И я рад быть рядом с тобой в этом.
— Для меня это честь, Ваша Светлость, — сказал я, чувствуя, как внутри меня растёт странная смесь волнения и гордости.
Он улыбнулся и встал, положив руку мне на плечо. В голубых глазах просвечивались гордыня и слепая вера…
Внутри меня что-то зашевелилось, будто в глубине моего сердца разлился кипяток а через тело прошёл мощный электрический разряд. Я впал в ступор, однако из ниоткуда во мне появилась решимость и будто бы осознание того, что всё идёт чётко по плану, которого у меня ещё нет…
— Отдыхай, Максимус. Завтра будет длинный день, и тебе понадобится весь твой ум и сила духа.
Я кивнул и, слегка поклонившись, вышел из библиотеки. Его слова продолжали звучать у меня в голове. Деймон встретил меня у входа в мои покои:
— Как всё прошло?
Мы зашли в комнату, и я рассказал ему о разговоре с Уайтвудом, о своих размышлениях о том, как можно было бы использовать Кардинала, и, конечно, о странном ощущении, которое осталось у меня после беседы.
Отец сказал мне что-то напутственное и несомненно мотивирующее, пожелал мне доброй ночи и вышел. Я и не заметил как провалился в сон…
***
С первыми лучами солнца я проснулся от стука в дверь. Войдя, слуга почтительно склонился и сообщил, что пора готовиться. На тумбочке у кровати уже лежал приготовленный наряд: белоснежная рубашка с вышивкой в виде знаков нашего рода, чёрный камзол, перевязанный золотым поясом, и новые сапоги из мягкой кожи.
Когда меня одели и привели в порядок, я взглянул на себя в зеркало. Впервые я почувствовал, что выгляжу как настоящий наследник рода Айронхарт. Однако волнение не отпускало: сегодня будет день, который запомнится на всю жизнь.
Во дворе уже собрались гости. Какие-то мелкие лорды из окраин Алханроэля, Лорды из Йорвута, вельможи и дворяне с ближних земель — все они прибыли, чтобы стать свидетелями моего Наречения. Под каменными сводами зала церемоний раздавались голоса, наполняя крепость особой торжественностью.
В центре зала стоял алтарь, украшенный золотыми символами Ордена. Кардинал Уайтвуд, облачённый в белоснежную мантию с серебряной вышивкой, выглядел торжественно и непоколебимо. Его голос эхом разносился по залу, когда он начал произносить слова обряда:
— Сегодня перед взором Единого Бога мы даём имя этому ребёнку, наследнику Айронхартов.
Он обратился ко мне, и я шагнул вперёд. На меня смотрели сотни глаз, но в тот момент я видел только Уайтвуда и его проникновенный взгляд.
— Максимус Айронхарт, — продолжил он, — ты вступаешь на путь служения добродетели и Единому Богу. Прими этот символ, знак твоей веры и преданности.
Он протянул мне медальон с изображением солнца, переплетённого нитями, — символом Наречения. Его прохладная поверхность обжигала руку, но я крепко сжал его в ладони.
Внутри меня снова разгорелось вчерашнее чувство. На этот раз с удвоенной силой.
— Обещаешь ли ты служить справедливости и чести? Защищать Церковь, Корону и всех праведных? — спросил Уайтвуд.
— Обещаю, — ответил я, стараясь говорить твёрдо.
Он коснулся моего лба, прошептал молитву и поднял медальон над головой. В тот момент весь зал склонился в молчаливом уважении. Грудь буквально была готова взорваться.
— Пусть Свет Его ведёт Тебя! — провозгласил Кардинал.
Зал взорвался аплодисментами, а я шагнул назад пытаясь оттогнать всё это же странное ощущение.
После обряда весь день прошёл как в тумане. Поздравления, тосты, бесконечные разговоры и торжественная трапеза сменяли друг друга. Отец и Грегор выглядели гордыми, Элейна улыбалась и постоянно говорила со своим потенциальным женихом. Этот самый жених представился мне, и поздравил с прохождением обряда. К сожалению ни его имени, ни откуда он я не запомнил. Кардинал Уайтвуд тоже был где-то рядом, то и дело я ловил на себе его проницательный и хвалящий взгляд.
Когда вечер завершился, и я остался один в своей комнате, я сел на кровать, пытаясь осмыслить всё, что произошло. Медальон лежал на тумбочке, сверкая в свете свечей.
Я думал о словах Уайтвуда, о том, что он останется здесь на год. Этот человек внушал уважение и страх одновременно. Но больше всего я думал о том, что отныне я не просто ребёнок. 9 лет в этом мире пролетели незаметно, и вот я уже на пороге когда за моими действиями, кажется, следят все.
Лежа в постели, я рассматривал потолок, украшенный деревянными балками, и размышлял о предстоящем дне. Завтрашний день обещал новые уроки и испытания. В этот момент я осознал, что жизнь, в которой я оказался, не даст мне возможности отдохнуть. Каждый день будет наполнен борьбой — за семью, за род, за своё место в этом мире.
Я взял амулет и надел его. Вновь возникло ощущение, что сердце переполнено и готово разорваться. Все свечи в комнате разом погасли, и воцарилась мертвая тишина. Меня снова словно ударило током. Огромная тяжесть, навалившаяся на плечи, заставила меня встать. В ушах зазвучал протяжный и мощный гул. Чувства обострились, я начал ощущать невероятный прилив сил. Осознание пришло очень быстро.
Я услышал..
Звон своего сердца.
Lectiones ( Уроки)
Прошло несколько дней с тех пор, как я прошёл обряд Наречения. В ближайшее время мне предстояло моё первое занятие с Кардиналом.
Создавалось впечатление, что вся жизнь в крепости, да и во всём Айронхилле замерла. В коридорах не было слышно ни звука: ни разговоров слуг, ни даже бесед знати. Стоило кому-то увидеть Кардинала или Рыцарей веры, как все тут же замолкали.
За это время отец уехал в столицу. Его вызвали к королевскому двору, и, по словам матери, это была не просьба, а приказ. Дорога туда
