class="p">— Так я и думал, — выдыхает он, снова нажимая на воспроизведение видео. — А теперь посмотри, как они вместе.
Я просматриваю отснятый материал еще несколько секунд, наблюдая, как мужчина и женщина на экране поддразнивают и толкают друг друга, устанавливая камеру на дереве. Им определенно комфортно друг с другом; они откровенно нежны.
— Это, должно быть, Альфа и Луна, верно? — взволнованно спрашивает Мэтти.
Я утвердительно хмыкаю, все еще не отрывая глаз от видео, которое воспроизводится на экране его телефона. Я не могу четко разглядеть черты лица этой пары, но что-то еще в их внешности привлекает мое внимание.
— Что это за голубые волосы? — бормочу я.
— Не знаю, возможно, это странная черта оборотня, с которой мы никогда раньше не сталкивались, — отвечает он, пожимая плечами. — Помнишь того, которого мы видели в Индиане, который был в очках?
— Каждый гребаный день вижу что-то новое с этими уродами, — размышляю я, проводя рукой по подбородку.
Мы колебались, когда были в Индиане, задаваясь вопросом, не получили ли мы недостоверную информацию, основанную исключительно на этой паре очков. За эти годы, создавая Гильдию охотников, мы многое узнали об оборотнях. Их способности к быстрому исцелению должны были сделать их невосприимчивыми к ухудшению зрения — по крайней мере, мы так думали. Очевидно, это не всегда так, потому что этот четырехглазый ублюдок чертовски точно превратился в волка, когда мы расставили ловушку для подтверждения. С этими зверями никогда ничего нельзя сказать наверняка.
— Итак, во что ты здесь играешь? — я бормочу, когда видео подходит к концу.
Мэтти ухмыляется, как будто ждал, что я спрошу.
— Ну, если это они устанавливают камеры, то, возможно, кто-то из них отреагирует, если, скажем, она сломается и потребуется ремонт…
Я киваю, отталкиваясь от спинки дивана и поднимаясь во весь рост. Мэтти всего девятнадцать, но он умный парень, всегда стремящийся угодить. Он предпочел Гильдию призыву в армию после окончания средней школы по настоянию своего дяди, который был с нами почти с самого начала, и он действительно проявляет инициативу, чего я не могу сказать о многих здешних придурках. На протяжении последнего десятилетия люди приходили и уходили из нашей компании, и хотя мы полностью проверяем тех, кто хочет выйти в поле и поохотиться вместе с нами, многие в последнюю минуту струсили и побежали паковать чемоданы. Хотя у Мэтти есть потенциал на всю жизнь. Я уже могу сказать.
— Тогда чего ты ждешь? — я спрашиваю его, приподнимая бровь. — Возьми команду «Браво» и посмотри, сможешь ли ты привести их сюда. Может быть, на этот раз нам повезет.
— Сомневаюсь в этом, — усмехается Гриффин с противоположного конца комнаты, и я поворачиваю голову в его сторону, пригвоздив его взглядом.
Кайл Гриффин — один из вышеупомянутых придурков, которые никогда не проявляют инициативу. Он просто сидит и несет чушь обо всех своих великих идеях, в то время как на самом деле никогда ничего не претворяет в жизнь и доказывает, что он ни черта не стоит. Если бы в его распоряжении не было огромного трастового фонда для поддержки наших усилий, я бы отправил его упаковывать вещи много лет назад.
— У тебя есть идея получше? — я бросаю вызов, скрещиваю руки на груди и смотрю на него сверху вниз.
— Да, просто съешь их и двигай дальше, — он достает горсть чипсов из пакета, лежащего у него на коленях, и засовывает их в рот, громко хрустя. — Я уверен, мы могли бы раздобыть взрывчатку, — добавляет он, его слова едва различимы, пока он жует.
Я просто продолжаю смотреть в сторону Гриффа, пока крошки сыплются у него изо рта и собираются на рубашке.
— И именно поэтому я здесь главный, а не ты, — холодно отвечаю я. — Мы не хотим привлекать внимание, придурок.
Это первое правило всей нашей организации. Сложность охоты на оборотней заключается в том, что после убийства они превращаются обратно в людей, так что, если мы проявим небрежность и не сумеем замести следы, нам могут грозить обвинения в убийстве. Привлечение нежелательного внимания может привести к тому, что нас поймают, и тогда вся цель Гильдии по избавлению мира от этих монстров рухнет одним махом.
— Должен сказать, мне не противна эта идея, — хихикает папа, входя в комнату, и я вместо этого бросаю на него свирепый взгляд.
Очевидно, он просто пытается вывести меня из себя этим комментарием. Он не хуже меня знает, каковы правила — или, по крайней мере, должен знать, поскольку именно он их установил.
Мэтти снова смотрит на меня, как олень в свете фар, его взгляд мечется между мной и моим отцом.
— Должен ли я…?
— Просто уходи, — говорю я, командуя движением головы. — Я введу его в курс дела.
Папа с любопытством выгибает бровь, когда Мэтти кладет телефон в карман и, вскочив на ноги, выбегает из комнаты, чтобы собрать команду, но он не ставит под сомнение мое суждение. Официально Джонатан Нокс является лидером Гильдии, а я его заместителем, в то время как неофициально мы двое управляем делами вместе, как партнерство. Мы безоговорочно доверяем друг другу и всегда выступаем единым фронтом. Мы с папой, может быть, и не очень похожи — если не считать более темного пигмента моей кожи, я определенно предпочитаю маму, — но когда дело доходит до нашего подхода к стратегии и суждениям, мы склонны думать одинаково. Это делает нас отличной командой.
— Не хочешь рассказать мне обо всем за выпивкой? — спрашивает папа после того, как Мэтти убирается, приглашающе указывая на огромную кухню открытой планировки.
Я утвердительно хмыкаю, направляясь в ту сторону и оставляя его следовать за собой.
Мы разбили лагерь в этом домике в Колорадо уже больше месяца, но слово ‘домик’ даже близко не подходит к этому месту. Это огромный роскошный дом, расположенный на обширной территории в сто акров, и это всего лишь одно из многочисленных убежищ Гильдии по всей стране, предоставленное одним из наших анонимных финансовых спонсоров. Ну, для нас с папой они не анонимны — мы знаем все, что только можно знать о каждом, кто связан с Гильдией, — но если они решат сохранить свою личность в секрете для всех остальных, мы не станем спускать с них шкуру. Чем больше у нас доноров, тем лучше мы оснащены для выполнения наших миссий. И на данный момент наши ресурсы практически не ограничены.
Гильдия прошла долгий путь с тех пор, как мой отец начал строить ее вскоре после нашей первой встречи с оборотнем. Когда мы увидели, с чем
