– Если созовёшь совет, я приду на него.
– И что ты скажешь?
Вместо ответа я выставил перед собой руку и стиснул пальцы в кулак, демонстрируя княжеский перстень. Царившие в тронном зале тени, так и затрепетали вокруг розы чёрного серебра.
Глаза отца опасно сузились, он шагнул ко мне, но сразу остановился и спросил:
– Откуда он у тебя?
Я тряхнул рукой, и перстень исчез, оставив после себя один лишь холод.
– Неважно. Главное, что он у меня. Созовёшь совет, я потребую утвердить регентом себя.
– Тебя никто не поддержит! Здесь все наслышаны о твоих похождениях!
– А тебя прозвали Отрёкшимся! – в сердцах выпалил я, мысленно обругал себя за несдержанность и махнул рукой: – Ладно, ближе к делу! Мой отказ от поста регента в обмен на сохранение статус-кво – как думаешь, насколько хорошей сделкой это покажется баронам? Станут они раскачивать лодку? Скольких ты сумеешь перетянуть на свою сторону?
Отец нахмурился и спросил:
– Зачем ты здесь?
Я лукавить не стал и ответил чистую правду:
– Чтобы отыскать убийцу Бенедикта.
– Он просто умер. Умёр и всё! Никто его не убивал!
– Я в это не верю.
– Ясно, – хмыкнул Патрик, немного поколебался, но ничего больше говорить не стал и направился на выход. – Людвиг, идём! – позвал он сына и вышел за дверь.
Я тихонько рассмеялся, но на сердце было неспокойно.
– Он этого так не оставит, – предупредил Кевин Свори.
Мог бы и не говорить. Лично у меня сомнений в этом не было ни малейших.
3После разговора с отцом я не стал возвращаться на постоялый двор, вместо этого попросил Кевина осмотреть покои брата.
– Что ты хочешь там увидеть? – удивился Свори. – Столько времени прошло!
– Просто осмотрюсь, – пожал я плечами, бездумно прокручивая на пальце обжигавший холодом перстень.
– Ты и в самом деле считаешь, что его убили? – нахмурился седой рыцарь. – Кейн! Он просто заснул и не проснулся! Такое случается!
– Не в двадцать пять. Сколько на твоей памяти людей его возраста просто… – сделал я акцент на этом слове, – не просыпалось?
Старик промолчал и крытой галереей повёл меня в старое крыло, где располагались княжеские покои.
– Бенедикт не злоупотреблял… северными травами? – спросил я некоторое время спустя.
– Он даже вином не злоупотреблял, – глухо ответил Кевин и начал подниматься по крутой винтовой лестнице, но сразу остановился и обернулся. – Он умер и его не вернуть, Кейн. Просто умер. Господин Улыбчивый не нашёл ни яда, ни магии.
Улыбчивым прозвали колдуна, нашедшего приют в замке ещё во времена правления деда. Подобно многим своим коллегам он бежал на север из-за устроенных церковниками чисток, и не приходилось сомневаться ни в его преданности, ни в знаниях.
– Значит, это был не яд, – только и сказал я. – И не магия.
Кевин Смит досадливо крякнул и продолжил подъём.
Княжеские покои встретили тишиной и темнотой. В них давно не топили, было холодно и сыро, пахло пылью и почему-то свечным дымом. Не иначе натянуло сквозняком.
– Я подожду тебя здесь, – заявил седой рыцарь в гостиной.
– Хорошо, – кивнул я и зашагал через комнату, но сразу заметил полоску света под дверью и положил ладонь на рукоять меча. – Кевин, кто здесь может быть?
– Должно быть, это Густав, – предположил регент, ухватил меня за руку и слегка стиснул предплечье своими худыми, но очень цепкими пальцами. – Прекрати, Кейн! Густав был при Бенедикте кем-то вроде компаньона. Они дружили с детства. Да ты его помнишь!
Я высвободил руку, но послушал рыцаря и за оружие хвататься не стал. Распахнул дверь – та вела в библиотеку. Вдоль стен стояли высоченные шкафы, их полки прогибались под тяжестью увесистых томов. Всё терялось в темноте, только на заваленном книгами столе трепетал одинокий огонёк свечи.
– Кто здесь?! – раздался встревоженный голос, и под скрип половиц из тёмного прохода меж стеллажами к нам вышел высокий молодой человек с нездорово-бледной кожей и глазами книжного червя, красными и припухшими. – О, господин Свори, это вы…
– Здравствуй, Густав, – поприветствовал его регент. – Наводишь порядок?
– Так и есть. Бенедикт терпеть не мог, когда трогали книги, с которыми он работал.
– Вот уж не знал, что Бенедикт увлекался чтением! – не сдержал я удивления.
Библиотекарь озадаченно заморгал, и Кевин Свори представил меня, отвечая на явственно читавшийся в его взоре вопрос:
– Это Кейн, – сообщил седой рыцарь. – Брат Бенедикта.
– Милорд! – встрепенулся Густав. – Столько лет прошло! Столько лет!
Я подошёл к столу и с интересом оглядел громоздившиеся на нём солидные тома в потёртых кожаных переплётах.
– Так Бенедикт увлёкся чтением?
– Не слишком. Его интересовали сочинения по истории Северных земель и генеалогии княжеских родов, – ответил Густав.
– Удивительно, – хмыкнул я и обернулся к Кевину. – Идём?
– Княжеская спальня этажом выше, – указал старый рыцарь на очередную винтовую лестницу.
В спальне я сразу отодвинул с окон тяжёлые занавеси, но светлее не стало. Пришлось отправить за свечами увязавшегося за нами библиотекаря. В их отсветах я оглядел аскетичную обстановку комнаты, немалую часть которой занимала огромная кровать, и спросил:
– Здесь его нашли?
– Да, – подтвердил Кевин Свори.
Я прислушался к своим ощущениям и не уловил ровным счётом ничего особенного. Наивной надежде, будто меня посетит некое наитие, стоит только очутиться на месте гибели брата, сбыться оказалось не суждено.
А лишь вытянул перед собой левую руку в попытке уловить остатки чужеродной магии, и сразу шумно втянул в себя воздух стоявший за спиной библиотекарь.
Я обернулся и наткнулся на ошеломлённый взгляд парня.
– Княжеский перстень! – прошептал Густав. – Он у вас!
– Так и есть, – нехотя подтвердил я, тряхнул кистью и массивный перстень с розой чёрного серебра истаял, растворился в тенях опочивальни.
Кевин Свори досадливо поморщился и многозначительно заявил:
– Надеюсь, ты не станешь об этом распространяться, Густав?
– Нем как могила, – уверил нас библиотекарь. – Просто перстень пропал сразу после смерти Бенедикта…
– Как видишь, не пропал, – отмахнулся я, прошёлся по комнате и спросил: – Густав, мой брат не был чем-то обеспокоен в последние дни?
– Нет, – быстро ответил парень. – А что? Полагаете, его смерть не случайна?
– Просто хочу во всём разобраться, – пожал я плечами.
Библиотекарь покачал головой.
– Нет, всё было как обычно. Мы должны были ехать в Ведьмину плешь на следующий день.
При этих словах на меня накатили детские воспоминания, и я невольно рассмеялся.
