Сделав еще один глоток и спрятавшись за чашей я стрельнула взглядом в сторону Олафа, внимательно, хотя и несколько напряженно слушающего нашу беседу со старым контрабандистом и представителем одного из самых крупных преступных сообществ этого мира. Конечно в каждом болоте водятся свои лягушки, но пообщавшись с вот этим вот милейшим старичком могу сказать что по силе воли и ясности ума он даст фору любой темноэльфийской матроне и большинству человеческих, да и эльфийских властителей. Впрочем, на таких местах дураки не выживают. Теперь понятно где Олаф прошел тренировку после которой он иногда с такой ухмылкой смотрит на ужимки придворных и знати.
— Многоуважаемый Лю, так уж случилось что багаж этой юной леди был утерян. Но это не было бы большой бедой, если бы не потеря паспорта…
Старичок сделал для меня все, о чем просил его Олаф, — лениво думала дроу, рассматривая виднеющийся за окном пейзаж необычайного города, равного которым ей не доводилось видеть никогда в жизни. — И, полагаю, не будь его рядом, попробовал бы сделать еще кое-что, несмотря на годы. Чем-то я его зацепила, несмотря на прожитые человеком годы. А может и благодаря им. Представители данной расы в старости, бывало, начинали ценить исчезающую потенцию выше чем собственную жизнь и честь.
…
— Идем, — прервавший мои воспоминания грубым рывком Олаф, буквально пышущий недовольством, явно был зол. А рука его рефлекторно цапала место у пояса, где обычно висел пистолет. Но сюда оружие взять он не решился. Сказал, моветон. И что здесь никто перестрелку устраивать не будет.
— Что-то случилось? — невинно уточнила Инельда, сканируя пространство и переходя на ментальную речь. Телепатия никогда не была ее коньком, но уж передать мысли при тактильном контакте смог бы почти любой темный эльф. — Оружие, почти все, мне пришлось оставить в номере, снятом в роскошной гостинце, высотой не уступающей иным наблюдательным вышкам, но здесь смотрящейся карликовой халупой на фоне некоторых зданий. Два отравленных лезвия под ступнями туфель не в счет. Но ведь есть же еще магия…
— Цыц! — мысленно Олаф буквально кричал. — Здесь цивилизованное общество! И представители больших шишек. Попробуем хоть гавкнуть на них — черта лысого нам кто чего продаст. В натуре!
— Что значит последняя фраза? — холодно уточнила дроу, взбешенная тоном своего спутника.
Будь он менее нужной темной эльфийке персоной, уже мог бы и поплатиться за свою грубость. К примеру, глазом. Или двумя.
— Сам точно не знаю, — буркнул человек, понемногу успокаиваясь. — Просто так все время говорил один мой знакомый русский прапорщик. Парень хороший, в меру честный и материально обеспеченный на высшем уровне, но живет он… Далеко, это мягко сказано. Да и золотом вряд ли примет. У него на родине с его реализацией большие сложности. Хотя вроде и добывают благородные металлы много где. Дикая страна!
— О нем — потом, — твердо решила Инельда, слегка сжимая кожу Олафа своими когтями и слушая его недовольное шипение. — И не надо такие рожи корчить, я тебе даже кровь не пустила! В чем у нас проблемы здесь и сейчас?
— Маньячка, — мысленно констатировал ее спутник. — Но красивая. А также нежная и ласковая. Когда связанная. Не надо было сети убирать, без них ты сразу меняешься к худшему.
— Сам виноват, — фыркнула девушка и слегка ослабила свою хватку. Темные эльфы ценили тех представителей иных рас, кто мог их убить без всяких для себя негативных последствий, а даже с некоторой выгодой, но все-таки решили оставить дроу в живых. Не понимали, как правило, но ценили очень высоко. Ибо ради возможности ощутить свою спину надежно прикрытой согласны были пойти на многое. Сородичам ведь такое не доверишь. Во всяком случае, без риска получить кинжал в спину в любой момент. Да и нельзя сказать, что Инельде совсем не нравился Олаф и то, чем они с ним время от времени занимались. Скорее уж наоборот. Все-таки она была молодой и здоровой женщиной. А в постель к дроу мужчины попадали не просто редко, а очень редко. — И не уходи от темы.
— Я попросил слишком многое сразу, — пояснил торговец оружием. — И это заставило возможных партнеров… насторожиться. Мелкие партии всевозможных пистолетов, автоматов, гранат и прочей подобной чепухи их не особо волнует. Любая профессиональная армия раскатает необученную толпу, не важно, какой численности, вооруженную подобным мусором в тонкий блин. Но вот зенитно-ракетные комплексы, противотанковые гранатометы и бронетехника, пусть даже устаревшая лет на двадцать, это уже совсем другой коленкор. Ими можно при желании навести некоторого шороху. К примеру, уничтожить ядерную станцию. Уронить самолет президента. Разнести вдребезги здание правительства какой-нибудь страны, устроив неожиданный десант из неприметного сухогруза или авиалайнера и набрав бойцов-смертников. Взорвать саммит большой шестерки, или как там правильно называется слет лидеров мировых держав.
— Хорош, — мечтательно подумала о своем спутнике Инельда, скрыв от него свои мысли. — Чувствуется, может все перечисленное. Или хотя бы примерно представляет, как это сделать. Я, конечно, не понимаю, о чем именно он толкует, но сразу видно. Танец смерти, развязанный им, будет восхитителен и унесет не одну тысячу жизней. Достойный выбор, за неимением лучшего… Лучшее как всегда досталось светлым. Обидно. Хотя, может, пусть она довольствуется императором моего родного жалкого примитивного мирка? А мы с Олафом, опираясь на мощь построенной там империи может и попробуем захватить себе этот. Если все будет хорошо.
— В общем, говоря политическим языком, мне был выражен вотум недоверия, — печально признался человек, даже не подозревающий о амбициозных планах идущей с ним бок о бок девушки. — И пока не скажу, куда именно пойдет мое оружие, причем с предоставлением гарантий, что оно отправится именно в заявленное место, никто ничего толкового не продаст. Разве что мелочь какую. Или вообще старье несусветное, видевшее не то что Гитлера, а даже и самого Наполеона!
— Ты считаешь, имеющееся у тебя мусором? — удивилась Инельда вслух.
— Да, — коротко и емко ответил Олаф. — Это не то чтобы совсем не оружие… Оружие, но не для большой войны.
— Как же вы тогда решаете споры между теми, у кого есть власть? — уточнила девушка.
— Приедем в гостиницу, покажу.
Олаф.
А вообще мысль поразить достижениями Голливуда и современной видеотехники девушку, ведь несмотря на некоторое количество скрытых по всему телу орудий для смертоубийства и поистине взрывной характер моя спутница была именно девушкой со всеми присущими этому подвиду разумных существ достоинствами и недостатками, была довольно интересной. Сам факт того что в гостиничном номере на мягком диване в окружении сонма подушек поджав под себя длинные точеные ноги разместилась неуловимая глава гильдии убийц из другого мира и с подозрением и тревогой следит за моими манипуляциями с пультом домашнего кинотеатра, заставлял меня прилагать недюжинные усилия для того чтобы предательская ухмылка не засияла на моем лице. Мне и так хватало текущих проблем. Отливающий чернотой экран от более чем двухметровой плазмы, воспринимавшийся Инельдой еще недавно как зеркало с легким щелчком включился и отобразил абсолютно непонятный для мой спутницы набор символов. Все же у языковых амулетов есть один, но довольно серьезный недостаток — письменность приходится изучать самостоятельно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
