кем-то сейчас не дома, поэтому ты просила меня помочь?
— Да.
— До утра останешься здесь, а потом я отвезу тебя обратно. Это не обсуждается. Хочешь посмотри телек, пока я.... Ладно. Можешь делать что хочешь. Приставать точно не буду. — Он улыбнулся, но уже не так, как минуту назад. Натянуто и все то тепло в глазах испарилось.
Деваться не куда. Он прав. Поэтому забравшись на диван, я уставилась в телевизор, но каждую минуту поворачивалась, смотря ему в спину, пока он мыл чашки и убирал со стола. А потом скрылся в комнате. Я ждала, что он присоединится ко мне, но так и не дождалась. Мне не было больше холодно, согревшись окончательно, уснула, под монотонный звук телевизора, сквозь который просачивался шепот Стаса:
— Соник.
Но мне так не хотелось просыпаться.
Глава 3
Стас
Ворох мыслей. Так я могу описать свое состояние. Меня колбасило от ее естественности и того, как она смотрела на меня, поедая бутерброды. С детской непосредственностью, наивностью, заполняя все мое личное пространство своим магнетизмом.
Да ни хрена в ней нет особенного. Отметал наводнившие мозг мысли. Так мне казалось, пока она не подняла голову и не посмотрела на меня отогреваясь в ванной. Без тонны косметики на лице, уставшим взглядом, благодаря о помощи. Она, как и предполагалось сказала спасибо, но за нее, о большем говорили глаза.
Хотела, я чувствовал, хотела поддаться искушению, изведать, что-то новое, но не решилась. Не прыгнула в омут, не сделала шаг. Хоть и стояла на краю обрыва. Я спугнул, назвав ее Соник. Это первое, что пришло мне на ум. Сорвалось с губ и вышло наружу, от всей искренности моего сердца. И, блять, ее улыбка в тот момент. Она отогрелась, а я сука, растаял. Расплавился, потому что еще никогда не видел, насколько искренне может радоваться человек, чему-то настолько простому. Обычной мелочи. Софа-Соник.
Страх. Это то, что влияет на нас больше всего. Каждый человек живущий на планете, чего-то, да и боится.
Я щекотки внутри. От того, как почувствовалась ее рука в моей.
А она? Чего, блять, так настолько сильно испугалась она?
И да, эта девчонка. Сука, насколько она сексуальна. В моих вещах, на несколько размеров больше. Самая эротичная из всех моих фантазий. В момент, когда она свалилась на меня, не смог по достоинству оценить ее голые ноги, не совсем до этого мне было. Но вещи не скрыли ее внутренней женской энергии. А она от нее била ключом, с размаха, прямо мне по голове и между ног.
Я трахал красоток. Длинноногих эскортниц, обожающих люкс. За бабки. Кто-то брал меньше, кто-то больше. Просто мимолетный, ни к чему не обязывающий трах. Всунул, кончил и ушел, забыв, как выглядит, и как звали. С силиконовыми губами и сиськами, но Соник...
— Твою ж мать. — Выругался, сидя в темноте комнаты, на кровати.
Ничтожные шаги разделяли нас, но я не осмелился больше рушить ее стены и пространство. Я думал, что она одинока. Что по ошибке захлопнулась дверь. Да, оно так и было. Подумал про брата, но ее взгляд сказал о большем. Ее сердце глубоко кем-то занято.
Лег на кровать, раскинув широко руки. И так, и пролежал, с открытыми глазами, вперя взгляд в потолок. Хрен знает сколько времени прошло, когда услышал негромкий стон. Сначала, показалось, что это телевизор шалит, но встав и тихо прокравшись в гостиную, подошел к гостье, и нашел истинный источник звука.
Почти с головой накрывшись теплым пледом, она спала и стонала во сне. Снова эта дрожь, и искривленное от боли лицо. Ей холодно, дико холодно. Кошмар? Не думаю. Приложил ладонь к ее лбу. Горит, как конфорка на самой большой мощности.
— Мда. — Вытащил из аптечки градусник. — И как измерить? — Разговаривал сам с собой.
Осторожно отыскав край пледа, отбросил его в сторону. Худи задралось, обнажив полоску гладкого подтянутого живота.
Почему она так на меня влияет?
— Мммм. — Простонала Соник, пытаясь накрыться пледом снова.
— Соф. — Тихо позвал. — Ты горишь. Нужно измерить температуру. Без твоей помощи я не смогу это сделать. Слышишь?
— Мммм. — Она не слышала, продолжая стонать.
Ладно. Мои штаны, тоже не особо слушались ее тело, съехав на бедрах ниже. Боже. Я, как оголодавший извращенец.
— Соф, пожалуйста. — Взмолился, в последний раз, немного тряся ее за плечо.
Ни хрена. Она спала и не думала мне помогать. Билась в агонии. Лицо белее снега, падавшего хлопьями за окном.
Попробую. Присел на корточки, приподняв одну ее руку, а второй, с градусником наперевес подлез под толстовку, начиная медленно, вверх, прокладывать путь. От прикосновения ладони к ее обжигающему телу все во мне начало закипать. Я по ходу тоже заражаюсь той болезнью, которой заболела она. Засунув градусник подмышку, опустил руку. Но вторую не вытащил. Хотя надо было.
— Блять. — Выругался, медленно скользя подушечками пальцев по ее обнаженному боку. — Такая горячая.
Она закашляла, но глаза так и не открыла. Ресницы трепетали, ей явно что-то снилось. Не удержался, и погладил ее по волосам. Едва касаясь, убрав пару прядей с лица. Надеюсь, она никогда об этом не узнает и не вспомнит.
Пять минут, любовался ее профилем, а потом вытащив градусник, в прямом смысле охренел. Тридцать девять и пять.
Что и требовалось доказать. Вот, к чему приводит долгое нахождение на морозе, без обуви, в тонкой пижаме.
— Соник. — Попытка номер три, не увенчалась успехом.
Подняв ее на руки, понес в комнату. Она вновь застонала, но пробудилась от сна.
— Мне больно.
— Потерпи.
Положил ее на кровать, накрыв теплым одеялом.
— Ты так пахнешь. — Забормотала, сквозь сон. Скорее бредит, чем понимает, о чем говорит.
— Как? — Попытался узнать.
— Приятно. Очень. Как мечта.
Расплылся в улыбке от ее слов.
— Тебе нужно выпить лекарство. Сейчас принесу.
Порывшись в аптечке, выдавил из блистера пару таблеток, и налив в стакан воды принес ей.
— Давай. — Немного помог ей приподнять голову. Она послушно открыла рот и выпила то, что я предложил. — Умничка. А теперь снова можешь спать.
— Мне нужно домой. Иначе, потом будет плохо. — Простонала, кутаясь в одеяло.
— Будет плохо, если температуру не собьем. А остальное я беру на себя.
Но, сказав это, призадумался. Какого хрена ей должно быть плохо, если она не попадет домой? Хрень какая-то.
— Спи. — Стоило произнесли эти слова, как Соник меня удивила. Положила руку на мою выше запястья и легонько сжала.
— Останься, пожалуйста. Так мне спокойнее.
Ладно. Удивленно на нее посмотрел, но не буду же я сейчас
