«Форд Мустанг»!
Впереди уже виднелся ангар. До него оставалось метров триста. Машины пролетят это расстояние за секунды. Я взглянул на подсвеченный спидометр. Стрелка показывала двести десять километров в час! «Форд Мустанг» шёл ещё быстрее. Надо было решать: постараться догнать его или готовиться к повороту. Я рассчитывал пройти его на внутреннем круге, потому что гомункул (я не сомневался, что за рулём «Мустанга» именно он) на такой скорости сможет взять поворот только на внешнем. Возможно, удастся выгадать пару лишних метров – если не обойти лидера.
Очевидно, гомункул понял, что его нагоняют, но не мог предположить, что соперник перед поворотом станет разгоняться, и не волновался. Он шёл впереди, нас разделял десяток метров.
«Форд Мустанг» сбросил скорость первым, я - лишь на пару секунд позже. Оба автомобиля заскользили шинами по гудрону. Ангар надвигался справа, вырастая из темноты бетонной громадой, встреча с которой сулила неминуемую смерть!
Я увидел мелькнувший сбоку красный силуэт. «Бэнтли» чудом поравнялся с «Мустангом», и теперь они шли рядом по крутой дуге! Я слегка прибавил скорость, но обогнать соперника не мог.
Левые колёса «Бэнтли» приподнялись над землёй, он сразу потерял устойчивость, вильнул вправо, и перед моими глазами мелькнула голова гомункула в разрисованном огнём шлеме. Он повернулся, не веря своим глазам: два автомобиля должны были вот-вот столкнуться! На такой скорости это означало неминуемую гибель для нас обоих!
Я представил, как «Бэнтли», потеряв управление, переворачивается в воздухе, делает сальто и падает на асфальт, а мой позвоночный столб разлетается на куски, и отчаянно крутанул руль влево. Автомобиль уже плотно стоял всеми колёсами на гудроне, и расстояние между ним и «Мустангом» немного увеличилось. Гомункул прибавил газа и шёл на пределе возможностей. Сколько километров выжимал его «Форд»?! Двести сорок – двести пятьдесят?!
Как ни странно, во время этой критической ситуации меня так и не охватил страх – только азарт. Я был сосредоточен, адреналин в крови бурлил, руки намертво сжали рулевое колесо. Машина слушалась, как если бы у меня самого выросли колёса, а сердце перегоняло по венам не кровь, а бензин!
Впереди медленно поднимались остовы брошенных на аэродроме самолётов. Хвосты и крылья смотрели в небо подобно металлическим горам.
Я бросил взгляд в зеркало заднего вида. «Тойота» и остальные машины остались далеко позади. Теперь борьба за первенство шла только между мною и гомункулом! Я не очень понимал смысл нашего состязания, но одно было ясно: только водитель «Мустанга» мог так или иначе привести меня в ловушку, где будет Глория! Я не имел права упустить его!
Глава 4
Остовы самолётов становились всё больше – финиш постепенно приближался! До синих дымящихся маркеров, которые были едва видны, оставалось около полукилометра. Впереди начинался самый сложный участок дороги – потрескавшийся асфальт. На скорости, которую развили наши автомобили, попадание колеса в более-менее глубокую выбоину могло стать роковым. Здесь всё зависело от везения. Почти вся дорога была скрыта пылью, так что рассчитывать на что-то, кроме удачи, было, в общем-то, бессмысленно. Я сосредоточился на том, чтобы в случае чего удержать автомобиль и не дать ему перевернуться. Справа появилось здание очередного ангара, а за ним – ещё три бетонных постройки. Перед одной из них стояли самолёты с обрушившимися крыльями, похожие на скелеты мёртвых птиц.
Я боролся с желанием повернуться и посмотреть, где мой соперник. Прошло секунд десять, когда автомобиль гомункула стал медленно обгонять меня. Сначала впереди оказалась только половина его капота, затем боковым зрением я увидел зеркала и стиснул зубы, потому что понимал: больше из своей машины мне не выжать!
«Форд» выдвинулся ещё на полметра вперёд. На этом последнем перед финишем отрезке такой отрыв означал победу. «Мустангу» осталось продержаться всего несколько мгновений!
Он пропал из виду неожиданно – словно испарился! Не удержавшись, я повернул на секунду голову, но соперника не увидел. Взглянул в зеркало заднего вида: «Мустанг» бешено кувыркался по трассе, разлетаясь на куски и сминаясь от каждого удара о гудрон! Похоже, его колёса всё-таки угодили в одну из выбоин взлётной полосы, и гомункул потерял управление! Напоследок автомобиль врезался в крыло одного из самолётов, проломив его, словно стеклянное.
Короткий громоподобный взрыв оглушил меня. Брызги оранжевого пламени озарили дорогу и остовы самолётов. «Бэнтли» пролетел синие дымящиеся маркеры подобно ракете, оставив место катастрофы метрах в двухстах позади.
Я затормозил и развернулся. Остальные машины остались далеко позади. Набирая скорость, «Бэнтли» помчался назад, туда, где бушевал пожар. Когда я остановился возле пылающего «Мустанга», то увидел выбирающегося из него гомункула! Он горел, словно смоляной факел. Его спас не огнеупорный костюм. Само тело искусственного человека было способно выдерживать нагрузки и условия, которые и не снились тому, кто рождён естественным путём.
Прихватив огнетушитель, я выбрался из машины и направился к гомункулу. Обдав его белой пенящейся струёй, сбил пламя. Искусственный человек повалился на асфальт, издав протяжный стон. Он был сильно обожжён, несколько костей явно сломались. От гомункула валил едкий чёрный дым.
Неподалёку затормозили автомобили остальных участников. Они вставали один за другим, образуя полукруг. Свидетели мне не требовались, так что следовало поторопиться.
Присев на корточки, я, надеясь, что гомункул услышит меня, громко спросил:
- Где душа Глории?! Отвечай!
В ответ гомункул рассмеялся, сипло и хрипло.
- Ты почти у цели, алхимик! Иди в ближайший ангар! Но поспеши, иначе приз достанется другому.
Подняв голову, я всмотрелся в тёмную бетонную громаду, видневшуюся на фоне пожара.
К нам бежали водители. Раздавались возбуждённые крики. Оставив на асфальте пустой огнетушитель, я встал и вернулся к «Бэнтли». Уже хотел стартануть, но тут рядом возник парень со спортивной сумкой в руках. Я не понял, чего он хочет, пока он не пропихнул через открытое окно свою ношу.
- Держи! – бросил он. – Твой выигрыш! Повезло тебе! А вот ему нет!
С этими словами он поспешил к остальным, окружившим гомункула. Проводив его взглядом, я погнал в сторону ангара.
Дверь, а вернее, ворота были приоткрыты. Остановив «Бэнтли», я вышел и направился к ним. Всполохи пожара, оставшегося за моей спиной, освещали здание оранжевыми и алыми всполохами, но щель, куда мне предстояло зайти, оставалась вертикальной полоской плотного мрака.
Там меня ждала ловушка! И, скорее всего, гомункула с душой Глории внутри не было. Но я надеялся, что смогу добраться до того, кто знал, где он. Поэтому, подобравшись, как хищный зверь, я
