номером школы и её названием. В стороне от основного входа виднелась футбольная площадка с натянутой сеткой на воротах, а за ней и баскетбольная, наверняка в это время года не пользующаяся особой популярностью.
Мы втроём пересекли двор, наши шаги гулко раздавались по замёрзшему грунту. Ветер лениво кружил редкие снежинки, а зимнее утреннее солнце своим холодным теплом освещало дворовую территорию, бросая длинные тени от ограждений и фонарей.
На крыльце, заполняя дверной проём, грозно стоял высокий мужчина с суровым выражением лица. Его фигура с первого взгляда выдавала военного: крепко сбитый, с выправкой, в форме, которая, несмотря на потёртости, выглядела опрятно. За плечом у него висела винтовка, а на поясе виднелся боевой клинок, блестевший в утреннем свете. Он стоял, словно страж, охраняющий этот уголок спокойствия от хаоса внешнего мира.
— Это закрытая территория. Внутрь нельзя, — произнёс он твёрдым, безапелляционным тоном, и его хмурый взгляд упёрся прямо в меня.
Я поднял бровь, медленно окинув его взглядом. Не спрашивает кто я, не пытается проверить документы, удостоверить личность, просто преграждает путь и не пускает внутрь. Обыкновенное хамство и некомпетентность, или ему всё уже заранее известно, и мне просто указывают моё место?
— Мне нужен командующий операцией, — бросил я, стараясь сохранять видимое спокойствие, хотя внутри после встречи с его коллегой уже всё и так кипело.
— Сергей Валентинович сейчас занят, к нему нельзя.
Настроение разбираться с бюрократией у меня отсутствовало напрочь. На мгновение мне захотелось объяснить человеку, что я здесь не ради пустых любезностей, но раздражение взяло верх. Я прикрыл глаза, глубоко вздохнул, а затем, без лишних слов, отодвинул его телекинезом в сторону. Попытка агента противостоять оказалась столь же бесполезной, как и напрасные старания удержать ветер в ладонях. Полностью блокировав его движения, я подтянул охранника ближе к себе и двинулся дальше, ускорив шаг.
Бесы к этому моменту уже прошерстили здание, и Кали, как всегда незримо присутствовавшая рядом, указывала кратчайший путь, ведущий к местному боссу. Мы прошли через несколько коридоров, освещённых тусклым светом переносных ламп. Обстановка внутри была почти такой же удивительно спокойной, как и снаружи. По пути я замечал аккуратно сложенные стулья у стен, ровными рядами расставленные вдоль коридоров парты, на которых лежали папки и бумаги. На полу местами виднелись следы грязных ботинок — единственное напоминание о текущей нестабильности.
Вскоре мы оказались в просторном спортзале, который представители министерства временно превратили в свой штаб. За десятком широких столов сидели люди в униформе, сосредоточенно вглядывающиеся в экраны ноутбуков. На них мелькали карты, видеозаписи с дронов и вся другая информация, что помогала держать ситуацию хоть под каким-то контролем. Гул голосов и шелест бумаги в один момент оборвались, когда я шагнул в центр высокого помещения. Весь зал, казалось, замер, ожидая моего следующего хода.
— Кто главный? — громко спросил я, не тратя времени на формальности.– А кто спрашивает? — почти мгновенно прозвучало в ответ грубым басовитым голосом.
Мужчина, которому он принадлежал, сидел за одним из столов возле стены с большими окнами. Широкоплечий, лысый, с гладко выбритой бородой и угрюмыми чертами лица, он выглядел максимально неприветливо и угрюмо. Серые глаза агента смотрели на меня исподлобья с явным раздражением, словно я уже нарушил некий негласный порядок, устоявшийся годами.
— По какой причине так долго не закрывался портал? — спокойно, но требовательно, произнёс я, глядя ему прямо в глаза.
— Тебя кто сюда пустил? — глаза мужчины неожиданно вспыхнули гневом. — Это закрытый объект, — ответил он, и его тон стал ещё жёстче.
Так и подмывало внутри ответить что-то хамское, по типу «Твоя мамка», но я весьма оправданно сдержался и, сжав челюсть, спокойно произнёс:
— Я князь Черногвардейцев. Здесь нахожусь по приказу императора. Представьтесь.
Если услышанное его хоть каплю и удивило, то внешне он этого никак не показал. Хотя скорее всего, группа встреченных у портала бойцов о нашем визите в штаб всё же предупредила. Агент скрестил руки на груди и, недовольно меня оглядев, холодно ответил:
— Я тоже здесь по приказу императора. И подчиняюсь я только Его Величеству или своему начальству. А ты, князь, для меня никто, как бы тебя там ни звали. А теперь покинь мою территорию! — его голос эхом отозвался в просторном зале.
Слова военного повисли в воздухе, словно вызов. Максим со Степаном переглянулись, явно оценивая ситуацию и, судя по движениям, приготовились к бою. Я почувствовал, как напряжение в помещении нарастает, одновременно с чем стал громче и шум снаружи, а дверь за нашей спиной едва заметно дрожала от ударов, но мои бесы успешно блокировали вход, не позволяя агентам ворваться внутрь. Впрочем, вряд ли это станет серьёзной преградой для них надолго.
Терпеть такой тон и слова этого человека, кем бы он ни был, я позволить себе уже не мог. До последнего сдерживая себя от необдуманных импульсивных действий, я пытался решить всё диалогом, но увы, не вышло. Сейчас же, гнев просто застилал мой разум.
Выпустив щупальца своей силы в направлении наглеца, я попытался ухватить его и притянуть к себе, но тщетно — офицер был не лыком шит и, каким-то образом изворачиваясь и отстраняя пытающуюся ухватить его силу, смог сдержать мой напор. Можно было, конечно, вложить больше маны и усилить давление, продавливая его защиту, но мною было принято другое решение.
— Дуэль, — бросил я, сверля его взглядом.
— Дуэль, — в ту же секунду согласился он, не отводя с меня глаз. На миг мне показалось, что оппонент даже рад такому раскладу.
В помещении повисла тишина. Работающие за своими столами штабные офицеры неуверенно переглянулись между собой. Тем временем внутрь таки ворвались бойцы МБА с боевыми клинками наперевес. С ними влетел и пыхтящий гневом охранник, которого я ранее оставил перед входом снаружи.
— Останьтесь у дверей, — коротко бросил мой оппонент и поднялся с кресла.
— В зале места много, тут и проведём, — снимая с себя пальто и бросая его влево от себя, произнёс я, продолжая изучать взглядом лысого хама. Пальто, к слову, исчезло прямо в воздухе, не успев упасть на деревянный пол помещения.
Мужчина, принципиально не замечая ничего вокруг, лишь указал открытой ладонью на центр зала и, вынимая клинок из ножен, первым направился к назначенному месту.
— Сидоров.
— Я.
— Будешь моим секундантом, — бросил противник на ходу.
— Есть, — коротко ответил боец и также поднялся с места.
Отметив этот
