хитрецой.
Проверив показатели Саши, целый час разговариваю с его отцом.
Уверяю, что мы всё сделали правильно. Сердечный ритм и функция лёгких – стабильны. Заживление тканей будет долгим. Но при должном уходе и консультации других специалистов пройдёт менее болезненно.
Настоятельно просил не винить жену.
Вообще никого не винить в случившемся.
— Сонь, я к тебе не просто так… — Стою на пороге с завядшим фаленопсисом в руках. — Мне подарили, а я не знаю как за ним ухаживать. Заберёшь?
Тонкие ноздри Каролины агрессивно вздрагивают, когда я без стеснения рассматриваю её чуть изменившуюся фигуру.
— Чуть позже зайду, — сообщает она Соне слишком резко как по мне.
— Приводи Машу в следующий раз. Нужны анализы свежие. Сделаем корректировки.
— Хорошо.
Розова останавливается передо мной, не поднимая взгляда. Переминаясь с ноги на ногу, пытается обойти.
— Что-то мы стали видеться с вами часто, Каролина Игоревна. Судьба? — Последнее сказано с горечью прошлых обид и недопониманий.
— Пропустите, Родион Георгиевич.
Грудью задевает плечо. Пыхтит. Старается минимизировать наш контакт. За грудиной всё снова пульсирует. Пробила королева толщу льда. Ключом бьёт. Фонтанирует.
— Забыла добавить «пожалуйста», королева, — склоняюсь к маленькому ушку.
Делаю полшага в сторону, пропуская.
— Тут уход больше не понадобиться, — мрачно поджимает губы Соня, принимая из моих рук горшок.
— Моя магия на него не действует, — пожимаю плечами. — Думал, что у тебя найдутся таланты его реанимировать.
— Горшок оставлю… Пересаживать буду дома цветы. Чего добру-то пропадать, — придирчиво рассматривает его со всех сторон. — Туманов, а приходил-то зачем?
Софья не в курсе нашего бурного романа с Каролиной. К гадалке не нужно ходить.
Интересно при каких обстоятельствах они познакомились?..
— Э-э-э, — чешу затылок, опомнившись. — Ты что-то сказала?
— Родион, у меня в личной жизни перемены, — бросает на меня короткий взгляд. — Если ты что-то хотел, то извини.
Не вдупляю.
Мы однажды пили кофе в буфете. Намёков с моей стороны не было. Вспомнил о её пристрастиях к фаленопсисам – решил сбагрить это добро.
Сейчас я вообще думаю о чём угодно, но не о том, что происходит здесь и сейчас. Я морально следую за Каролиной, чтобы прижать её к стенке и попытаться, как-то унять ту пульсирующую боль уже во всём теле, что не отпускает меня.
— Любовь да совет. Совет да любовь, — не оглядываясь. — Короче, будьте счастливы.
Быстрым шагом рассекаю коридор, а затем три лестничных пролёта, оказываясь на первом этаже. Жму кнопку лифта. Аккурат останавливается, как я и предполагал. Сейчас загруженность. Движение вверх-вниз со скоростью черепахи.
Все выходят. Подвальным этажом мало, кто пользуется.
— Попалась, Каролина Игоревна?
— В кошки-мышки, Туманов, я не играю, — сверлит злым взглядом, складывая руки на груди. Формирует чувственную ложбинку. — Если по делу, то…
— Хочу кое-что проверить, — склоняюсь к её лицу.
Глава 5
4 года назад в квартире Туманова.
Открываю дверь, еле удерживая одной рукой целую охапку белоснежных роз для своей королевы.
Мириться будем.
Надеюсь, что она не отхлестает меня ими по лицу, как было в прошлый раз. Но после… Ох, после лучше не вспоминать.
Прийти к ней на поклон для примирения в полной боевой мужской готовности, как вырвать чеку у гранаты – снова поссоримся. Её же лаской нужно. Бархатными интонациями соблазнять, пока моя снежная королева не растает.
Превращаюсь в каменное изваяние, когда слышу:
— В чём ты хочешь, чтобы я призналась, мама?! — Каролина стоит ко мне спиной, разговаривая по телефону с Ириной Сергеевной. — Окей, — шумно вздыхает. — Я не люблю Родиона. А живу с ним, потому что уж очень хочу попользоваться благами его родственника! Такая правда тебя устроит?
Букет падает на пол.
Перед мысленным взором со скоростью карусели возникают наши счастливые моменты, начиная с нашей первой встречи. Они тлеют и рассыпаются пеплом, болью пронзая каждый миллиметр моего тела.
Каролина оглядывается через плечо. Такой растерянной и одновременно злой я вижу её впервые. Не вовремя я со своим веником пришёл домой. Отпросился пораньше, чтобы отлюбить свою молодую невесту перед подачей электронного заявления в загс.
Обломался, что сделать вдох больно.
— Да, детка, ты влипла, — усмехаюсь, скрещивая руки на груди.
— Родион, всё не так, как кажется, — складывает ладони вместе. — Выслушай меня, пожалуйста.
Опустив взгляд, расфокусированно смотрю в одну точку на полу. За грудиной жжёт адским пламенем. Хочется крушить всё вокруг, а её поставить в эпицентр, чтобы видела и чувствовала моё состояние.
— Ты ещё что-то хочешь добавить? — Мой смех больше похож на рычание раненого животного. — Мой дядя отправит тебя в Канаду с твоим обожаемым научным руководителем, которому ты заглядываешь в рот при каждом удобном случае, когда тот сделает тебе комплимент! Завтра… Послезавтра?.. КОГДА?!
— Дурак, — громко смеётся на всю комнату. — Какой же ты дурак!
— Так, просвети меня, королева! В чём же я такой «дурак»?! — Вплотную встаю перед ней.
Её взгляд застревает в районе кадыка. Тяжело дышит. Своими эмоциями лупит без видимых пощёчин.
— Всё воспринимаешь за чистую монету!
Каролину я изучил вдоль и поперёк её роскошного тела.
Понимаю без слов её желания в постели. А дальше?..
Новый день начинался, как день сурка: работа, заказной ужин и постель. Выходной раз в неделю.
Всё остальное не совпадало.
— Детка, я честно старался, но это уже за гранью.
На кухню Каролина не приходит. Гордячка. Снова она во всём права! Из такой аховой ситуации сделать из меня дурака! Только королевы на это способны!
Сержусь, но продолжаю любить.
Хорошо.
Ещё раз прогнусь и попытаюсь выслушать её.
— Не понял! — Вырываю из рук Каролины дорожную сумку. — Что ты творишь?!
— Ухожу.
— Королева, не шути так. Я же могу и отпустить.
— Так, отпусти, — пожимает плечами. — Всего сама добьюсь. Без протекций твоего дядюшки.
Качаю головой, отвергая реальность происходящего.
— Каролин, ты понимаешь, что сейчас делаешь? — Ощущаю, как по телу прокатывается волна мурашек озноба.
— Собираю свои вещи! — Гордо вздёргивает подбородок она.
— А свадьба, а дети… — Растерянно шепчу.
— Не будет ни того, ни другого! — Аж подпрыгивает на месте.
— Значит действительно НЕ ЛЮБИШЬ! А я пытался быть джентльменом в твой первый раз!
— Замолчи, пока не поздно, — холодно чеканит
