опускаюсь в глубокое кожаное кресло, бросая телефон на стол.
В голове стучит вопрос: «С чего я решил, что девушка, сердце которой я растоптал пять лет назад, захочет отвечать на мои идиотские сообщения? Я постараюсь сделать так, чтоб она захотела…»
Глава 5. Ника
Три дня. Семьдесят два часа. Четыре тысячи триста двадцать минут.
Я не считаю время специально, мой мозг просто автоматически фиксирует эти цифры фоном, пока я живу свою идеально выверенную жизнь. Три дня с того момента, как на заблокированном экране высветилось его сообщение. Девственно чистое окно чата, в котором нет истории переписки за пять лет, и только два коротких слова: «Как ты?».
Я не отвечаю, а просто живу дальше.
Утро вторника начинается с тушения рабочих пожаров. Крупный клиент - агрегатор путешествий, выкатил кривое обновление системы бронирования прямо перед началом майских праздников. Пользователи в бешенстве, соцсети полыхают, и мы всем отделом экстренно разгребаем этот репутационный кризис. Я сижу на бесконечных зум-коллах, утверждаю пресс-релизы, жестко торгуюсь с лидерами мнений о публикациях. Я профессионал и своего рода машина по решению чужих проблем.
Но стоит экрану ноутбука погаснуть, как перед глазами снова всплывают две синие галочки из мессенджера. Он знает, что я прочитала. Я знаю, что он знает. Эта немая связь через серверы и вышки сотовой связи натянута между нами, как гитарная струна, и звенит от напряжения так громко, что у меня закладывает уши.
Дмитрий ничего не замечает. Или делает вид, что не замечает. Его забота обволакивает меня плотным коконом, в котором с каждым днем становится всё меньше кислорода.
В среду днем мой телефон вибрирует. Сообщение от мужа: «Отправил к тебе в офис курьера из 'Probka'. Горячий ланч. Ты вчера почти не притронулась к ужину, а у тебя сегодня три тяжелые встречи. Поешь обязательно. Водитель заберет тебя в восемь. Люблю».
Я смотрю на этот текст, и к горлу подкатывает глухая тошнота. Это же забота, Ника. Нормальная, мужская забота. О тебе думают, тебя оберегают. Половина женщин в стране мечтают о такой заботе и внимании. Тогда почему же тогда мне хочется швырнуть этот телефон в стену? Потому что он не спрашивает, что я хочу на обед. Он не спрашивает, хочу ли я вообще есть. Он решает всегда сам - что я должна есть, что должна носить, как разговаривать и какая прическа лучшего всего мне подойдет. Я для него своего рода проект, который нужно поддерживать в идеальном состоянии. Своевременное ТО, качественное топливо, правильный температурный режим.
Наступает четверг.
Я сижу одна в своем кабинете. За окном хлещет типичный московский весенний ливень, серый и холодный. На столе стынет двойной эспрессо, потому что я бесконечно долго смотрю на экран телефона, лежащего рядом с клавиатурой.
Я больше не могу выдерживать эту тишину. Она разрывает меня изнутри по швам, которые я так старательно накладывала пять лет. Я убеждаю себя, что если отвечу сухо и безразлично, то закрою этот гештальт. Поставлю точку. Докажу ему (и себе), что мне абсолютно плевать.
Беру телефон. Пальцы чуть подрагивают, когда я открываю тот самый чат. Курсор мигает на пустой строке.
«Нормально».
Одно слово. Никаких знаков препинания, никаких смайлов. Отправляю.
Бросаю телефон на стол лицевой стороной вниз и резко придвигаюсь к монитору. Так, надо вычитать смету по рекламной кампании - цифры, графики, охваты, в общем сместить фокус на работу.
Телефон издает короткий звук уведомления ровно через шестьдесят секунд.
Я замираю. Сердце делает болезненный, тяжелый удар о ребра и пускается вскачь. Медленно, словно во сне, я переворачиваю аппарат.
Антон: «Давай выпьем кофе. Есть дело. Стас настоятельно рекомендует твое агентство для разработки PR-стратегии нашего нового объекта на побережье. Мне нужно понимать, потянете ли вы наши объемы».
Я перечитываю эти строчки дважды.
Дело. Новый объект. Стас. Формулировки выверены идеально, к ним не придраться. Любой внешний наблюдатель увидит здесь только бизнес. Но я ведь не внешний наблюдатель и знаю Антона. Если бы ему просто нужен был пиарщик, его секретари связались бы с моим отделом продаж еще в понедельник утром. Он не стал бы писать с личного номера и тем более прикрываться Стасом.
Это изящный, легитимный предлог вытащить меня на нейтральную территорию.
Я должна отказаться. Должна написать: «Свяжись с моим замом, она вышлет бриф и презентацию». Это единственный правильный и безопасный шаг. Если я сейчас соглашусь, я своими руками открою дверь в ту самую комнату, где заперты мои худшие демоны.
На экране всплывает пуш-уведомление от Димы: «Ника, водитель приедет на полчаса раньше. У нас сегодня ужин с партнерами из банка, я забыл тебя предупредить. Надень то темно-синее платье, оно тебе идет. Будь готова к 19:00».
Забыл предупредить. Надень темно-синее. Будь готова.
Я смотрю на сообщение мужа, и внутри понимаю, как сильно меня это бесит. Я вдруг понимаю, что два года живу по чужому расписанию. Два года я согласовываю каждый свой шаг, каждую встречу, каждый глоток воздуха. И кажется я чертовски от этого устала…и что самое главное, это совсем не то, чего я искала в браке.
Мои пальцы снова ложатся на клавиатуру в чате с Антоном. Разум и тело пошли с рассинхрон, и пока в голове красной кнопкой светится «остановись, ты совершаешь ошибку», руки сами набирают ответ.
«Завтра. В 13:00. В "Кофемании" на Белой Площади. У меня есть ровно час».
Отправляю.
Впервые за два года брака я назначаю личную встречу, не внеся ее в общий семейный календарь, к которому у Димы есть доступ. Впервые я делаю шаг в сторону, не спросив разрешения и не предупредив. Это пугает до чертиков, но сквозь этот страх пробивается давно забытое, пьянящее чувство. Чувство того, что я живая, и могу делать то, что пожелала моя душа.
Остаток четверга проходит как в тумане. Я выдерживаю ужин с банкирами, улыбаюсь, говорю правильные вещи, выгуливая темно-синее платье, которое выбрал для меня муж. Дима доволен. Вечером дома он наливает нам по бокалу вина и включает тихую музыку. Идеальная картинка счастливой семьи.
- Ты сегодня какая-то задумчивая, - произносит Дима, подходя ко мне со спины.
Мы стоим на кухне у мраморного острова. Я собираюсь поставить телефон на беспроводную зарядку. Дима обнимает меня, его подбородок ложится мне на плечо. Привычный вес, который всегда казался мне якорем, удерживающим в реальности.
-Просто устала на работе, - ровно отвечаю я, глядя на наше отражение в темном
