Адриана подняла брови.
— Звучит как вызов.
— Потому что так и есть.
— Отлично, — самодовольно произнесла Адриана. — Дай мне время до конца этого семестра. Если тебе не понравится девушка, которую я выберу, то я больше никогда не буду тебя доставать.
— Отлично. Стало меньше на одну вещь, о которой я должен беспокоиться в следующем семестре, — не менее самодовольно ответил Роман.
— Что ж, я весь в ожидании, — протянул Паркер. — Вопрос вот в чем: как ты собираешься найти идеальную девушку, если не училась здесь последние четыре года?
Адриана улыбнулась.
— Паркер, милый, не стоит недооценивать силу женской интуиции.
Глава 2
Адриана полностью посвятила себя миссии. Она жила подобными вызовами, и больше всего ей нравилось иметь в соперниках Романа.
Какое-то время она училась за границей, но знала Романа намного лучше, чем он думал. В конце концов, они были детьми из семей-основателей, которые дружили друг с другом поколениями. Делая выводы из его слов, он не хотел встречаться с девушкой лишь потому, что:
А. Девушки вешались на него только из-за его внешности и/или денег. Вполне справедливый пункт, ведь это действительно было так.
Б. Он просто еще не встретил ту самую.
Адриана была уверена, что в мире должна существовать хоть одна девушка, созданная специально для него, и она была чертовски серьезно настроена ее найти. Несмотря ни на что, Адриана любила Романа как брата, и ей было больно все время видеть его бесчувственным и холодным, ведь она знала, что в глубине души он был милым.
Очень, очень глубоко внутри. Ему просто нужен был кто-то, кто вытащит это наружу. И что может быть лучше, чем начать поиски идеальной девушки непосредственно в Валеске?
Стук каблуков Manolo Blahnik эхом отдавался в пустом коридоре, но Адриана была настолько погружена в свои мысли, что едва ли это замечала.
Будучи единственным наследником крупнейшего семейного состояния на планете, Роман был избалован деньгами, чего нельзя было сказать о родительской любви. И в результате Роман так и не познал, что такое любовь, или как должны себя вести влюбленные люди, или, если начистоту, что люди, умеющие любить, вообще существуют. Стены, которые он возвел, ограждаясь от противоположного пола, были очень толстыми, и любой, кто захочет сломать их, должен быть невероятно упорным.
Адриана перебрала в уме требования к идеальной девушке. Она определенно должна была быть достаточно привлекательной, чтобы по крайней мере заинтересовать Романа на время, пока он не узнает ее получше. Адриана знала его тип девушек — как правило, он предпочитал экзотических брюнеток блондинкам-американкам. Не проблема. Местные девушки с лихвой компенсировали недостающую им чистосердечность своей внешностью.
Идеальная девушка должна была уметь выражать свою точку зрения, но в тоже время быть не слишком агрессивной, интеллигентной и уметь поддерживать разговор, а также не должна была быть поверхностной или лицемерной.
Это исключало многих девушек Валески из списка претенденток.
«Хорошо, сначала сосредоточусь на легкой части», — решила Адриана, и, развернувшись, направилась в крыло школьной администрации. В офисе, где занимались делами учеников, было довольно тихо, когда она вошла, и это было хорошо. В отличие от ее брата и его друзей, она не любила пользоваться своей властью. В этом заключалась вся прелесть учебы в пансионе — ей не нужно было волноваться, что другие общаются с ней лишь потому, что она была Перри.
Однако эта фамилия имела свои привилегии, особенно когда Адриана нуждалась в услуге. Как сейчас.
— Здравствуйте! — глупо заулыбалась секретарша, сразу же встав, когда поняла, кто вошел.
— Здравствуйте. — Адриана старалась держать голос твердым.
Она взглянула на бейджик с именем секретарши — Тери.
— Чем я могу помочь? — с энтузиазмом спросила Тери.
— Мне нужен проект ежегодника этого года, — властно заявила Адриана.
Зак рассказал ей о том, как здесь делали ежегодник. Съемка проводилась летом профессиональными фотографами, нанятыми либо лично учениками, либо школой, чтобы исключить любую возможность плохого освещения или ракурса. Также это давало ученикам возможность собрать свою команду профессиональных визажистов, парикмахеров, стилистов, косметологов и пластических хирургов. Все фотографии отправлялись в школу за две недели до начала занятий, чтобы редактор альбома мог сделать макет и приступить к его усовершенствованию. Альбом находился в строжайшей секретности, и его могли видеть только члены комитета по ежегодникам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
К счастью, Адриана тщательно изучила школу и знала, что альбом держали в хранилище офиса по делам учащихся.
Тери моргнула, растеряв свою браваду.
— О, конечно, но… — Она, явно нервничая, сглотнула. — Но только у директора есть ключи от хранилища, — призналась она смиренно.
Адриана даже не моргнула. Если она чему-то и научилась у Наследников, так это тому, как получить желаемое в самые короткие сроки.
— Что ж, тогда я просто обращусь к ней, — объявила она, стараясь не звучать слишком властно. Обычно ей не нравилось командовать, но иногда выбора не оставалось.
Не дожидаясь ответа, она обошла секретарскую стойку и, оставив потерявшую дар речи Тери, направилась к кабинету директора.
«Директор Венди Волленски» — было написано на бронзовой табличке на двери. Адриана разок постучала и, повернув ручку, вошла.
Волленски удивленно подняла глаза. В черном костюме от Prada и с короткими седыми волосами она походила на Мерил Стрип из фильма «Дьявол носит Прада».
— Могу я вам чем-то помочь? — спросила она немного резко — очевидно, не оценив, что Адриана ворвалась в ее кабинет.
«Ух ты, у нее даже такой же британский акцент», — промелькнуло в мыслях у Адрианы, после чего она сосредоточилась на своей цели и послала Волленски вежливую, но предостерегающую улыбку.
— Конечно, — сказала она спокойно. — Я бы хотела получить проект нового ежегодника.
Теперь Волленски смотрела на нее как на сумасшедшую.
— Проект ежегодника? — У нее вырвался короткий смешок. — Ты его не получишь.
— А я думаю, получу, — возразила Адриана сладким голосом.
Директор прищурилась.
— Послушай, юная леди, не знаю, кем ты себя возомнила, вламываясь сюда, словно это в порядке вещей, а теперь еще и требуя, чтобы я отдала конфиденциальный документ. Этому не бывать, пока я здесь работаю.
Адриана чуть не расхохоталась. Конфиденциальный документ? Боже, это был всего лишь ежегодник, да и то в незаконченном виде. Он точно не представлял угрозу для национальной безопасности.
— Как тебя зовут? — требовательно спросила Волленски, взяв ручку. Без сомнений, чтобы выписать уведомление о наказании.
— Адриана Перри, — ответила она скучающим тоном и непринужденно прислонилась к двери.
В то же мгновение на перекаченном ботоксом лице Волленски отразилась паника.
— Дочь Дэвида Перри? — медленно спросила она, тяжело глотая.
— Да. — Адриана ничего не смогла поделать с ноткой самодовольства в своем голосе. Ей нравилось использовать свое «влияние» на Волленски, хоть она и чувствовала себя немного виноватой.
— О, конечно, — Волленски поспешно встала, — он ваш. Сейчас принесу, — пообещала она.
Не прошло и двух минут, как она вернулась с толстой стопкой перевязанных листов.
— Это копия, — сказала она. — Я так сожалею о своих словах. Я даже представить не могла…
— Разумеется. — Адриана забрала альбом и спрятала его в сумке. — Что ж, спасибо вашу помощь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
С этими словами она неспешно покинула кабинет, и в этот же момент школьный звонок оповестил об окончании ланча.
— Проклятье! — пробормотала Адриана себе под нос.
Она рассчитывала просмотреть фотографии до начала четвертого урока, но, очевидно, уже не успевала. В отличие от Зака, она старалась пропускать как можно меньше уроков.
