Кстати, мизинец у неё длиной был почти с безымянный палец. Я такое видел впервые.
– Неплохо, – кивнула она, внимательно посмотрев и обнюхав мазь. – Я могу кое-что добавить, и она будет действовать быстрее. Но всё равно – очень неплохо!
С этими словами Яга бросила в баночку щепотку тёмного порошка и тщательно размешала ложечкой из светлого дерева, бормоча что-то себе под нос. А затем снова намазала грудь старосты, изведя на него почти всю мазь. После этого попросила меня приподнять раненого и бинтами туго перетянула его грудь.
– Утром станет легче, – сказала она старосте. – А через неделю всё заживёт.
– Спаси тебя всеблагие боги! – испуганно забормотал мужик.
– Не надо! – жёстко ответила Яга и быстро поднялась с лавки. Заткнув баночку крышкой, она хотела вернуть её Джанибеку, но передумала.
– К утру сделаю такую же и верну, – сказала она.
– Конечно! – весело прищурился дружинник.
Князь Всеволод к этому времени блаженствовал, засунув в таз обе ноги. Ступни князя покраснели, но были чистыми, как у младенца.
– А теперь давайте поедим, – сказала Яга. – Что там у вас в мешках?
Мы выложили на стол сушёное мясо и рыбу, варёные яйца и пирожки с капустой, которые испекла нам в дорогу баба Дуня.
Яга снова пошарила ухватом в бездонной глубине печи и поставила на стол очередной чугунок с дымящимся, аппетитно пахнущим варевом.
– Грибная похлёбка, – объяснила она в ответ на мой заинтересованный взгляд. – Мясного я не ем, не удивляйся, князь.
Кроме чугунка на столе появились глубокие миски из обожжённой глины и деревянные ложки. Ручка моей ложки была украшена сложным узором из вырезанных треугольников и кругов. Похожий узор шёл по краю глиняной миски, только он был не вырезал, а выдавлен в свежей глине.
Я подозрительно понюхал коричневый бульон, в котором плавали кусочки грибов и разваренные листья.
– Ешь, князь, – улыбнулась Яга и первая зачерпнула ложкой варево.
Я почесал в затылке, подхватил миску и пошёл к старосте, который тихо лежал на лавке.
– Есть хочешь? – спросил я его.
Староста чуть прикрыл глаза, потом снова открыл их.
Приподняв его за плечи, я пристроил ему под спину свой мешок. Потом поднёс к тонким губам ложку с горячим бульоном.
Староста со всхлипом втянул в себя жидкость.
Он одолел примерно половину миски. Потом откинулся на спину и прикрыл глаза.
– Спасибо!
– Ну, давай, спи! Завтра нам силы понадобятся.
Я поправил под старостой шубу и снова вернулся за стол.
Пока меня не было, на столе появились крохотные рюмки из тонкого золотистого стекла.
Интересно, бля, откуда Яга в глухом лесу взяла такую посуду? Я таких рюмок даже в Старгороде не видел.
Даже перед Мышом стояла рюмка, из которой был отпит изрядный глоток.
Прозрачная жидкость в моей рюмке пахла спиртом и анисом. Брр! Не нравился мне этот резкий запах.
– Пей, князь! – улыбнулась Яга и встала из-за стола. Подошла к старосте, наклонилась над ним.
Воспользовавшись моментом, я пододвинул свою рюмку князю Всеволоду, а себе забрал его пустую.
Всеволод ничего не заметил. Продолжая держать ноги в остывшем тазу, он убеждал Чупава сменить работу.
– Иди ко мне боярином! – уговаривал князь. – Работа не пыльная. Отрасти бороду и сиди себе в думе. Бобровую шапку я тебе выдам на первое время. А как денег наворуешь – свою сошьёшь. Мне верные люди во как нужны!
Для убедительности князь провёл рукой по небритому горлу.
– Да ну тебя к лешему, князь! – отбивался Чупав. – А кто оружие ковать будет?
– Во! К лешему! – обрадовался Всеволод и залпом выпил мою рюмку. – Леший! Пойдёшь ко мне в бояре?
Леший изумлённо взглянул на князя.
– Вправду, что ли?
Во их разобрало-то, бля! А, вроде, рюмки маленькие!
Чтобы не отставать от коллектива, я достал из кармана серебряную фляжку и сделал большой глоток. Самогон обжигающим комком прокатился по пищеводу и упал в желудок. Изнутри пошло тепло.
Хорошо-то как!
– Хер ли вы спорите? – вмешался я в разговор. – Князь Всеволод дело говорит. Должен кто-то от нечисти в боярской думе быть. А кто? Сытину некогда – у него дел полно. Хлюпня не позовёшь – для него надо бассейн в думе ставить. Потапыч тоже не пойдёт – он в своём лесу прирос уже. Остаёшься ты, Чупав! Ты уважаемый человек. Нечисть тебя слушает. И князья послушают. А оружие ковать в свободное время можно. Дума не каждый день заседает.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Вообще-то, я не человек! – для порядка возразил Чупав.
Но по его лицу было видно, что он сдаётся.
Леший разочарованно вздохнул. Наверное, уже в мыслях примерил на себя бобровую шапку.
Яга укрыла старосту полой овчинной шубы и вернулась к столу.
– Ну что, – просила она, – спать пойдёте? Я вам там постелю.
Она кивнула на запертую дверь в левой стене комнаты.
– В тесноте, да не в обиде, как говорится.
Князь Всеволод широко зевнул, прикрыв рот ладонью.
– Да, хорошо бы! – сказал он.
Глаза князя были сонные – дальше некуда!
Яга с лёгким удивлением взглянула на него и на мгновение нахмурилась.
– Погоди, – сказал я. – Я правильно понимаю, что ты в этом лесу давно живёшь?
Яга звонко расхохоталась.
– Давно, князь! Ох, давно!
Я дружелюбно улыбнулся.
– Значит, всё тут знаешь. Можешь что-нибудь рассказать о здешних перекидышах?
Лицо Яги стало серьёзным.
– А что тебя интересует, князь?
– Вот смотри, – объяснил я. – Я и сам перекидыш. В кота.
– Я знаю, – улыбнулась Яга.
– Когда я перекидываюсь – во мне просыпается что-то кошачье. Эти… как их, бля?!
– Инстинкты, – подсказал Мыш и клюнул носом в стол.
– Вот! – подхватил я. – Но мозгов я не теряю! Даже наоборот – соображаю лучше, чем человек!
– Да ладно? – удивился князь Всеволод.
На минуту он даже перестал похрапывать.
– Так, – кивнула Яга.
– Ну вот, – сказал я, силясь вернуть мысль. – А этот медведь набросился на нас, как полудурок. Он что, не соображал, что мы его убьём? Да и вообще – какого хрена он медведем по лесу столько времени шастал? Не мог обратно в человека перекинуться, и спокойно дома сидеть?
– Интересный вопрос, – нахмурилась Яга. – Но пока я не могу на него ответить. Ты и вправду хорошо соображаешь, князь! Даже когда выглядишь человеком.
Она снова улыбнулась.
– Немой – красава! – провозгласил князь Всеволод, не поднимая голову со стола.
Леший с Чупавом мирно спали, прислонясь друг к другу. Глаза Джанибека окончательно сузились.
Яга бросила быстрый взгляд на князя Всеволода и снова нахмурилась.
Что у неё настроение так быстро меняется?
Я широко зевнул.
– Ладно! И вправду, пойдём мы спать!
Я толкнул Чупава локтем в бок. Он свалился на лешего, и оба они грохнулись с лавки. Вскочили, озираясь.
Я сгрёб со стола спящего Мыша и кивнул Чупаву.
– Идём отдыхать, молодцы! Князя прихватите!
Стукнув длинными пальцами по косяку, Яга заставила дверь открыться. Я немедленно сунул в комнату любопытный нос.
Ничего примечательного там не было. Небольшое помещение, даже без окон. Только под самым потолком – небольшое отверстие, из которого тянул холодный сырой воздух. Видимо, отверстие вело на улицу.
С мебелью в комнате так же было негусто. Огромная деревянная кровать, заваленная шубами и одеялами. На ней могли поместиться человек десять, не меньше.
– На улицу ночью не шастайте, – предупредила Яга. – Я вам тут ведро поставлю для всяких надобностей. До утра обойдётесь.
Она поставила на пол большое деревянное ведро и вышла, прикрыв за собой дверь.
Я подождал минуту и нажал на дверную ручку. Не заперто!
Оглянулся – дружина спала вповалку на кровати. Даже одеялами не укрылись – как упали, так и заснули.
Хрень какая-то! Похоже, чем-то Яга их опоила.
Да какого хера «чем-то»?! Та самая настойка с запахом аниса! Вот не зря меня всегда от него с души воротило!
