После школы Сергей уехал в Москву, поступил в Бауманку. Родители вернулись обратно в Питер, и в Приволжске больше не появлялся. А Ганя остался в городе. В армию не пошел по причине слабого зрения. Поступил в местный филиал саратовского политеха, успешно закончил его и теперь трудился где-то в проектном отделе на фабрике.
Ганя завершил рассказ, Ленка захлопотала, побежала на кухню, и оттуда послышался волшебный аромат кофе, прервавший нахлынувшие воспоминания. Сергей встал с кресла, с хрустом потянулся и подошел к окну. Серый липкий туман, густой, как кисель, или скорее как слякоть на московских улицах, клубился под самыми окнами, а за стеной мокрого снега соседние дома едва угадываются по пятнам освещенных окон.
Сергей обернулся и вздрогнул – бесшумно подошедший Ганя стоял за спиной и внимательно смотрел на клубящийся туман. И улыбки не было на его лице.
II
Виктор Александрович, не отрывая взгляда от докладчика, откинулся на спинку кресла. Докладчик, молодой человек в строгом темном костюме, внимательно следил за его реакцией. Он на мгновение запнулся, но быстро собрался и продолжил:
– Таким образом, как видно из графика, инвестиционная активность в сегменте "А" ожидается на уровне ста восьми процентов, против прогнозируемых ста двадцати четырех. При этом темпы роста нематериальных активов в указанном сегменте составят не более четырех процентов, – докладчик говорил уверенным профессионально поставленным голосом, сопровождая речь скупыми жестами рук.
Виктор Александрович внимательно слушал, чуть наклонив голову на бок и механически постукивая пальцем по полированной поверхности стола.
– В заключение, необходимо отметить, что по всем показателям параметры укладываются в рамки базового прогноза.
Докладчик закончил фразу и замолчал. Несмотря на молодость, это был прекрасный управленец, с дипломом лучшего английского университета и сертификатами престижных бизнес-школ, имеющий за спиной серьезный опыт выполнения крупнейших проектов. Но каждый раз, переступая порог этого кабинета, он чувствовал холодок, пробегающий по спине, и предательскую дрожь в коленках. При первой встрече Виктор Александрович произвел крайне благоприятное впечатление – прекрасный собеседник с хорошим чувством юмора, эрудит, тонкий знаток искусств. Поэтому молодой финансист, не раздумывая, принял его предложение о сотрудничестве, хотя, по правде говоря, еще и потому, что условия оказались поистине королевскими. Нельзя сказать, что со временем поведение Виктора Александровича сильно изменилось. Конечно, добавилась требовательность, но все в предельно корректной форме… Просто пришлось на своей шкуре ощутить тяжелую энергию, окружающую этого человека. Вот и сейчас никто из десятка людей, находящихся в кабинете, во время доклада никак, ни кивком головы, ни жестом, ни даже движением глаз, не выразил своего отношения к выступлению. Все ждали его реакции.
Виктор Александрович, сухой, подтянутый, с висками чуть тронутыми сединой, с глубоко посаженными темными глазами бросил на докладчика короткий взгляд, от чего тот нервно заерзал на стуле.
Казалось, внимание Виктора Александровича было полностью поглощено созерцанием перстня с большим черным камнем, украшавшего безымянном пальце левой руки.
– Итак, коллеги, – сказал он, – итак…
Все замерли, докладчик, нервно улыбнулся и поправил туго затянутый узел дорогого галстука.
– Судя по вашему выступлению, молодой человек, складывается прямо идиллическая картина, параметры в рамках базового прогноза, процессы под контролем, угрозы купированы… Я вас правильно понял? – он говорил мягко, не отрываясь от разглядывания перстня.
– Я… понимаете…- молодой человек совершенно потерялся.
– Да или нет? – потребовал Виктор Александрович.
Он оставил, наконец, перстень и воткнул темный взгляд в побагровевшего докладчика.
– Д-да… в общих чертах.
– Прекрасно, – Виктор Александрович открыл ящик, достал оттуда тонкую папку и небрежно бросил ее на стол, – тогда предлагаю вам ознакомиться с этими материалами. Которые, между прочим, я должен был получить от вас.
Докладчик принялся судорожно, путаясь в собственных пальцах, расшнуровывать завязки, но Виктор Александрович небрежным движением руки остановил его.
– Не спешите, у вас еще будет время ознакомиться, – он окинул взглядом кабинет и спросил, обращаясь ко всем присутствующим. – Господа, у кого-нибудь еще будут вопросы?
Сидящие за столом зашевелились, оглядываясь друг на друга. Вопросов ни у кого не было.
– Хорошо. А вот у меня есть еще несколько, – Виктор Александрович показал на папку, переданную им докладчику. – Здесь находятся материалы по выполнению проекта. Мы выслушали прекрасный аналитический доклад и узнали много нового о взаимном влиянии финансовых показателей. Но мы собрались обсуждать не теоретические выкладки, а ход выполнения проекта. Скажите, молодой человек, – докладчик понял, что Виктор Александрович избегает называть его по имени и почувствовал неприятную дрожь, пробежавшую по спине, – скажите, подписаны ли бумаги, о которых мы с вами говорили на прошлой встрече?
– Н-нет… простите, Виктор Александрович, документы находятся на согласовании в министерстве, до сих пор сохраняются возражения юристов, не решен вопрос с первым замом… Но все находится под контролем, мы корректируем текст…
– Молодой человек, мы с вами условились изначально, что текст не подлежит корректировке. Он должен быть принят в неизменном виде. Если вы не можете согласовать вопрос с конкретным чиновником, вы обязаны, прежде всего, сообщить об этом мне. У нас есть иные возможности повлиять на ситуацию.
– Я посчитал, – начал оправдываться докладчик, но Виктор Александрович движением руки остановил его.
– Не надо объяснять причины, по которым у вас что-то не получилось. У вас есть три дня на исправление ситуации. Сергей Дмитриевич… – сидящий напротив референт с готовностью подался вперед и повернулся к нему всем телом. – Сергей Дмитриевич, пожалуйста, согласуйте время доклада и подготовьте повестку.
Референт начал быстро что-то записывать в пухлую тетрадь, в наступившей тишине слышался отчетливый скрип золотого пера.
– А вам, молодой человек, – продолжал Виктор Александрович, – необходимо в следующий раз предельно тщательно подготовиться. Проведенную работу и сегодняшнее выступление я оцениваю как неудовлетворительные, и буду крайне разочарован, если вы снова напрасно потратите наше время.
Тот быстро закивал, прекрасно понимая, что кроется за этой формулировкой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
