— Я отправляюсь в путь завтра, господин.
— Напади на него в открытом море, Коланос. Если ты застигнешь его на берегу и появится такая возможность — заколи, задуши или отрави его. Мне все равно. Но не оставляй никаких следов. В море поступай на свое усмотрение. Если возьмешь его живым, отрежь ему голову. Медленно. На земле пусть его смерть будет быстрой и тихой. Небольшая драка. Понимаешь меня?
— Да, мой повелитель.
— Последнее, что я слышал, Геликаон сейчас на Кипре, — сказал Агамемнон, — он следит за строительством огромного корабля. Мне сообщили, что он будет готов к отплытию к концу этого сезона. Времени достаточно, чтобы разжечь пламя в его душе.
Позади них раздался сдавленный крик. Агамемнон обернулся. Старый жрец снова открыл глаза. Он дрожал, его руки странно дергались.
— Век героев проходит! — внезапно закричал жрец чистым и сильным голосом. — Все реки полны крови, небо в огне! Глядите, как горят люди в Зеленом море! — умирающий остановил свой взгляд на лице Агамемнона. — Лошадь! Бойся Большого Коня! — Изо рта старика полилась кровь и испачкала его мантию. Черты лица жреца исказились, глаза расширились от ужаса. Затем он снова забился в судорогах, и жизнь покинула тело.
II Бог в храме
Во время бури можно увидеть богов. Маленькой Фие это хорошо было известно, потому что мама часто рассказывала ей истории о бессмертных: если на небе появляется молния, значит, бог войны Арес бросил свое копье, а если гремит гром, то это Гефест взял в руки свой молот. На море поднимаются волны, потому что Посейдон плывет или едет на своей колеснице, запряженной дельфинами. Этими мыслями восьмилетняя девочка пыталась успокоить себя, с трудом поднимаясь по грязному склону к храму. Старая выцветшая туника была плохой защитой от пронизывающих насквозь ветров и дождей, которые свирепствовали над побережьем Кипра.
У девочки от холода застыла голова — десять дней назад мать остригла ее золотые волосы, желая избавить дочь от вшей. Несмотря на это, худенькое тело Фии сплошь было покрыто зудящими укусами и ранами, а лодыжка, в которую укусила крыса, распухла и болела. Девочка постоянно сдирала коросту со ссадин, и кровь начинала течь заново. Но все это было пустяками, которые мало беспокоили девочку. Когда вчера ее матери стало плохо, Фия побежала к лекарю, в центр города. Лекарь рассердился и прогнал прочь маленькую просительницу, которая пыталась объяснить, что ее мать не встает с постели — у нее жар. Лекарь не ходил к тем, кого боги обрекли на бедность. Именно поэтому он и не стал слушать Фию. «Ступай к жрецу», — был его ответ.
Послушно Фия побежала через гавань в храм Асклепия, где встретилась с людьми, нуждающимися в такой же помощи и совете. Все они пришли с подношениями: многие принесли змей в плетеных корзинах, привели маленьких собак, принесли еду или вино. Когда, наконец, девочка вошла в храм, там ее встретил юноша, который спросил, что она принесла в дар богу. Фия попыталась рассказать ему о больной матери, но он тоже отослал ее прочь и обратился к старику, который стоял за ней и держал деревянную клетку с двумя белоснежными голубями. Девочка не знала, что делать, и вернулась домой. Мать проснулась и с кем-то разговаривала, кого Фия видеть не могла. Затем она начала плакать, и девочка заплакала вместе с ней.
Вечером началась гроза, и Фия вспомнила, что в такую погоду боги выходят на прогулку. Она решила поговорить с ними сама. Храм Аполлона — Хозяина Серебряного Лука — находился на вершине скалы, и девочка подумала, что боги скорей услышат ее, если она поднимется ближе к разгневанным небесам.
Фия дрожала от холода. Она беспокоилась, что дикие собаки с холмов почувствуют запах крови, которая сочится из ее ран. Девочка споткнулась в темноте, сильно ударившись коленом о камень, и закричала от боли. Раньше, когда Фия была еще младше, в подобном случае она бежала к маме, которая обнимала и успокаивала ее. Но тогда они жили в большом доме с садом, а приходившие к ним дяди были молодыми и богатыми. Теперь это были неопрятно одетые старики, которые не приносили ей подарков, кроме нескольких медных монет. Дяди больше подолгу не задерживались и не смеялись с ее мамой. Они почти совсем не разговаривали. Обычно мужчины приходили ночью — Фию отсылали куда-нибудь — и вскоре уходили, пока, наконец, вообще не перестали появляться у них дома. Теперь не было ни подарков, ни денег, даже еды не хватало.
Фия поднималась все выше. На вершине скалы она увидела, что храм окружают острые камни. Это место называлось Прыжок Аполлона. Мама рассказывала, что однажды золотокудрый бог солнца остановился здесь отдохнуть, оставив свою огненную колесницу.
Малышка из последних сил карабкалась по отвесному склону. Голова кружилась от усталости, и она снова споткнулась о камень. Небо озарила вспышка молнии. Девочка закричала, потому что в яркой вспышке увидела чью-то фигуру, стоящую на самом краю скалы с поднятыми руками. У Фии подкосились ноги, она упала на землю. Облака расступились, луна показалась на небе. Бог опустил руки и медленно повернулся, на его обнаженном торсе сверкали капли дождя. Фия со страхом смотрела на незнакомца широко открытыми глазами. Это Хозяин Серебряного Лука? Конечно, нет, потому что у этого бога были длинные и темные волосы, а у Аполлона должны быть локоны, сотканные из солнечного цвета. К тому же, его лицо было суровым, а глаза — холодными. Девочка взглянула на лодыжки незнакомца, надеясь увидеть крылатые сандалии Гермеса, посланника богов. Говорят, что Гермес хорошо относится к смертным. Но крылатых сандалий она не увидела.
Бог направился к ней, и девочка смогла разглядеть цвет его глаз: они были ярко-голубыми.
— Что ты здесь делаешь? — произнес он.
— Ты — бог войны? — дрожащим голосом спросила девочка.
— Нет, я не бог войны, — улыбнулся незнакомец.
Она вздохнула с облегчением. Могучий Арес не стал бы помогать ее маме. Он ненавидел людей.
— Моя мама больна, а у меня нет подношений, — объяснила Фия. — Но если ты вылечишь ее, я буду много работать и приносить тебе много даров. Всю мою жизнь.
Бог отвернулся и пошел к камням.
— Пожалуйста, не уходи! — закричала девочка. — Моя мама больна!
Он наклонился, достал из-за камня тяжелый плащ, вернулся к Фие и накинул ей на плечи. Плащ был соткан из очень мягкой шерсти.
— Ты пришла в храм за помощью для своей мамы? — спросил бог. — А лекарь у нее был?
— Лекарь отказался придти, — рассказала ему Фия. — Поэтому я пошла в храм, но у меня не было с собой даров. Жрецы прогнали меня.
— Пойдем, — сказал бог, — отведи меня к твоей маме.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
