высокая и стройная женщина с чёрными волнистыми волосами, которые у неё всегда собраны в низкий хвост. Они красиво сочетаются с её одеждой Охотницы – с чёрной туникой-плащом на застёжках с золотистыми витиеватыми узорами, начинающимися от плеч, затем ползущими к зауженной талии и вниз к подолу, с удобными чёрными штанами и высокими сапожками, почти доходящими до колен. Капюшон сейчас опущен.
Не могу дождаться того дня, когда и я начну носить тоже самое.
Мы проходим мимо неё и оказываемся в освещённом факелами помещении, оснащённом двумя деревянными лестницами, ведущими наверх. Оттуда показываются длинные балконы, закреплённые к потолкам толстыми балками. В воздухе пахнет сыростью и деревом.
Отсюда Охотники отправляются на очередную опасную охоту. Если пройти чуть дальше и распахнуть громадную железную дверь, то можно оказаться в загоне макартов – крылатых существ, которые единственные из монстров поддаются к приручению Охотникам. Когда-то они были свирепы и вечно голодны, готовые поглотить любого, кто осмелится к ним приблизиться. Но всё изменилось. Всё всегда однажды меняется.
Потомок Брикарда был самым первым всадником макарта, чем сильно облегчил жизнь следующим поколениям Охотников.
Продолжая путь, мы едва не упираемся в широкую массивную спину, когда я оборачиваюсь лишь мимолётно, чтобы с интересом взглянуть на Охотника, входящего в загон. Я резко останавливаюсь.
– Так-так, – говорит Брикард, и при этом его светлые усы и густая борода подрагивают. – Нура и мой неотёсанный сыночек Мистлок собственной персоной.
Я усмехаюсь, и друг толкает меня в плечо.
– Пап, я вообще здесь не при чём! – начинает оправдываться Мистлок. Его светлые волосы, что своим цветом походят на пшено, падают ему на глаза от активных жестикулирований руками. – Это всё Нура! Я пошёл ведь только чтобы вернуть её обратно!
– Если бы ты не пошёл за мной, никто бы и не заметил моего отсутствия, – бурчу я в ответ, недовольная тем, как он решил всё спихнуть на меня.
Брикард тяжело вздыхает. И один этот вздох напоминает мне о его усталости вечными выходками детей, за которыми он всю свою жизнь приглядывает. И хоть мы уже и не дети вовсе, выдавать свои фокусы всё ещё не перестали.
– Вы оба виноваты в равной степени, – говорит он своим басистым и громким голосом, который тут же подскакивает вверх, бьётся о деревянные стены и снова летит в нас. – Забытый Рай не место для детей.
– Я не ребёнок! – почти обиженно возмущается Мистлок, ведь просто промолчать будет не в его стиле. – Подумаешь, мой дурацкий брат старше меня всего на два года, а к нему ты относишься как к равному себе! По-моему, это ужасно нечестно!
– Твой брат ведёт себя как равный мне, – спокойно заявляет Брикард. – А ты ведёшь себя как глупый мальчишка, так что у меня нет другого выбора, кроме как относиться к тебе подобающе.
Друг стонет от раздражения, прикрывает руками лицо, и мне кажется, он вот-вот взорвётся. Я стою рядом, пытаясь сильнее натянуть сползающий со спины колчан со стрелами, и моментами издаю смешки, потому что мне весело наблюдать за надрывающимся Мистлоком и его вечными недовольствами.
– Зачем ты снова туда ходила? – вдруг спрашивает Брикард, перенаправив внимание на меня.
В его глазах есть строгость, но вместе с ней читается уважение ко мне, даже несмотря на то, что ближайшее время он будет отчитывать меня за мой проступок. Но это не отменяет того факта, что я стану одной из них, стану членом Ордена Когтей вот уже совсем скоро, и всё детство отдала им за обучение умениям Охотников.
Поэтому он меня уважает как и себя, как и всех остальных Охотников.
– Хотела потренироваться, – честно отвечаю я.
– Разве тренировок в Школе с Кераном тебе недостаточно?
– В Школе нет настоящих ковонов. А я хотела убить хотя бы одного.
Я протягиваю свой плащ и раскрываю его, демонстрируя Брикарду голову чудовища. Кровь уже засохла и превратилась в чёрную корочку на поверхности ткани, а глаза заполнились белым гноем.
– Ты убила ковона… – говорит в ответ Брикард очевидные слова будто самому себе. – Очень похвально и невероятно, но это никаким образом не даёт тебе права ослушаться меня и обходить стороной мои запреты, Нура.
Хоть он и пытается скрывать это, я вижу, как в восторге загорелись его зелёные и без того яркие глаза. Вижу, как он смотрит на отсечённую голову, завёрнутую в мой плащ, а потом переводит взгляд на меня с искренним довольством, словно он остался сильно впечатлён моей удачей.
Ковоны – существа страшные и очень опасные. Так что то, что я в одиночку смогла выследить, обезвредить и обезглавить одного из них, при этом не отличаясь острым зрением, как остальные, добавляет мне кучу очков как Охотнице.
Будущей Охотнице, напоминаю себе я.
– Да, я всё поняла, Брикард. – Опустив голову, делаю вид, что мучаюсь от угрызений совести. – Извини меня.
– Нура, прошу, будь благоразумнее в следующий раз.
У Брикарда густая борода того же цвета, что и волосы его младшего сына. Он высок, крепок, мускулист, и тело его хранит сотни шрамов, полученных разнообразными чудищами при охотах, которые видны даже под его чёрной с золотистым одеждой. На шее, не прикрытой сейчас плащом, у него длинный след от зубов ковона, оставленный пару десятков лет назад. Так что он знает, с чем я имела дело и какой опасности подвергла себя.
– Мы пошли, пап? – Мистлок поддаётся вперёд, другой рукой уже взяв меня за запястье. – Нам жаль, прости нас и всё такое.
Брикард снова устало вздыхает.
– Идите уж. Жду вас к ужину.
Мистлок мигом вылетает из логова Ордена, вытянув за собой и меня.
Когда же мы оказываемся на улице, он меня наконец отпускает.
– Пронесло. – Друг потирает лоб, словно вытирая несуществующий пот. – Ещё бы немного, и он начал бы свою полуторачасовую речь.
– Ты бы это заслужил, – зло кидаю я, всё ещё отчасти обиженная на него.
– Ой не пудри мне мозги, девчонка! Я не заслуживаю ничего из того, что вы все на меня взваливаете.
Мы идём прочь от логова Ордена и держим путь к костру, который уже начали разжигать. Приближается ужин. В воздухе уже пахнет жареным мясом и яствами. Живот у меня начинает урчать, и я пытаюсь впопыхах вспомнить, когда ела в последний раз.
– Держи, тупица. – Мистлок снимает с дерева спелый фрукт и кидает мне. Я хватаю его на лету. – А то своим урчанием напугаешь Охотников, и они примчатся сюда, чтобы найти и убить монстра, который издаёт эти звуки.
– Придурок! – кричу я и смеюсь, шутливо толкая его в плечо.
Так мы до костра и
