находятся за Горными цепями. Я же жил в Алханроэле, в Королевстве в котором находилась Цитадель Веры Ордена. Наша семья, приняла веру в Единого, хотя мы тайно покланяемся и продолжаем чтить Старых Богов.
Если так подумать, то это очень плохо. Члены ордена проникли во все верхушки Алханроэля, а сам король Эдриан III объявлен Защитником Веры. Это хотя и вызвало раскол среди знати, но всё же. Союзников на случай конфронтации отыскать будет трудно… Но я надеюсь, до этого не дойдёт.
Я по-прежнему наблюдал за тренировками отца и Грегора. Иногда мне удавалось подкрасться поближе и внимательно следить за движениями, запоминая каждый взмах меча, каждое слово наставления. Я всё ещё был слишком мал, чтобы участвовать, но внутри уже созрело твёрдое решение — как только подрасту, начну тренироваться вместе с ними.
В крепости жизнь текла своим чередом. Утром мы собирались за длинным дубовым столом в главном зале. Отец садился во главе, его грозный вид всегда задавал тон всем разговорам. Мать — напротив него, её мягкость будто уравновешивала всю семью. Грегор обычно оживлённо рассказывал о том, как прошли его тренировки. Элейна слушала его с лёгкой улыбкой, иногда вставляя колкие замечания, которые тут же вызывали вспышку возмущения у брата.
Я, как правило, сидел тихо, стараясь впитать каждое слово. За это время я научился не только понимать их язык, но и начал осознавать, как устроен этот мир. Алханроэль оказался государством с богатой историей и непростой политической обстановкой. Айронхилл был нашим домом и крепостью, но также служили стратегически важной точкой, контролирующей торговый путь через горы и защищающей границы от набегов Северян.
Каждую неделю отец устраивал советы с капитаном чёрной гвардии — Кайланом Рэйвеном и какими-то другими знатными людьми города. Обсуждали поставки зерна, состояние дорог, готовность войска. Я иногда краем уха ловил обрывки разговоров. Из них постепенно складывалось впечатление, что наш мир далеко не так безопасен, как казалось сначала.
Сегодняшний вечер выдался особенно интересным. После ужина отец велел принести карту. Грегор, конечно, тут же подскочил, чтобы посмотреть поближе. Элейна осталась на своём месте, наблюдая издалека.
— Вот здесь, — отец указал на горный перевал, — проходит граница с Севером. Они давно на нас смотрят, и я не удивлюсь, если вскоре мы услышим о новых стычках.
— А что с Элдорией? — спросила Элейна, слегка склонив голову.
— Пока они держат нейтралитет, но торговля с ними уже начала проседать. Видимо, опять ждут, кто выйдет победителем в северных разборках.
Размышления о стратегии и политике всегда были для меня чем-то вроде игры в шахматы, только ставки в этой игре куда выше. Пока отец объяснял текущую ситуацию, я мысленно пытался расставить фигуры на своей воображаемой доске. Север — это грозный противник, возможно, даже более дисциплинированный, чем наши люди. Элдория же вела себя как типичный торговец, готовый поддержать ту сторону, которая даст больше.
Стратегия отца казалась разумной: укрепить границу, наладить внутренние ресурсы и держать торговлю под контролем. Но я уже понимал, что в этом мире победа не всегда достаётся тому, кто сильнее. Политика и сделки могли сыграть не меньшую роль, чем мечи и крепости.
Я не выдержал и подойдя к отцу дрожащим голосом задал вопрос:
— Папа, если Элдория так зависима от нашей торговли, почему бы не предложить им что-то, что они не смогут получить у других?
Все взгляды устремились ко мне. Элейна тихо хихикнула и прикрыла рот рукой, Грегор и Селена уставились на меня широко раскрытыми глазами. Отец, прищурившись, оценивал мои слова, а затем, после недолгого размышления, улыбнулся и задал вопрос:
— И что же, по-твоему, мы можем им предложить, чего у них нет? — Деймон положив руки на грудь посмотрел на Капитана, тот со всей внимательностью начал следить за тем что я буду говорить дальше.
— Железо, — не задумываясь, ответил я. — Матушка рассказывала мне, что наш город находится на рудниках чьи недра ломятся от наличия различных металлов. Железо, серебро, медь, чёрное железо…Если мы поставим им железо, но с условием, что они будут платить не золотом, а товарами, которые редки в наших землях, это может укрепить позиции Айронхилла да и королевства.
Отец поднял бровь, словно раздумывая над моими словами.
— Интересная мысль, Максимус. Но в торговле важен баланс. Элдория — хитрый партнёр. Если мы покажем зависимость от их товаров, они могут начать диктовать свои условия.
— Тогда, — я немного замялся, но продолжил, — мы можем договориться о временных поставках. Скажем, на пять лет. За это время мы получим их редкие товары, но также попробуем создавать товары аналогичные им. А когда 5 лет пройдут, мы уже не будем зависеть от них.
Элейна захихикала.
— Смотрите-ка, наш маленький братец решил стать мастером торговли.
— Тихо, Элейна, — строго сказал отец, но я заметил тёплый взгляд, которым он одарил меня. — Максимус, твоя идея имеет смысл, но в жизни всё не так просто, как на словах.
— Я знаю, отец, — ответил я, — но ведь с чего-то надо начинать, верно?
Он кивнул, затем поднялся из-за стола.
— Ты начинаешь мыслить как казначей, сын. Это хорошо. Полезная черта для дворянина… — Городские советники о чём-то оживлённо начали разговаривать между собой
Я почувствовал, как сердце забилось сильнее. Этот разговор, возможно, ничего не изменит в ближайшее время, но мне стало ясно: в будущем, я смогу быть полезным не только на поле боя, но и за столом переговоров. И в мире, где каждый шаг может стать роковым, это умение может однажды спасти не только меня, но и всю семью.
Спустя несколько часов совет закончился. Отец, мама а также вся знать вышли из зала, оставив нас за столом. Элейна решила воспользоваться моментом, чтобы поддеть меня.
— Казначей, значит? — она хитро улыбнулась, опираясь локтем на стол. — Может, ты уже и план на случай войны с Севером придумал?
— А может, и придумал, — ответил я по-детски, с лёгкой улыбкой, не отрывая взгляда от карты, которую отец оставил на столе. — Север сильнее в боевой дисциплине, но их снабжение — слабое звено. Если перекрыть перевал и начать устраивать набеги на их обозы, это может ослабить их достаточно, чтобы наши воины могли дать отпор.
Элейна фыркнула, хотя в её глазах мелькнуло уважение.
— А ты, оказывается, наблюдательный. Но с такими мыслями, братец, тебе бы больше подходило место советника, чем
