А еще, с помощью рейдерского захвата и скоротечных боевых действий (заодно и новичков из охраны потренировала), прихватила так же медленно умирающую типографию Волоковых, что располагалась на окраине Москвы. Теперь, когда милые блокнотики с яркими детскими или просто красивым рисунками, раскраски, перекидные и настенные календари, пафосные записные книги, да и просто детские книжки уходили как горячие пирожки, ее бывшие представители клана и вовсе в истерику чуть не впали, закидывая царя жалобами и претензиями.
Кстати, Волоков, подписавший передачу имущества под давлением силы и даже получивший символическую сумму на счет, попытался провернуть тот же финт по захвату бывшего имущества обратно, что и Надежда. Впрочем, потеряв несколько магов, коих и так осталось у него мало, под грозным взглядом Государя, быстро сдался и теперь только ругался и грозил издали.
Вообще жизнь Надежды вроде и наладилась, но что-то как будто сломалось внутри. Даже все больше пополняющиеся счета и успехи уже не радовали. Просто воспринималось все как стартовый капитал для сына, который вырастет и займет ее место, а самой девушке и не хотелось ничего. Не радовало даже то, что не надо больше перешивать платья из бывшей одежды почивших родственников, а можно только пальцем щёлкнуть и самые модные дома в очередь выстроятся, предлагая лучшие, по их мнению модели.
Комфортно ощущала себя лишь с Тимохой, который умел молчать, чувствуя ее настроение, с сыном, просто потому, что любила, и Егором Ильичом, что учил ее пользоваться теневой тропой.
На самом деле бывать на стыке грани живого и мертвого мира она не любила, хотя прокладывать минимальную тропу и научилась. Отчего-то ей было некомфортно в серой дымке безвременья. Тут кстати выяснился интересный нюанс, что сколько бы она там не пробыла, даже если целый час к предполагаемому выходу добиралась, но возвращалась в свой мир в ту же секунду, что и вошла.
Это был интересный факт и необъяснимый. Еще Егор Ильич объяснял, что все в ее голове. Можно за три шага на другой конец империи добраться, а можно несколько внутренних часов в другой конец комнаты идти, главное, чтобы точку выхода представлять и тень на выходе иметь. Надежде, которая все же являлась практичным человеком, все это осознавать было сложно, но она училась, как и фехтованию у Петра Васильевича, а в свободное время придумывала и тренировала приемы и уловки, что можно создать для ближнего боя с имеющейся магией воды и холода.
Повторения прошлой ситуации, когда погиб Мирослав, она больше не хотела.
Жизнь текла своим чередом. Друзьями и близкими знакомыми девушка так и не обзавелась, зато часто бывала во дворце не официально, только когда надо было обсудить очередную задумку или возникали неотложные вопросы по проекту, появлялась, игнорируя по возможности балы и увеселения.
И хотя друзьями с царской семьей они также не стали, но взаимное уважение присутствовало. Надежда радовалась разумности Николая Васильевича, что не лез в дело, в котором ничего не понимает, хотя и злилась за желание того пристроить ее в свою семью, а Государь восхищался придумками девушки и умением ее из всего извлекать прибыль.
Часто царь спрашивал, нет ли еще какого нового проекта для партнерства, но девушка, оглядевшись за эти года решила, что менять и так развитое государство, смысла нет. Единственное, что она подумывала внедрить это электричество, чтобы оно и для простых людей было доступно, да создать охранное агентство под предводительством отучившегося Добрыни, но то были лишь планы.
Еще, совершенно случайно, девушка стала законодателем моды. Сама она менять ничего не планировала, но принятые в высшем обществе сорочки, блузы, корсеты, пусть и упрощенные, да жакеты, одеваемые разом, бесили ее неимоверно. А ведь были еще длинные тяжелые юбки и не менее двух, а то и трех нижних под ними. Да, такого девушка стерпеть не могла, особенно в жару, когда и так дышать тяжело, а потому упростила в своем гардеробе все, что смогла. Даже прямые штаны умудрилась пошить под длинный, почти до колена жакет.
Петр Васильевич чуть в обморок не упал, когда Надежда в таком виде на конную прогулку — тренировку вышла. Его «невместно барышне портки мужские, как последняя деревенщина таскать» слышали наверно даже в Москве, но девушка не сдалась.
— То, что ниже пояса длинным жакетом прикрыто и штаны ног не обтягивают, значит все прилично, — рявкнула она зло, — а в юбках путаться на лошади это только себя не уважать. Вон, сходите в госпиталь и узнайте, сколько женщин благодаря этим, зацепившимся за что-нибудь тряпкам с лошади падают. Рассказать, как я спину тогда сломала и где была бы сейчас, кабы магия во мне не проснулась?
Наставник, которому сказать в ответ было нечего, хватал ртом воздух, шипел, упрямо плевался, но поделать ничего не мог, а уже через неделю три девушки в штанах и удлиненных жакетах скакали на лошадях по дороге, прилегающей к имению Иворовых.
5. Попытка внушения
Очередной вызов во дворец пришел внезапно.
Надежда, которая планировала посвятить утро сыну, а потом заехать в магазин и обсудить новые модели мебели и интерьеры выставочных комнат, покачала головой раздражённо.
Вот и что такое срочное могло случиться, что царь лично по сети вызов прислал?
На самом деле, за столько лет, к посиделкам и чаепитиям, под которые проходили обсуждение дел, Надежда привыкла. Раздражала ее последнее время лишь Жанна Карловна, все чаще присутствующая на совещании и ловящая каждое слово девушки.
Отчего принцесса, пользуясь тем, что является единственной и главной супругой наследника, посчитала, что к делам она также имеет отношение, девушка не поняла.
Жанна Карловна оказалась не просто неприятной особой, но любительницей лазить в дела, о которых не имела и малейшего понятия, а еще часто выступала с репликами о том, что глупой девке нечего делать в партнерах у царской семьи.
Плохо было еще то, что если раньше это были просто словесные нападки то, судя по последней встрече, дальше вполне можно ожидать реальных неприятностей.
Прикинув как можно обезопасить себя, своих близких и свой бизнес, девушка вздохнула — кажется, пора воспользоваться изобретениями и задумками Митьки, что как горох сыпались из парня.
Собралась Надежда быстро. Накинув на плечи утепленный плащ — все же апрель в этом году выдался холодный, девушка вызвала двух охранников и с комфортом устроилась в улучшенном по ее желанию и чертежам магомобиле.
Встретил ее как обычно личный слуга Государя.
— Прошу, Ваша Светлость, — поклонился он низко и подобострастно, — царь — батюшка в красной гостиной ожидает вас.
Надежда,
