— Хорошо, хоть погибли птицы, а не кто-нибудь из моих любопытных сородичей, — обогнув мачту телевизионной антенны, он дошел до конца крыши и, глядя на ночной город, шумно вдохнул пахнущий океаном воздух.
— А представляешь, если бы кто-нибудь угнал мой корабль? — Ивала остановилась радом с ним. — Знаешь, сколько я за него отвалила денег?
— Не знаю, и знать не хочу. Снимай защиту, — сухо произнес Глеб.
Она приподняла рукав и, поводив пальцем над черным диском, дотронулась до браслета. Тут же синяя дымка опала, корпус катера вздрогнул, и на бетон плавно опустилась крышка люка. Оглянувшись то ли на мертвых птиц, то ли на рекламный щит "Американ Эирлайн", Глеб ступил на пористый пластик и вошел в катер. Сделав несколько шагов по узкому проходу, он добрался до рубки и плюхнулся в пилотское кресло, не слишком удобное для человеческой фигуры. Здесь действительно неприятно пахло: трудно угадать, какую дрянь возили на нем прежние владельцы, но дух стоял такой, словно Глеб находился не в салоне планетарного корабля, а в телеге с навозом.
Несколько минут Быстров изучал панель управления, мерцающие в полутьме экраны с надписями на боруанском и всеобщем языках. Потом его пальцы прошлись по шероховатым пластинам, ударили несколько раз в металлический диск с выемками — рубка осветилась тускло-желтым, ожили широкие экраны обзора.
— Навигатор не работает. Возможны сбои в управлении тягой, — предупредила Ваала, расположившись в кресле справа.
— Ничего, прорвемся, — Глеб тронул черный рычажок, выступавший из консоли словно коготь хищного зверя.
Послышался шум энергоконтура, катер поднялся и завис над крышей отеля метрах в пяти.
— Давно не летал на этой штуке, — глянув на Ивалу, Быстров положил ладонь на пульсирующий красным шарик и несильно сжал его.
Двигатели властно толкнули машину вперед. Внизу поплыли сверкающие ночным освещением дома. Чтобы скорее прочувствовать управление Глеб заложил несколько крутых виражей, набрал скорость и бросил катер вниз, к широкой линии Первой авеню. Фонари, огни машин, рекламы потекли под днищем космолета разноцветной рекой.
Ваалу вжало в кресло. От нарастающей скорости, безумного мелькания черных силуэтов и огней у галиянки захватило дух.
— За Родину! За гада Сталина! — радостно вскрикнула она.
— И за советский народ! — Быстров рванул красный шарик на себя — катер ушел свечой в небо, опрокинулся и спикировал к сверкающей ленте пятьдесят третьей улицы.
На миг Глеб вспомнил дымное небо над Варшавой в тысячу девятьсот сорок пятом. Представил себя молодым капитаном истребительного полка, идущем на перехват звена Люфтваффе в ревущем от злости «Яке». Свободная рука сжала пустоту, будто тугую гашетку пулемета.
— Люблю я летать с тобой, товарищ Быстров! — с восторгом выдохнула Ивала. — Клянусь огненной Алоной, во всей вселенной нет пилота лучше тебя!
— Не льсти мне, девочка. Вселенная огромна, и в каждом ее уголке найдутся более умелые руки и отчаянные головы, — Глеб развернул машину, направил ее к побережью.
Небоскребы Манхеттена отплыли назад, справа мелькнула Штаб-квартира ООН, освещенная голубыми лучами прожекторов. Внизу серебристой рябью блеснула вода Гудзона. Отключив сбоивший навигатор, Быстров нажал две кнопки на скошенной панели, и двигатели засвистели на высоких тонах. Через минуту катер летел над Атлантикой.
3
Пронзив слой облаков, корабль, похожий на серебристую мидию, поднимался к стратосфере. Лишь на высоте сорока двух тысяч метров Глеб снова тронул сенсоры управления, пуская машину к известной лишь ему, невидимой точке горизонта.
— Куда летим? — Ивала покосилась на мерцающую желтым панель, потом на лицо землянина, в янтарных отблесках похожее на маску древнего бога.
— Забрать Агафона. Иначе как же мы без него? — вытянув ноги, Быстров с большим удобством расположился в кресле.
— Он снова там? — Ваала неопределенно махнула рукой вперед. — Сажает эту… картошку?
— Думаю, уже выкапывает, — Глеб тихо рассмеялся.
Он хотел активировать браслет, повернул его на запястье, но потом передумал и решил воспользоваться передатчиком. Недолго повозившись над выдвижной панелькой, он набрал код Арканова и щелкнул пластиной вызова.
Пару минут из панели лился мелодичный пересвист — Агафон Аркадьевич не отвечал. Когда Быстров хотел дать «отбой» и вернуться привычному способу связи, в рубке зазвучал голос Агафона:
— Арканов слушает. Кому чего надо?
— Ты начни, — шепнул Глеб на ухо галиянке.
Ваала привстала, держась за подлокотники, нахмурив брови, глянула на Быстрова. Тот ободряюще кивнул.
— Землянин! С тобой говорит командир фрегата «Орогшинн» боруанской пограничной эскадры. У нас кончилось продовольствие, и мы требуем половину урожая вашей дачи! — злобным шипением проговорила Ивала.
Одобряя требования галиянки, Глеб поднял большой палец вверх.
Ответ Арканова последовал довольно быстро:
— Ну, прилетайте, если не трусы. Получите тяпкой по задницам.
— Брось глупить, Арканов! Про тебя нам все известно: и о твоих низких проделках на Присте, и об испорченной системе наведения елонской базы, из-за которой…
— Ну так об этом всем известно, — прервал Ваалу безмятежный голос Агафона. — Что с этого?
— Ты начинаешь нас злить, невоспитанный дикарь! Спасти тебя могут только десять ящиков картошки! Полных! — сделав страшное лицо, прошипела Ваала.
— Извини, дорогая Ивала, но картошка у меня хранится в мешках. Ящики грушами занял, — экран над скошенной консолью передатчика пискнул, на нем появилось ухмыляющееся лицо Арканова: крупный с горбинкой нос, большие внимательные глаза и обширная лысина, в подкове курчавых волос.
— Черт! — выговорил Быстров и, признавая поражение, откинулся на спинку кресла.
— Что вам еще надобно, наша красавица? Сала с лучком? Маринованных огурчиков? — Агафон поскреб небритый подбородок. — Ну, говорите, без чего не может обойтись голодающий боруанский фрегат?
— Сам ты нужен, Агафон Аркадьевич. Видишь ли, неожиданные обстоятельства… — Глеб мигом стал серьезным и придвинулся к экрану.
— Вижу. Не пойму только на чем вы таком летите, — Арканов глянул на свой браслет и уверенно проговорил: — Скорость двадцать шесть с небольшим тысяч, высота сорок три двести. Такими темпами будете надо мной через тридцать семь минут.
— Как ты это делаешь, товарищ А-А? — изумилась Ваала.
— Экстраполяция сигналов, госпожа. Сложно мне спросонья объяснять ученые тонкости. А в двух словах так: от безделья я несколько улучшил свой браслет, и теперь умею кое-что, — ответил А-А и перевел взгляд на Быстрова: — Как я понимаю, Глеб Васильевич, мы куда-то срочно вылетаем?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
