И соответственно в названных объективных обстоятельствах некая «обезьяна» не обрела «интеллект» «сама собой» безцельно и безсмысленно, и не дошла до мысли о придании по её произволу тех или иных значений житейского смысла тем звукосочетаниям, которые способен в виде механических колебаний среды обитания излучать её организм в акустическом диапазоне частот. Однако не внемлющая Жизни и к тому же глупая «обезьяна» может думать и в том смысле, что она — «сама собой» и «сама по себе»…
Т.е. рассмотрение вопроса о членораздельной осмысленной речи даже с позиций теории колебаний и общей физики, далёких от философии и богословия, неизбежно должно уводить всякого мало-мальски думающего человека от дикого материалистического атеизма хотя бы (для начала) к пантеизму (признанию в качестве Бога — самой Вселенной), а потом (при постановке вопроса: откуда и для чего это всё в Природе?) — к признанию акта творения Мироздания и диалогу по Жизни с Богом — Творцом и Вседержителем.
В общем случае рассмотрения (произносимое в акустическом диапазоне частот или произносимое человеком «мысленно» в его субъективном внутреннем мире, т.е. на основе немеханических неакустических колебательных процессов, свойственных духу — биополю человека) способно оказать воздействие через каскад разного рода природных и техногенных переизлучателей на всё, что есть в Мироздании.
И это воззрение на язык, — подразумевающее бытие Бога, акт творения Мироздания и Вседержительность как процесс жизни Мироздания, — в полном соответствии с представлениями атеистической материалистической науки, которой известны такие явления, как переизлучение, резонанс, автоколебания, когерентность, и чьё естествознание, зажмурившись, признаёт осмысленное начало исключительно за человеком, не задумываясь при этом о сути Человека и смысле Жизни [34]. Но это воззрение на язык освобождает разум людей из созданной для него клетки, с которой атеисты (как материалисты, так и идеалисты) [35] свыклись.
1.3. «Магия слова»: в русле Вседержительности…
Именно в силу названных объективных обстоятельств на протяжении всей истории в культуре человечества неискоренимы разного рода учения о «магии слова» и об освоении этого искусства воздействия на течение событий в Жизни.
В предельно алчных своих выражениях они доходят до стремления узнать «сокровенное имя Бога» для того, чтобы обрести власть над Ним. А вторая их сторона выражается в традициях, свойственных в разное время разным обществам, согласно которым истинное имя человека в праве знать только он сам и самые близкие ему люди, а все остальные могут знать человека только по прозвищам [36]. Из ощущения «магии слова» проистекают и традиции именования по иносказательным прозвищам тех сил (природных объектов и субъектов), призывать которые по тем или иным реальным или мнимым причинам представляется нежелательным [37].
А в наиболее светлом и жизнеутверждающем виде такого рода учения живут в некоторых волшебных сказках для детей. И это — тот случай, когда сказка не ложь и не вымысел чего-то неестественного, а точный намёк на жизненно значимые обстоятельства и открытые пути развития личности и человечества в целом [38].
Возможность такого рода воздействия живым изустным или мысленным словом в той или иной мере закрыта или открыта в зависимости от ответа на вопросы:
· что именно предполагается избрать в качестве объекта воздействия?
· какой каскад переизлучателей для оказания этого воздействия необходим?
· подвластны ли воле конкретного субъекта:
O необходимый каскад переизлучателей?
O возможности создания каскада переизлучателей или каких-то его компонент в случае их отсутствия?
O способность выдать целеуказание для действия каскада переизлучателей?
И если всё названное прямо или опосредованно подчинено воле человека, то язык, речь действительно становятся средством «магического» воздействия на Мир [39]. И это средство — так или иначе — доступное всем.
А освоение такого рода возможностей — путь из экологически самоубийственной для всего человечества технократической цивилизации, в которой люди — заложники созданной ими же техносферы, в биологическую цивилизацию. В ней, воплощая в себе Высшее предопределение бытия Человека, люди-человеки будут свободны от необходимости защищаться от биосферы Земли и от Космоса средствами техники, но будут пребывать в ладу с Землёй и Космосом, в ладу с Богом, на основе качественно иной культуры, которую им необходимо построить в нынешнюю эпоху.
Кроме того подход к рассмотрению языка с позиций теории колебаний и общей физики неизбежно приводит к двум выводам:
· разные языки не эквивалентны друг другу в качестве средства виброакустического (включая и переизлучение) [40] воздействия человека на течение событий в Жизни в силу того, что в каждом из них свои наборы звуков, возможные и невозможные последовательности которых определяются структурными особенностями языка (морфологией — внутренней структурой слов и законами словообразования; грамматикой, определяющей возможные взаимосвязи слов во фразах и взаимосвязи фраз; ситуационно и контекстуально обусловленным подбором слов во фразах и порядком фраз);
· сквернословие и ругань по характеру своего воздействия на течение событий и на самогo сквернословящего субъекта в каждом языке неизбежно образуют особую, во многом изолированную, область языка.
Неприятие сквернословия и прямые запреты на сквернословие (включая и ситуации, когда человек находится наедине с самим собой) это — не безсмысленное требование этикета, а реакция общества на тот объективный факт, что сквернословие по своему виброакустическому (включая переизлучение) воздействию на Жизнь и на самогo сквернословящего действительно объективно, — мягко говоря, — неблаготворно.
С такого рода неэквивалентностью разных языков в качестве средства виброакустического (включая и переизлучение) воздействия на течение событий в Жизни связаны разные учения об особой роли и особых возможностях некоторых из языков человечества [41]. Сторонники такого рода учений доходят до того, что возводят тот или иной земной язык в ранг Языка, которым Бог осуществил Творение Мироздания. Такого рода заявления делаются большей частью в отношении иврита (язык Торы — Ветхого Завета, библейских эзотеризма и оккультизма), арабского (язык Корана и суфийского эзотеризма), древнерусского (церковнославянского), санскрита (язык Вед), китайского и японского [42].
Но если соотноситься с представлениями земной науки об информации, то создание разного рода систем в большинстве случаев требует предварительного определения свойств самoй системы и её компонент на объемлющем её языке, который может быть запечатлён в системе в неявном виде, а в явном виде — только отчасти [43]. И чем сложнее система — тем выше при её создании потребность в языке, выходящем за пределы этой системы.
Однако в условиях толпо-“элитаризма” с количественным преобладанием в обществе носителей нечеловечных типов строя психики [44] чьи бы то ни было “элитарные” претензии на возведение в ранг «супер-языка» того или иного языка из числа исторически сложившихся, значимость которого якобы полностью обесценивает значимость всех прочих, жизненно несостоятельны и просто вздорны, поскольку для действенности «магии живого слова» — осуществления виброакустического воздействия (включая переизлучение в других частотных диапазонах) — объективно необходимы переизлучатели, а часть переизлучателей несёт в себе сам человек — единственный и неповторимый. Последнее обстоятельство означает:
Для того, чтобы переизлучение свершилось, необходимо, чтобы не только имелось целеуказание в отношение объекта или субъекта, на который предстоит воздействовать вольно (или невольно в алгоритмике безсознательного поведения), но и структуры переизлучателей [45]:
· были достаточно развиты, чтобы быть пригодными к действию в сложившихся условиях (иными словами объект предполагаемого воздействия должен находиться в пределах их досягаемости);
· были активны в соответствующий период времени, для чего необходимы:
O накачка их соответствующими видами материи и энергии [46];
O информационно-алгоритмическое обеспечение их функционирования должно быть не только доступно, но должно быть «загружено» в систему [47];
O субъект должен пребывать при определённом — соответствующем целям и средствам их достижения - типе строя психики.
