может забыть про наличие папы в своей жизни?
Машенька выросла. И чем старше она будет, тем чаще будет всплывать этот насущный вопрос.
— Нет, — из кармашка достаёт шоколадную конфету.
— Хулиганка.
— В папу!
Луиза ушла, а я осталась наедине с дочерью.
Одной рукой она разукрашивала трицератопса, а с помощью другой кушала дольки яблока.
Лёгкий стук в дверь. Затем ещё один, но более настойчивый.
— Кто там? Аррр! — Звонко спрашивает Маша без моего разрешения.
— Королева души моей, открой, пожалуйста, — по ту сторону хрипит Туманов.
— Я тоже королева! Я тоже! Я тоже, потому что в папу! — Переходит на ультразвук дочка.
— Королева, ты совсем, что ли долбанулась? Ребёнка в закрытом кабинете одного оставила?.. — Обеспокоенно выдаёт Родион. — Малая я за ключами. Сиди и не реви.
— Мама, откр-р-рывай! Нас принц спасает!
Отрицательно мотаю головой, как маленькая.
Маша, видимо, поняла, что со мной каши не сваришь. Тянет руки к замку, в котором торчит ключ.
— Каролина, если ты не откроешь сама, то вся больница услышит пожарную сирену. Рискнёшь? — В своей привычной манере угрожает на моё сопротивление он.
Открываю дверь настолько, чтобы он не увидел Машу.
Но эта егоза подныривает под руку и оказывается перед проницательным взглядом Туманова.
— Аррр! — Дочь громко произносит, вставая на цыпочки, чтобы казаться выше.
— У неё глаза моей мамы, — Родион припадает перед Машей на одно колено, как рыцарь в доспехах. В его случае в медицинском халате и с молочной плиткой шоколада в руке.
— Я вся в папу! — Гордо произносит дочь, хлопая в ладоши.
Глава 7
Родион
— Доченька, я не позволяла тебе выходить из кабинета, — мягко, но настойчиво Каролина подтягивает за хрупкую ладошку девочку к себе. — Разрешаю ещё одну конфету. Но только одну, Мария, если ты вернёшься за мой стол.
Строго грозит моей девочке указательным пальцем.
— Ур-р-ра, конфета!
Пропускает её внутрь, а передо мной выставляет руку вперёд.
Врезаюсь грудью, где истошно колотится взбесившееся сердце.
— Как ты могла, Каролина, так поступить со мной? С нами?
Во взгляде ни капли сожаления или раскаяния. Там ничего, кроме ненависти ко мне.
— Могла и поступила, Туманов, — холодно чеканит в ответ.
Она не отрицает.
Моя королева умышленно лишила меня дочери из-за обид прошлого.
— Маша – моя дочь. Моя! — Повышаю голос на пике болезненного укола в груди.
— Когда-то она была тебе не нужна, а для меня было уготовано место в золотой клетке, — смотрит на кого-то поверх моего плеча. — Уходи.
— Нет.
— Дура, что не вернулась ко мне!
— Дурак, что не оставил мне выбора!
Тихое покашливание за моей спиной.
— Каролина Игоревна, я бы позвонила, но телефон у вас что-то не работает, — очень деликатно расставляет акценты Сотникова.
— Дочка «лечила» телефон. Пока он на больничном, — а сама с меня взгляда не сводит. — Что-то серьёзное?..
— Про скрининг хотела вопрос задать, но вижу, что сейчас вы очень заняты. Родион Георгиевич составите мне компанию за чаем?
— Я пока занят.
— Найдите время, пожалуйста. Минут десять вполне будет достаточно.
Каролина закатывает глаза в своей привычной манере.
Наличие общего ребёнка, появившегося в моей жизни по щелчку пальцев, меняет мои внутренние установки по такому же принципу.
Если моя королева не изменилась, то я обязан делать всё с точностью наоборот, чтобы предотвратить множество ошибок здесь и сейчас.
— Я помню, где живёт злобная дракониха, охраняющая покой моей королевы. Ждите в гости.
Впиваюсь в сладкие губы под бормотание, какая же всё-таки я сволочь.
— Что же получается? Теперь ты – папочка одной непоседы и почти женатый человек?.. — Руслан в своей излюбленной манере откидывается на спинку кресла, заложив руки под голову.
— Руслан Николаевич, кажется, что вы торопитесь в своих выводах относительно второго предположения. Каролина Игоревна на первый взгляд крайне обескуражена поведением Родиона Георгиевича. Не выглядит счастливой невестой, если быть прямолинейной.
Сотникова над нами потешается как над маленькими желторотыми птенцами, ещё не познавшими женской ласки.
— Ох, Наташенька, ты как всегда права, — Соболев смотрит на неё с особой теплотой, которую мне никак не понять. Замужняя. Беременная. Мать уже двоих детей. Но эти двое никогда не рассказывают чужих тайн, оставляя личное действительно «личным».
— Наталья Владимировна, что же мне делать? — Жалобно подаю голос я.
— Налегайте на халву в шоколаде, Родион Георгиевич. Чего с пустым ртом сидите?..
— «… И глупые вопросы задаёте», — тут же включается Руслан.
— Окей, а какие мне вопросы задавать?!
— Тут не вопросы нужны, а действия, Родион Георгиевич, — мягко отвечает мне Сотникова. — Цветы и предложение руки и сердца для матери, а динозавра ребёнку.
Дружное переглядывание.
Хохот до слёз.
— Дурень, только не перепутай! — Соболев рыдает и смеётся одновременно.
— Да-а-а, — почёсываю затылок я. — За один день у меня появилась почти невеста, Маша и будущая свекровь. К слову, последнюю можно вычеркнуть за деструктивное поведение.
— Не-а, дружище. Придётся брать полным комплектом. Своя ноша не тянет. Запомни или запиши! — Под тихий смешок Наташи Соболев поднимает указательный палец вверх.
— Легче сказать… Дружище… — тяжело вздыхаю перед тем, как отправить халву в шоколадной глазури в рот.
Глава 8
— Тр-р-русы погладь, дубина! Аррр! — Тайсон зловеще щёлкает клювом. — Дядя Кор-р-рзун плохого не посоветует! Аррр!
— Рискуешь провести зиму на помойке, Тайсон. Посмотрим, чьи советы сработают! Дяди Корзуна или папочки Туманова!
Что-то меня на дрожь пробирает.
Так только с Каролиной штормит.
Я ничего не знаю о Маше: моей Маше, моей маленькой девочке, моей дочери.
Вспомнил, что видел то ли раскраску о динозаврах, то ли журнал – купил надувной шар в облике тирекса.
Надеюсь, что сердечко маленькой принцессы я смогу покорить.
Чего не скажешь о снежной королеве и злой драконихе!
«Я вся в папу!» — Раза два сказала малышка.
Неужели, кого-то она уже называет папой? Я слышал про женишка из Канады. Ной?
Обломинго, Ной.
Девчата МОИ!
— Р-р-резиновое изделие не забудь, дубина! Аррр!
— Что же мне с тобой делать, Тайсон? Девочек своих перевезу, а ты тут ругаешься как сапожник.
— Испр-р-равлюсь, кэп.
— В следующий раз куплю тебе подкормку с йодом.
