И вот на этом моменте мне и звонит отец. Он как чувствует.
— Давид? Срочно приезжай в офис. Быстро, — говорит взволнованно.
— Что-то случилось?
— Да! Но не телефонный разговор. Приезжай.
Еще по голосу отца я понял, что случилось действительно что-то серьезное. Поэтому без промедления еду в офис.
Отец у себя в кабинете. На столе бутылка виски и два стакана. Нетипично для него.
Когда я сажусь на кресло возле его стола, он молча разливает содержимое бутылки и протягивает мне стакан.
— Отец… — начинаю я, но он не дает мне договорить:
— Пей, — кивает на стакан.
Ну, меня долго уговаривать не надо.
Закусываем лимоном.
— Виделся? — спрашивает отец, разглядывая пустой стакан.
— С кем? — я и правда не понимаю, о чем он
— Виделся, — заключает отец.
Ничего не отвечаю. Но, кажется, догадываюсь, о ком он.
— Чем же так зацепила тебя? — вопросительно смотрит на меня.
— Я не понимаю, о чем ты, пап, — отворачиваюсь.
— Ладно. К делу. Полная задница у нас, Давид. Мы можем потерять существенную часть бизнеса.
— Что случилось?
— Нотариус накосячил, — недовольно произносит отец. — Пообещал одно, а по факту вышло иначе.
— Это как?
— Девчонка эта, — смотрит на меня, — Василиса, пакетом большим владеет теперь.
— Не понял, — трясу головой. — Каким пакетом? Какая Василиса.
— Да блять! Давид! Ты что тупишь?! Так нервы на пределе! Твоя жена. Бывшая, блять, жена, — злится отец, — владеет вторым по объему после нас пакетом акций торгового центра.
Я молчу, потому что не верю в услышанное. Просто хлопаю глазами.
— Чего молчишь? — спрашивает отец. — Не ожидал, да? А каково мне?!
— Ты точно про Василису? — откашливаюсь. — А она знает?
— Думаю, уже да.
— А что нотариус? Подвесить его за яйца, чтобы все вернул? — а что еще я могу предложить?
— Да хуй там, — продолжает злиться отец. — Убрали его. Он много знал, похоже. Короче, не вариант. Придется жить с этим.
— Ну, пакет у нее и пакет. Ты чего там переживаешь? — я откидываюсь на спинку кресла. Мне даже нравится эта ситуация. Значит, мы теперь почти партнеры с зайкой. Забавно.
— А переживаю я, сынок, — цедит отец, не разделяя мое веселье, — потому что новость эту я узнал от Арсена.
— Чего? — хмурюсь. — А он каким образом там?
— Прямым. Представитель Василисы — адвокат Арсена. Сука, — отец наливает и залпом выпивает еще один стакан виски.
Ничего не понимаю. Откуда Арсен знает Василису? Не понимаю, но знаю одно — мне это не нравится.
— Когда он тебе сказал? — спрашиваю у отца.
— С утра приходил. Вместе с представителем.
Я сижу, уставившись в стену. Какое-то тревожное чувство зарождается внутри. И я знаю, с чем оно связано. Но не хочу думать о нем.
— Думаешь о ней? — возвращает меня к разговору отец.
Быстро смотрю на него. Молчу.
— Женись.
Я перестаю моргать. Чего?!
— Верни ее себе, — продолжает отец. — Нельзя, чтобы акции ушли из бизнеса. Тогда придется все продавать посредникам. Подешевке. Понимаешь?
— Подожди, отец, — выставляю вперед руку. — Мы разведены с Василисой. Что значит «верни»? Я развелся, потому что ты так хотел.
В моих слова упрек, но отца не обмануть.
— Давид, Давид, — качает головой он, хитро улыбаясь. — Ты бы не сделал этого только ради меня. Ты же сам хотел этого? Ты сам развелся с ней. Ну, так уж совпало, что и мою волю удовлетворил. Похвально.
Сжимаю губы.
— Я не знаю, что у вас там произошло, — уже серьезно произносит отец, — но ты должен вернуть себе жену.
— Да как?! — взрываюсь и встаю с кресла. — Она видеть меня не хочет! Из-за нее чуть на пятнадцать суток не попал!
— Чего?!
— Шутка, ну, — спохватываюсь.
Ну, не рассказывать же отцу о своем приключении в женском туалете.
— Не разочаровывай меня, сынок, — спокойно говорит отец. — Я знаю, ты можешь любую получить. А Василиса уже была твоей. Неужели ты так плох, что она не захочет вернуться?
Ухмыляется.
— Ну, деньги используй, — пожимает плечами. — Однажды же это сработало.
Я опять резко перевожу на него взгляд. Откуда он знает?! Но отец лишь ухмыляется, не продолжает.
— А Амина? — перевожу разговор. — Вроде как, ты хотел, чтобы я на ней женился? — усмехаюсь.
— Ну, видишь, как все переигралось. Кто же знал? Ну, Амину, — произносит задумчиво, — Амину Тимуру передадим.
Я падаю обратно в кресло.
— Передадим? — спрашиваю с улыбкой. — Как кубок какой-то. Может, оставить ее в покое? Что-то мне подсказывает, что Тимур не будет в восторге.
И я живо представляю себе, как мой младший брат Тимур* узнает о таком «подарке судьбы».
— Ну, ему же нравятся девочки постарше, — улыбается отец.
— Но все же не мешало бы его спросить, — говорю я, хотя заранее уже знаю реакцию Тимура.
— Ладно. Это потом. На, — отец протягивает мне какую-то бумажку, — это телефон жены твоей.
— Василисы?! — я рад, что скрывать.
— Ее.
— Откуда у тебя он?
— Не важно. Давай, позвони ей. Назначь встречу. Сегодня вечером! Потому что завтра у нас уже встреча с ее представителем! Давай! — кивает мне.
При нем, что ли, звонить? Вижу по его взгляду, что да. Он ждет именно этого. Надеюсь, папа не собирается отслеживать каждый мой шаг в отношении Василисы.
Под его чутким заинтересованным взглядом набираю ее. Отвечает не сразу. Проходит гудков пять, не меньше.
— Да? — раздается, наконец, задорное.
— Василиса, — говорю я, — это Давид.
Тишина. Не ожидала.
— Чего тебе? — как-то грубо произносит она. — Передачку не понесу.
Стерва.
— Встретиться хочу с тобой, — говорю прямо.
— А я нет.
— Василиса, — рычу, но потом вспоминаю, что отец тут и говорю уже мягче: — я соскучился, Василиса.
— Иди на хер, Давид! —
