преодолеть военные амбиции и пошёл на дипломатический контакт.
По итогам переговоров, детали которых так и остались неизвестны широкой общественности, Тадей не только отвёл войска, но и сделал шаги к интеграции Доминиона в культурную и социальную жизнь Империи. Это включало разрешение на строительство Доминионской церкви на территории Империи и создание областей смешанного управления. Такие решения вызвали неоднозначную реакцию среди аристократии и населения, но в целом способствовали периоду мирного сосуществования.
Смерть Тадея Чёрного привела к новому кризису престолонаследия, в результате которого к власти пришёл Николай Алкас из рода Алых Орлов. В его правление активно начались стагнация и отток проектов между Империей и Доминионом, но несмотря на официальную политику, многие аристократы продолжали поддерживать связи с Доминионом, что в итоге создало предпосылки для начала первой священной войны.
(Статья из проекта «Имперские Хроники»)
В лабиринте ослабевшего сознания Ториан боролся с оглушающей головной болью, прежде чем удалось разлепить веки. Юноша оказался в большой серой комнате. Стерильные, гладкие стены отражали лишь затушёванный свет, едва врезающийся во тьму. На одной из переборок висело огромное зеркало.
Тусклый свет, дрожащий и колеблющийся, едва освещал тревожные углы и создавал иллюзию движения в тени, превращая пространство в поле мрачных заблуждений. В центре комнаты стоял простой стальной стол. Ториан почувствовал, что был прикованным к металлическому стулу.
Время, казалось, остановилось. Совершенная тишина повисла в воздухе. Можно было слышать собственный учащённый пульс, отчётливо раздававшийся в глубинах посечённой страхом души.
-«Так. Хорошие новости, я жив. Плохие - видимо, меня будут пытать», - произнёс про себя молодой человек, ознакомившись с новым окружением, - Чёрт, как же, тошнит, - шёпот прозвучал взрывом в пустой комнате, а лицо искажалось болезненной гримасой.
Неожиданно раздалось шипение и громкий щелчок. В момент, когда в комнату ворвался яркий свет, безжалостно высвечивая все недостатки серых стен, делая их ещё более мрачными. В дверном проёме появилась высокая фигура, в элегантной и функциональной полевой форме, уместно контрастировавшая с окружающим унынием. Китель серого цвета, длинный и строго зауженный поясным ремнём. Обтягивающий крой выделял мускулистую, но плавный силуэт неизвестного. Остро сформированные линии овального лица, маленький носик и заметные под китель бугорки, не оставляли сомнений в том, что перед Торианом находилась женщина.
Движения девушки были уверенными и чёткими. Запах, исходящий от неё — смесь чистого спирта, горелой плоти и металла, указывал на недавнее пребывание в лаборатории или на операционном поле. Держа в руках планшет, незнакомка безошибочно переключала свой проницательный взгляд между Торианом и информацией перед собой, демонстрируя профессионализм и внимание к деталям.
Ухмылка, оттенявшая её губы, оставляла впечатление женщины, привыкшей к скепсису и мало удивляемой обыденным. Опираясь о спинку стула и разглядывая Ториана, её взор впитывал облик имперца, словно пытаясь разгадать тайны молодого человека. Карие глаза были полны холодной злобы.
— Удивительно, сама волчица, или я просто сильно контужен? — спросил парень, скорее себя, чем девушку. Голос его звучал спокойно, без лишних эмоций, но взгляд был смущён и озадачен. Ториан невольно задрожал от страха, представляя возможные пытки и мучительную смерть. Этот ужас нарастал, как тёмные тучи на горизонте.
— Мария Волкович. Вы знаменитость даже среди имперских военных, — тускло улыбнулся юноша, пытаясь скрыть волнение.
— Считай, что тебе повезло, красавчик, — сухо отозвалась Мария и наклонила голову, внимательно изучая лицо Ториана. Её большие глаза медленно скользили по его облику, не упуская ни одной детали. Холодное спокойствие и точность в каждом движении заставляли имперца ещё больше нервничать.
— Итак, Ториан, — девушка поправила инсигнию полномочий на вороте своей формы, — Я не буду вдаваться в прелюдии. Мы оба знаем, чем наша бурная ночь с тобой может закончиться. Собственно, — она цокнула языком, — насколько бурной она будет, зависит только от тебя и твоего желания говорить.
Мария чуть подалась вперёд и провела рукой по спинке стула, потом щёлкнула пальцами. Из стен выскользнули несколько металлических щупов с острыми пинцетами на концах. Один из них приблизился к её плечу, и девушка погладила устройство, будто это был домашний питомец.
— Ну что, я сразу начну снимать с тебя одежду, или будем говорить? Кто, откуда и куда. Весь сок вашей деятельности, — произнесла она, не отрывая взгляда от лица пленника.
— Установления контроля над столичной системой Доминиона Чёрной Звезды. Оказание поддержки основным силам вторжения. Содействие десанту на планету НБ-4. Точная численность сил мне неизвестна, — ответил Ториан, стараясь сохранять спокойствие.
— Ты говоришь базовые наборы фраз, которые говорили сотни таких, как ты, — Мария оперлась пальцами о щеку, словно слушая его невнимательно. — А мне нужны точные данные. Учитывая численность имперских соединений, вы, молодой человек, явно что-то утаиваете.
— Хорошо, я скажу. В настоящий момент должен прибыть флот с тремя наёмническими группировками, — продолжил он, надеясь, что это поможет сохранить его жизнь.
Воспоминания Ториана медленно охватили его сознание, словно туман, скрывающий тайные проходы в лабиринте памяти. Юноша вновь оказался в той таинственной комнате, где густая тишина служила переплетением загадочных заговоров и забытых слов. Этот искусственный покой, в котором легко было потеряться, казался идеальным местом для скрытых собраний. Умиротворяющая мелодия, звучащая на фоне, напоминала шёпот невидимых сил, манивших в царство забытых миров, и каждый аккорд казался загадкой, подсказывающей следующий шаг.
Свет в комнате медленно тускнел, и с течением времени пространство перед глазами становилось всё темнее, приближая Ториана к пределу своего восприятия. Но тьма не приносила пустоты; она была наполнена живыми, ярко мелькающими цифрами, как искры огня в ночи. Эти числа танцевали перед его глазами, переплетаясь в коды, координаты и команды — загадочный язык, позволяющий ему взаимодействовать с машиной, словно шептать тайные заклинания.
Каждое слово, которое нужно было произнести, формировалось из этого хаоса цифр. Неверная фраза превращалась в острую физическую боль. Система требовала совершенной точности и концентрации, не прощая ошибок, будто каждое неверное движение руины могло вызвать катастрофу.
Когда тусклый, синтетический голос в комнате объявил о завершении сканирования, Мария самоуверенно размяла шею, подчёркивая своё спокойствие в этой напряжённой обстановке. Её глаза не отрывались от Ториана, который, казалось, едва вырвался из оцепенения своих воспоминаний. В ответ на его молчание Мария бурно набирала что-то в планшете, её пальцы быстро скользили по экрану, словно девушка играла на невидимом пианино.
- Я могу доложить вам кое-что весьма ценное, что заинтересует ваше начальство. Но хочу получить взамен смягчение моих условий, - произнёс Ториан деловым тоном, прерывая тишину. На лице имперца заиграла ухмылка,
