Читаем без скачивания Власть оружия - Виктор Ночкин

— Что ж ты с ним не поделил, Игнаш? — вздохнул Самоха. — Нам с Астахом ссориться не с руки, он выгодный заказчик, трубы ему поставляем. Хотя, если прикинуть, кроме как у нас — где он трубы получит? Да нигде! Никуда он от нас не денется, вот как.

— А мне с Асташкой делить и вовсе нечего, — Мажуга снова откинулся на стуле и прищурясь оглядел цеховых. — Он большим человеком будет, а я вряд ли. Мне — что? Хозяйство свое от разора сохранить, всего-то и делов. Он трубу хочет через мою ферму протянуть, с насиженного места согнать грозится. Ты скажи ему, Самоха, что я с пушкарями в дружбе, чтоб не обижал меня зазря.

— Тебя обидишь…

— Мне ж лишнего не надо, — подхватил Мажуга, — я разве против трубы? Ее в землю зароют, глубоко, чтоб ни кетчеры, ни какие еще уроды не тронули. Пусть копают прямо по моему полю, мне не жалко, даже если что из урожая пропадет! Но лишь бы поле за мной осталось, чтоб я по-прежнему был той земле хозяин. А если ремонт какой трубе нужен или еще чего — присылай, Астах, работников, я ж не против! Всегда со всей душой на поле пущу! А только земля — моя. Не хочу я с обжитого места сниматься, больно хорошо обустроился. Приезжай, Самоха, в гости, сам поглядишь!

— Ну, может, и соберусь как-то, — промямлил управитель. — Вот пропажу нашу сыщешь, да и…

— Поговоришь, стало быть, с Астахом?

— Поговорю. А ты когда за дело возьмешься? И какая твоя цена?

— Так прямо вот и возьмусь! — Мажуга пошевелился на стуле, будто уже поднимается. — Показывай, откуда вынесли вещь-то? С того места и начну искать. Ну а ежели найду, цена…

Цеховые притихли, ожидая решения.

— Вы, главное, с Асташкой пособите миром уладить, ну а цена… скажем, пять гривен киевской чеканки…

Говорил Мажуга неспешно, наблюдал за собеседниками — и по выражению их лиц понял, что продешевил, те были готовы дать куда больше. Значит, впрямь, боятся, что призренцы узнают? Что же, это сыскарю на руку. И Игнаш так же неторопливо закончил:

— Ну, и если за неделю управлюсь, премия, еще пару золотых, а если…

— Какая неделя, Игнаш! — Самоха аж со стула вскочил, тряся животом. — Скорей, скорей надо!

— А если вора живым возьму, еще пять золотых, — закончил Мажуга.

— Самоха, — подал голос Харитон, — а что, если наш Птаха сам спроворит, без помощи найдет похитителя?

Управленец покосился на Харитона, потом перевел взгляд на Игнаша, тот кивнул:

— Мне чужого не надо. Если моя помощь без нужды окажется, два серебряка за хлопоты. Ну и с Асташкой, значит, тоже столкуетесь — это в силе остается. По рукам?

Мажуга поднялся со стула и протянул управителю ладонь. Харитон тоже торопливо подскочил, он собирался что-то сказать, но Самоха на него не глядел — кивнул и ответил на рукопожатие.

В коридорах Управы дул ветерок. Выходы вентиляционной системы располагались в стенах между лестничными маршами и под сводами в переходах, насосы непрерывно нагнетали отфильтрованный теплый воздух, слегка пахнущий смазкой. Мажуга ждал, что объяснение продолжится по дороге, но Самоха с Харитоном помалкивали, только кивали в ответ на приветствия встречных. Цеховых по пути встретилось немало — так и сновали вверх и вниз по лестницам, большинство в черных безрукавках и рубахах с закатанными рукавами, многие, распахнув ворот, подставляли влажному ветерку украшенную татуировкой грудь. У большинства рядовых пушкарей и дома-то воздух не такой чистый, как в Управе, вот и наслаждаются. Воздух в подземном городе — великая ценность.

Вели Игнаша все вниз да вниз. Он насчитал шесть лестничных маршей — по два на этаж, пока пушкари свернули наконец в коридор. Здесь уже не попадалось встречных, зато на лестнице скучал охранник — здоровенный грузный парень. Лицо его в тусклом свете показалось Мажуге ненормально бледным, даже серым. Отвык Игнаш от Харькова, забыл, как выглядят цеховые, которые целыми сезонами наружу, под солнышко не показываются. Когда здоровяк увидел процессию, возглавляемую Самохой, посторонился и кивнул. Мажуге пришло в голову, что его собственная загорелая рожа кажется бледному охраннику неправильной, слишком темной.

— Склад у вас здесь? — спросил Игнаш.

— Не совсем, — отозвался Самоха. Он о чем-то задумался по дороге, тер лоб и кряхтел на ходу.

— В этом месте хранится только особенное, самое ценное, — подсказал Харитон. Он шел последним, замыкая шествие.

Тут и Самоха наконец начал объяснять:

— Сюда меньше народу шастает, здесь у нас и есть схрон. Что в этот подвал снесли, то уже запросто не вытащишь… ну, то есть до сих пор так было. Только если по распоряжению начальства, меня, вот, к примеру. Тогда можно что-то взять, а так — ни-ни.

— И охранник на дверях, — вставил Игнаш.

— И охранник, а как же! — согласился управленец. — Ему приказ строгий дан, чтобы никого и ничего. Стало быть, не могли пронести. Он без приказа начальского ничего не пропустит.

— А вот этот парень, он — как? И сменщики его?

— Охрана надежная, им доверие полное. Да и какой смысл охране подставляться? Они же все на виду. И потом — ключи от схрона! Дверь заперта, ключей у охранника нет. Идем, идем, сейчас сам увидишь!

Коридор был освещен похуже, чем этажи выше, но Мажуга отлично разглядел — двери тяжеленные, стальными листами обиты. Насчет замков спрашивать не стал — и без того ясно, что при таких дверях и замки соответствующие. Одна дверь была распахнута настежь — к ней и направился Самоха. Входя, Игнаш пощупал дверь, чтобы оценить толщину — ничего себе, вот такую разве что омеговским танкером вынести можно. И замок, похоже, цел. Пока он глядел на дверь, пушкари уже прошли в помещение и поздоровались. Тут и Мажуга заглянул в схрон. Перед ним была просторная комната, но внутри оказалось тесно из-за наставленных штабелями ящиков. Сбитые из толстых досок короба громоздились друг на друга, между ними оставались узкие проходы, в которые тучный Самоха протискивался с трудом. Стены были обиты листами железа, и вездесущий темный налет покрывал все ровным слоем, так что нутро схрона выглядело равномерно-серым.

Мажуга прикинул: вон, сколько секретов у цеха пушкарей! Это один они из рук выпустили, а ящиков здесь до некроза много, и в них, конечно, всякое тайное упрятано. Он задержался, чтоб поглядеть на один из ящиков, но Самоха, как будто угадал мысли сыскаря и позвал:

— Игнаш, ты поменьше гляди, что ли? Тебе тут и бывать-то не полагается, я уж не говорю — пялиться.

Тут из узкого прохода между штабелей показался крепкий парняга в черной безрукавке и красной рубахе с закатанными по локоть рукавами. Потный чуб прилип ко лбу, пушкарь раскраснелся и шумно отхаркивался — видно, только что лазил на четвереньках, взмок от натуги. В этом подвале вентиляции не имелось, и воздух был затхлый, застоявшийся.

— Знакомься, Игнаш, — указал Самоха, — Это Птаха, дознаватель наш цеховой.

— Игнаш? — повторил дознаватель. — Ржавый, что ли? Слыхал я, слыхал немало. Ну, будем, чтоль, знакомы, Игнаш Мажуга? Меня Востряком кличут.

Ладонь у Птахи была крепкая и влажная. Говорил он вроде как искренне, но что-то в его манере показалось Игнашу недобрым, настороженно дознаватель пушкарский держался. Мажуга списал это на ревность — небось, обидно парню, что ему не доверяют, чужака призвали. Тем не менее, говорил Востряк спокойно и уважительно. Сразу повел показывать место, где стояли украденные ящики, там на полу остались прямоугольные пятна, свободные от черного налета, который тоненьким слоем покрывал подземелье.

— Вот тут оно и было, значит… — протянул Самоха, озираясь, будто надеялся углядеть пропажу здесь же, поблизости.

Мажуга не поленился, вытащил из кармана бечевку и замерил отпечатки, спросил, какой высоты были короба. Востряк терпеливо ответил, а потом заявил, обращаясь к управителю:

— Я так мыслю, что и сам бы управился. Кой-чего уже нащупал, если сложится удачно, нынче же воров возьму.

Самоха оглянулся на Мажугу, потом кивнул дознавателю:

— Раз Игнаш уже здесь, пусть поглядит, послушает. Сможет помочь — поможет, ну а как не потребуется его подмога, он мешать не станет. Показывай, чего нашел.

Птаха указал в узкий проход между ящиками — тот самый, из которого только что выбрался.

— Вон это место, там как раз и стояли ракеты.

— Погоди, — окликнул Мажуга, — Самоха, ты мне другое место казал.

— А, — Самоха оглянулся, махнул рукой. — То место, где установка была, мы ее поближе к дверям выставили, чтобы глядеть сподручней, ежели для дела что потребуется. А под стеной ракеты, заряды, то бишь, к установке. Их-то ворошить не нужно, к чему они? Вот и подвинули под стенку. Их тоже выкрали, некрозное семя.

Затем он, вслед за Харитоном и Востряком полез в узкий коридор. Мажуга тоже сунулся было поглядеть, но четверым там места не нашлось. Пришлось подождать в сторонке и глядеть поверх штабеля — так почти ничего не разберешь, но слышны были пояснения Птахи: