задачки от сегодняшнего дня на потом.
Согрел на плите чайник до веселого посвиста. Заварил крепкого чаю с травами – они висели под потолком избушки: мята, зверобой, мелисса, ромашка… Открыл банки с разносолами и разложил их по пластиковым тарелкам-емкостям. Нарезал вяленой рыбы, мяса. И достал из своего рюкзака лаваши.
Алена еще выглядела чуть пьяной. Медленно моргала и оглядывалась не совсем понимающим взглядом. То и дело глубоко вздыхала и не произносила ни слова.
Однако ей ощутимо стало получше. Щеки немного окрасились румянцем, руки не тряслись и, судя по виду рыжей, она не собиралась снова проваливаться в полусон-полуобморок. На это Медведев и рассчитывал. Он сразу подумал, что Алену не пытались убить. Ее хотели на время «обезвредить», чтобы потом привести в чувство. Кому и зачем это понадобилось, Дмитрий даже не предполагал. Но злость закипала внутри от мысли, что это явно не к добру. И рыжей хотели причинить вред. У Медведева буквально кулаки сами собой сжимались и мышцы гудели от желания навалять неведомым обидчикам Алены. И да, он эту женщину совершенно не знал, но уже был готов защищать.
Медведев всучил ей еду, вставил в руку чашку и скомандовал:
– Вперед!
Сам тоже не остался в сторонке. Спустя несколько минут они наворачивали еду за обе щеки и взгляд Алены стал более ясным, осмысленным. Менее ошарашенным, непонимающим, но совсем не менее напуганным. Она определенно чего-то боялась. И это уже не имело отношения к ледяной смерти в одиночестве, в поле, по которому тебя тащит парашют.
Скорее всего, это имело отношение к тем самым приключениям, из-за которых ее пытались травануть. Медведев очень надеялся, как можно быстрее все выяснить.
Он смотрел как рыжая с удовольствием хрустит солеными огурчиками в прикуску с вяленым мясом и думал, что ничего лучше в жизни не видел. Она была естественной и одновременно пленительной. А еще Медведев впервые поймал себя на том, что даже мысли не допускает, будто рыжая сама хоть в чем-то виновата. Пусть даже косвенно, пусть даже случайно.
Это было крайне для него нетипично.
В свою бытность сыщиком Медведев повидал всякого. Ангельского вида девиц, которых, казалось, переломишь одним пальцем и которые оказывались снайперами или отвязными подружками бандитов.
Абсолютно неформатно-угрожающего вида бой-баб, которые оказывались примерными матерями семейства, хотя и обнаруживались рядом с местом преступления. В общем, Медведев не питал иллюзий в отношении слабого пола, который мог вполне неслабо поставить в тупик любого самого смекалистого и матерого следователя.
Но про Алену он четко себе сказал – ни в чем невиновна. Почему? Да черт его знает. Потому что настолько соблазнительна, что от одной мысли о том, что с ней можно сделать, сдерживаться становится все сложнее и так хочется избавиться от одежды? Или потому, что ему так нравится ей помогать? С какого бы черта, вот интересно?
Нет, помочь женщине в беде – это святой долг любого нормального мужчины. Но испытывать огромное удовольствие просто потому что это у него получается… Это просто что-то уже совсем ненормальное.
Впрочем, сейчас это мало трогало Медведева.
На повестке дня были два куда более важных вопроса: как сбросить напряжение и защитить «подопечную». О том, что во всех его размышлениях был огромный изъян – он понятия не имел что обо всем об этом думает сама Алена – Медведев в тот момент не думал.
Ну да, когда у мужика включается нижний мозг, верхний многое упускает…
* * *
Алена
Я понимала – надо поесть. Лесной незнакомец дотащил меня до какой-то избушки, явно ему не принадлежащей. Ведь мужчина вынужден был перепрыгнуть забор, чтобы открыть калитку изнутри, а затем каким-то хитрым образом вскрыть замок домика. Впрочем, особого выбора у меня не было. Да и куда я денусь посреди заснеженных полей? Этот странный амбал, по крайней мере, знал, что делает.
Я глотнула чаю и пока жевала вяленое мясо, на удивление вполне съедобное и даже приятное на вкус, разглядывала незнакомца.
Резкие черты лица, крупные и одновременно очень мужественные. Высокие скулы, массивный подбородок, но лоб тоже высокий и определенно умный.
Голубые глаза и короткие светлые волосы, гладко зачесанные назад.
Роскошный разворот плеч, узкий таз. Он выглядел спортсменом, как минимум. И вообще был красив какой-то варварской, дикой красотой. Хотелось и находиться рядом, потому что с ним безопасно, ибо сложно представить, что такого мордоворота кто-то победит, и сбежать, потому что противостоять его воле казалось крайне сложной задачей.
Спутник тоже жевал мясо, запивал чаем и смотрел настолько однозначно, что мне прямо становилось не по себе. Когда молчание достигло какого-то пика, так что дальше уже просто невыносимо, я робко спросила:
– А-а-а… Как вас зовут?
– Давай на «ты», – резко сократил он дистанцию, очертив таким взглядом, словно мы уже голые и в постели. – Меня зовут Дмитрий Медведев. Друзья зовут Медведь.
– А вам подходит, – слегка расслабилась я и сразу же пожалела об этом.
– Тебе… Тебе подходит, – поправил Медведь. – В общем, мы взрослые люди. Я хочу тебя. Сам удивляюсь, как сильно. Ну просто капец. Я тебя спас. Так что доедай и пойдем в спальню.
Я подавилась и закашлялась. Медведь похлопал меня по спине – причем так мастерски, что все сразу прошло. Узнав, что у него есть практика работы в МЧС, я бы уже не удивилась.
Между тем, Дмитрий вернулся на место.
Я смотрела на его решительное, открытое лицо, мощное тело, сплошь из литых мускулов и становилось прямо страшно. Вдруг набросится? Я даже пикнуть не успею, как дам ему все, чего только захочет этот субъект. Я даже поежилась.
Мы вдвоем, в домике посреди поля и леса. Как отсюда выбраться, я понятия не имела, да и за окнами уже вовсю занимался закат. Бродить ночью в зимнем лесу или посреди поля, чтобы попасться кому-то пострашнее Медведя… Нет. Это совершенно неприемлемо.
– Э-э-э… А вы не обнаглели? – вскинула я брови.
– Нет, – спокойно произнес он. – Ты мне должна.
– Ничего я вам не должна! – вспылила я, глядя в самодовольную рожу этого дебила. Ишь, моду взял! Ты мне должна, давай в койку! Хамло неотесанное! Странно, но страх схлынул также резко, как и накатил секундами раньше. Я словно шестым чувством ощущала, что могу противостоять этому мужчине и ничего он мне против воли не сделает. Даже не понимаю – откуда появилась подобная уверенность. – Я не погибала, чтобы вы спасали меня! И я ни о чем вас не просила!
– Не погибала? – он усмехнулся – хищно и как-то немного зло. – Да еще немного – и парашют потащил бы тебя по ветру. А
