гениальными серыми клеточками и разделяла его страсть к порядку и методичности.
Правда, внешне констебль Гринстикс вполне соответствовал характеристикам детектива, вышедшего из-под пера миссис Агаты, – по крайней мере, ростом, чувством собственного достоинства и пышными усами, – но он скорее напоминал ей инспектора Джеппа, чем месье Пуаро. Во-первых, усы констебля требовали стрижки и укладки, а во-вторых, пальто плохо сидело на его плотной фигуре, при ходьбе неловко хлопая полами по коленям. В руке констебль держал потрепанный блокнот, а за ухом у него красовался карандаш. И все же он возглавлял полицейское управление деревни Листли и явно обладал достаточным опытом.
– Я тут звякнул в Скотленд-Ярд, инспектор уже выехал, ждите, говорят… сейчас мне, как это… нужно осмотреть место преступления и записать информацию. А доктор пусть пока осмотрит тело.
Доктор Бхатт, смуглый черноволосый мужчина лет сорока, мог похвастаться ухоженным видом: его усы, хоть и не напомаженные, были причесаны волосок к волоску и выглядели шикарно, равно как и прическа – каждый волосок лежал на своем месте, не смея выбиться из общего строя. Мистер Пуаро непременно одобрил бы такое внимание к собственной внешности. Доктор мог бы считаться красавцем, если бы не выдающийся вперед нос с горбинкой, придававший его лицу хищное выражение.
– Миссис Брайт. Мистер Доббл. Мне жаль приветствовать вас при таких печальных обстоятельствах, – доктор говорил на правильном английском языке, хотя его экзотическое происхождение иногда прорывалось гортанным акцентом. Его манера держаться, простая и в то же время собранно-практичная, позволяла предположить, что даже самые сложные жизненные ситуации он встречает трезво и с завидной стойкостью.
Все четверо вошли в библиотеку; тишину нарушало лишь тихое позвякивание ключей на поясе Филлиды. Доктор сразу же опустился на колени у тела мистера Уоринга.
Филлида невольно подалась вперед, придерживая ключи, чтобы не звенели. Она прочитала массу детективных романов, а работая медсестрой на передовой, повидала столько ужасных ран и смертей, что уродство смерти не пугало, а, скорее, влекло ее, возбуждало любопытство.
Доктор Бхатт не возражал против того, что Филлида стоит за его плечом. Несколькими короткими точными движениями он пощупал пульс и встал, с пониманием взглянув на нее.
– Убит одним ударом в сонную артерию. Истек кровью, скорее всего, спасти его не удалось бы. Приблизительное время смерти – между полуночью и тремя часами ночи. Я не вижу необходимости производить вскрытие, поскольку причина смерти ясна, и я уверен в своих выводах.
– Прямо ручкой и прикончили, – покачав головой, пробормотал констебль и записал еще несколько слов в свой блокнот, – ну и дела… премерзкий способ отправиться к праотцам, я вам доложу. – Он взглянул на Филлиду и Доббла. – Когда инспектор приедет, нужно будет допросить всех домашних. Сколько людей проживает в доме?
– Семнадцать слуг, нет, восемнадцать (если считать нового шофера, он только вчера приехал), включая садовника, разнорабочего, миссис Брайт и меня, – сказал дворецкий, а Филлида про себя вздохнула. Конечно, следовало ожидать, что полиция будет допрашивать горничных, кухарок и повариху, но как прикажете теперь управляться с готовкой и уборкой помещений?
– Мистер и миссис Маллоуэн принимают сейчас гостей, – продолжал дворецкий, – в количестве восьми человек. Мистер Уоринг был девятым. С гостями приехали три лакея и одна горничная. Они сейчас ожидают допроса в столовой для слуг.
– Уоринга тоже в гости позвали? – недоверчиво спросил констебль Гринстикс.
– В каком-то смысле да, – ответил мистер Доббл. – Он приехал, чтобы взять интервью у миссис Агаты Маллоуэн. Как вы знаете, она – автор множества популярных детективов.
Доктор Бхатт замер на месте, его глаза расширились, и он на секунду утратил свое железное самообладание.
– Вы хотите сказать, что… но этого не может быть! Неужели миссис Маллоуэн и есть знаменитая Агата Кристи?
Мистер Доббл кивнул с нарочито скучающим видом, но Филлида прекрасно знала, как он гордится славой своей хозяйки. У него самого на полке стояла целая коллекция ее романов.
– Невероятно! – с волнением воскликнул доктор Бхатт, расплываясь в улыбке. Правда, он сейчас же вспомнил, какому поводу обязан этим визитом, и принял серьезный вид, не удержавшись, однако, от восторженной реплики: – Я горячий поклонник романов миссис Кристи, но особенно мне нравятся ее рассказы о таинственном мистере Куине.
Скорее всего, за этим заявлением последовало бы живое обсуждение приключений загадочного мистера Куина, однако дальнейшая дискуссия была прервана стуком в дверь, которую мистер Доббл предусмотрительно закрыл за собой. Доббл направился к двери, и Филлида заметила, что он приоткрыл ее ровно настолько, чтобы впустить стучавшего человека, но так, чтобы приведший его лакей не смог заглянуть ему через плечо.
– Здравствуйте, инспектор, – поздоровался констебль и представил всех присутствовавших в комнате.
На первый взгляд детектив-инспектор Корк не вызывал большого доверия как глава серьезного детективного расследования – по крайней мере, так решила Филлида. Моложе ее, лет тридцати с хвостиком, голубые глаза навыкате придают по-юношески гладкому лицу удивленное выражение. Филлида перевела взгляд на усы инспектора – удивительно, но они в полном порядке, хотя и расчесаны наспех и без души. А вот шляпа, того же коричневого оттенка, что и усы, явно нуждается в чистке. Филлида покачала головой, заметив на носу и щеках детектива милейшую россыпь веснушек – инспектор Корк явно слишком молод, чтобы вести расследование убийства.
После того как констебль и доктор описали детективу ситуацию, Корк повернулся к Филлиде, уставив на нее свои рыбьи глаза.
– Миссис Брайт, это вы нашли тело, не так ли? В котором часу это произошло? Вы заметили что-то необычное в комнате? – Его голос совершенно не соответствовал моложавой внешности и звучал низко и хрипловато.
– Это случилось за несколько минут до семи утра. Обычно по утрам библиотеку убирает Джинни, но она еще не пришла, и я решила зайти сама, чтобы открыть окно. После вчерашней грозы воздух такой свежий – нет ничего приятнее, чем вдохнуть полной грудью утром, не правда ли? Я не заметила ничего необычного, кроме, конечно, тела бедного мистера Уоринга. – Она помедлила, а затем добавила прежде, чем он спросил: – Я ничего не трогала, только опустилась на колени рядом с телом, чтобы пощупать пульс – хотя мне сразу стало ясно, что признаков жизни нет, – а затем я позвонила констеблю Гринстиксу.
Она услышала, как стоявший позади нее мистер Доббл раздраженно переступил с ноги на ногу – скорее всего, злится, что она посмела позвонить констеблю прежде, чем позвать его, Доббла.
– В какое время вы закрыли балконные двери вчера вечером, миссис Брайт?
Филлида взглянула на стеклянные двери.
– Полагаю, около половины одиннадцатого. Как всегда, мы заперли их на щеколду. Когда началась гроза, Маллоуэны играли с гостями в бридж в музыкальной
