O субъект должен пребывать при определённом — соответствующем целям и средствам их достижения - типе строя психики.
Вследствие названных обстоятельств:
«Волшебные слова» и «магические языки», владение их словарём и грамматикой представляют собой далеко не всё, что необходимо для их употребления в целях воздействия на течение событий.
Субъективная обусловленность эффективности каждого из языков в качестве средства виброакустического воздействия на течение событий не является однозначным результатом освоения их словаря и грамматики. Это является следствием того, что эффективный каскад необходимых переизлучателей может быть набран из разных элементов, организованных на разных материальных носителях (как вещественных, так и полевых), по-разному настроенных. Соответственно субъективная способность воздействовать на течение событий оказывается во многом независимой от того или иного определённого языка [48].
Все эти обстоятельства делают во многом ущербным или беспредметным рассмотрение некоторых вопросов языкознания в отрыве от обладающих личностной спецификой нравственности и организации психики носителей языка. С другой стороны и ответы на многие вопросы психологии в каждом конкретном случае могут быть обусловлены языком (языками), которым пользуется рассматриваемый субъект, и его личностной культурой речи [49].
Но «магия слова» — только одна из функций языка. Однако она неразрывно связана с другими функциями языка в жизни общества и каждого человека. И в зависимости от того, как люди употребляют язык в этих функциях (т.е. вне ), — язык в его историческом развитии изменяется так, что объективные возможности виброакустического (включая переизлучение) воздействия с его помощью на течение событий в Жизни либо нарастают, либо утрачиваются.
1.4. Древнерусский и современный русский языки
В прессе проскальзывали сообщения об изучении средствами современной науки воздействия на среду обитания древнерусского (церковнославянского) и современного русского языков. Согласно этим сообщениям, древнерусский язык — удивительно благотворен по своему воздействию на среду обитания. Под его виброакустическим (включая переизлучение) воздействием дохнут болезнетворные бактерии, гармонизируются составляющие биополей организмов растений, животных, людей и биоценозов. А современный русский значительно уступает древнерусскому по этим показателям.
Конечно, такого рода сообщения можно бездумно отнести к церковной саморекламе. Поступить так читатель может. Но и в этом случае ему следует признать, что современный русский язык примитивнее древнерусского.
Из нынешнего русского исчезли многие языковые конструкции, например звательный падеж сохранился в рудиментарных формах обращений «Боже», «Господи», а из жизни обороты речи типа «княже», «отче» исчезли; в нём введена безсмысленная орфография, нарушением которой является, например, принятое нами написание слов «безсмысленный», «безсознательный», «безпричинный» и т.п.
Азбука древнерусского языка содержала большее количество знаков. В его азбуке — так называемой «кириллице» — 43 буквы, а в современном алфавите только 33. [50] И если в древности были буквы «И, и» и «I, i», то теперь осталась только одна «И, и». Это показатель того, что в древней изустной речи было и два разных звука, которые впоследствии перестали различаться на слух и надобность в двух буквах отпала. То же касается и пары «Е, е» и «h». Есть основание полагать, что и «Ъ, ъ», известный нам в качестве «немого знака», в древности не был «немым», а как-то звучал. «Онемев», он после этого в силу традиции продолжал на протяжении многих веков на письме завершать каждое слово, оканчивающееся на согласную букву. Во всяком случае в «кириллице» он имеет название не немое: «Ъ, ъ» именуется в ней «Ер», не выделяясь своей «немотой» из остальной азбуки.
Кроме того, если буква Всеясветной грамоты [51] была в древности и своего рода иероглифом, который кроме своей основной функции (быть образом — выразителем некоего «кванта первосмысла» и средством осуществления «магии текста и первоoбразного ряда») дополнительно к этому принял на себя функцию обозначения той или иной фонемы («элементарного звука»), то иероглифический смысл компонент древней азбуки, а вместе с ним и спектр внутреннего смысла каждого из слов, к настоящему времени большинству недоступен.
То есть многое при общедоступном осмысленном сопоставлении древнерусского и современного русского языков говорит о том, что древнерусский язык обладал выразительными возможностями более мощными, чем современный русский, а его виброакустическое воздействие с учётом переизлучения, обертонов [52], высших и более низких гармоник [53] действительно не такое, как современного русского языка.
Но древнерусский, став рабочим языком библейской церкви, пришедшей на Русскую землю, с течением времени перестал быть живым языком народа. Народ говорит и пишет на языке, который по словарному составу, по морфологии и грамматике во многом отличается от древнерусского. И это приводит к вопросу:
Почему в жизни народ ушёл от языка, более эффективного в смысле выразительности и «магии слова», к языку менее эффективному?
Все ответы на этот вопрос по существу могут быть детализацией одного из двух общих ответов на него:
· Церковный:
O Народ не смог удерживать данную ему Церковью истину, не смог устоять в ней, и вот за этот грех народа Бог увёл народ от языка истинной веры.
По существу вариант ответа на поставленный вопрос в духе россиянской “православной” церкви означает, что если церковь хранит истину в писаниях и службах на языке, который ныне именуется «церковнославянским», то уводя народ от языка церкви, Бог сам закрывает истину от новых поколений народа. Т.е. ответ на вопрос об изменении языка народной жизни в церковном смысле глуп и богохулен по его существу, поскольку Бог предстаёт в нём неоспоримым противником распространения в народе Правды-Истины.
· Внутреннего Предиктора СССР в развиваемой нами Концепции общественной безопасности (КОБ):
O Библейская церковь стала распространять на древнерусском языке ложь и хулу на Бога, на людей, а народ согласился с этой ложью, не воспротивился ей, не опроверг её [54]. Поэтому Бог увёл народ от узурпированного неправедной церковью языка для того, чтобы народ выразил Правду-Истину на языке, свободном от господства лживой церкви и злобной церковной доктрины, противной Высшему Промыслу.
O Сквернословие стало в народе обыденным и привычным, а не порицаемым явлением и удерживается в этом качестве на протяжении веков. Став чуть ли не основой языковой культуры целых социальных слоёв, оно влечёт за собой в Жизни и изменение языка (его фонетики, морфологии, грамматики и т.п.) в направлении утраты им мощи «магии слова» и выразительности речи;
O Лживость, вороватость свойственны характеру многих русскоязычных (и это не мешает многим из них почитать себя ), вследствие чего некоторая часть из них активно работает на порабощение и закабаление других, подчас того не понимая. И происходит это при безволии и трусливом попустительстве окружающих, которые видят и понимают, как в действительности живёт общество, но полагают, что они — «люди маленькие», от которых ничего не зависит.
И этот порочный стиль бытия общества воспроизводится на основе русскоязычной культуры на протяжении веков.
Иными словами, «магия слова» и «магия текста» как объективные возможности воздействия на течение событий в Мире, открываемые носителям языка Свыше или закрываемые от них, обусловлены тем, в каких целях употребляется язык как средство передачи и хранения информации в жизни общества. Соответственно этому изменяется и язык во всех его составляющих.
2. Смысл слов и смысл речи
2.1. Что есть «слово»?
В естественно возникших и исторически развивающихся языках функция передачи и хранения информации является если не надстроечной, то оболочечной по отношению к функциям «магии слова» и «магии текста» [55]. И в ней человеку действительно предоставлена определённая свобода в придании смысла существующим словам языка, в творчестве новых слов, в интеграции в свой язык слов и языковых конструкций из других языков и в привнесении в другие языки слов и языковых конструкций своего родного языка.
И есть одно обстоятельство, неразрывно связанное с функцией языка как средства передачи и хранения информации, однако о котором мало кто задумывается. Оно состоит в необходимости дать ответ на вопрос: Чем отличается речь (изустная или текстуально запечатлённая) от толкового словаря языка соответствующей эпохи?
