спасая друга от вражеской пули. А другое дело — позорно предстать перед расстрельной командой, как военный преступник.
— Любая смерть бесполезна и глупа, — сказал Рей бесцветным голосом. — И неизбежна. Этот идеологический бред можно вливать в мозги желторотикам-новобранцам. А я этого дерьма пережрал так, что уже из ушей лезет.
— Если любая смерть бесполезна, зачем вы убили этих людей? Капитана полиции Томаса Грэкхема, Полковника Эль-Фасси и военного медика Филипа Аронсона? Их смерти разве не служили какой-то вашей цели, задумке, или может быть идеалу?
Женщина раскрыла перед Реем папку, демонстрируя фотографии — тела убитых с пулевыми ранениями между глаз. У Фостера всегда была точная рука.
— Объясните, зачем вы это сделали? Почему — именно они? Именно сейчас?
Рей покачал головой:
— Для вынесения приговора хватит и того, что у вас есть, вам не нужно знать причины.
Рей откинулся на спинку стула, насколько позволяла цепь от наручников. Он окончательно уверился в том, что эта мисс из ведомства «PLUS», даже её лицо казалось смутно знакомым. Своими глупыми разговорами она плавно подводит к самому важному вопросу – о сообщниках. Нужно только подождать и она непременно его задаст. Сначала попыталась запугать, теперь будет стараться заинтересовать.
— А если я скажу вам, — женщина со скрипом придвинула стул ближе и наклонилась вперёд. — Что приговор — это не единственный вариант развития событий? Посмотрите на себя! Вы молодой, здоровый, полный сил человек с ценными навыками. Вы ещё можете принести много пользы родине и людям.
Рей повернулся к зеркальному стеклу и выдавил невесёлый смешок. Изможденный и небритый, с разбитым лицом, перепачканным в грязи и потеках крови.
— О да, настоящий герой, спаситель Отечества, — фыркнул он. — Бред. Засуньте себе в задницу все планы, которые строили насчёт меня. Я больше никому не дам себя поиметь, Я завтра сдохну. И вы не сможете этому помешать.
— Вы недооцениваете мои возможности, — покачала головой женщина. — Ваше дело может внезапно пропасть на пути в военную прокуратуру. И вы сами можете исчезнуть. И обнаружить себя, скажем, в яме где-то на юге Азии. Или пристегнутым к койке в лечебнице для душевно больных. Или, наоборот, в номере отеля со всеми удобствами. Выбор за вами.
— Думаете я в это поверю? Вы что, джин из бутылки? Или сам Господь Бог?
— Вы меня не помните? Жаль. Я вас отлично помню. Когда мы встречались в последний раз, я надеялась, что увижу вас на церемонии награждения в Белом доме, а не за решёткой. Лейтенант Фостер, зам командира спецроты подавал большие надежды.
— Он был идиотом, — покачал головой Рей. — Верил таким как вы. Кто скармливал ему это дерьмо про отвагу, честь и служение Родине. А вы хотели, чтобы мы молчали и дохли, дохли и молчали, покрывая ваши преступления.
Он вспомнил её, теперь совсем отчётливо. Фостер видел эту женщину на базе в Египте пять лет назад. Она приехала вместе с генералом Томасом Уэйнартом, командующим подразделения «PLUS»
