там, глядишь, шмякнулась бы о дерево. Внутреннее кровотечение и все такое. Лес, поле. Проснулась бы уже на том свете…
– Возможно, – не стала я спорить. Надо сказать, его ответ: резкий и четкий, как удар кинжалом, немного поколебал мою убежденность. Но не лишил меня ее окончательно. Мужчина рассматривал меня так, словно готов проглотить, не жуя. И это сбивало мой воинственный настрой, но все равно я еще хорохорилась. – Однако спать я с вами совсем не обязана. Мы не заключали контракт. Спасение за секс. А ваши… эм… желания – это, извините, ваши проблемы. Если, конечно, вы не собираетесь меня…
Я запнулась на полуслове, не в силах договорить фразу… Медведь аж поднялся – огромный, бешеный… Сверкнул глазами, и я вжалась в старое, чуть потрепанное кресло, крепко стиснув подлокотники. Заполировать фразу, как планировала еще недавно: дескать, с вас станется… я уже не рискнула.
– Не смей! – рыкнул Медведь, нависая надо мной несокрушимой громадой. – Я не какой-нибудь там насильник!
– Вот и отлично! В таком случае, откланиваюсь!
Я подхватила немного мяса, взяла себе термос с чаем, чашку, тарелку и рванула на второй этаж, понятия не имея, что там обнаружу.
Просто дико хотелось избавиться от внимания и общества этого жуткого типа. Конечно же, я была из тех, кто, глядя как голливудские персонажи бегут от монстров или сумасшедших преступников не на выход, а на второй этаж, смеялась и критиковала. Но на выход мне сейчас не хотелось. Я не выживу зимней ночью на улице. Зарываться в сугробы я не умею, разводить костер не обучена. Я тихая домашняя девочка…
– Истеричка! – полетело в спину. Я не стала отвечать, ибо в голосе мужчины вибрировали низкие рычащие нотки. Подумалось, что сейчас с ним лучше не связываться и дополнительно не злить. Мало ли…
Ноги сами собой зачастили по ступенькам. Тук-тук-тук… Звуки гулко отзывались в теле, будто там натянулись гитарные струны и вибрировали в такт шагам.
Слава богу, наверху оказался еще один жилой этаж. Спальня, санузел – все для удобства. Я разместила еду на маленьком столике и продолжила трапезу, внутренне закипая и пытаясь понять – как все разрулить.
Я в лесу. Определенно, с машиной, которая подберет, нас с подругой жестко накололи. Значит, выбираться придется самим. Я достала сотовый из нижнего кармана штанов. Так… Сети, конечно же нет. Ладно. Карту этой местности я загружала себе раньше, на всякий пожарный случай. Прямо как чувствовала. Надька все смеялась «мол, зачем?» А вот зачем!
На карте обнаружился домик лесника примерно в том месте, куда донес меня Медведь. Думаю, именно в нем мы и обосновались. Уже не так плохо. Лесник должен рано или поздно, но появиться. И у него, вполне возможно, есть связь. Или хотя бы информация как отсюда выбраться. Как-то же он уехал и должен вернуться. Домик выглядел жилым. Непохоже, что хозяин бросил его насовсем. Скорее наоборот – казалось, что он вот-вот появится на пороге.
Это немного успокаивало. Я решила пока не дразнить гусей и вниз не спускаться. Тем более, что, судя по звукам, рассвирепел мой «спаситель» нехило.
Снизу доносились ругательства, звон металлической чашки, которая мощно ударялась о стол, будто хозяин забивал гвозди, смачные эпитеты в мой адрес…
Впрочем, я не обязана отдаваться ему за все хорошее, что сделал Медведь. Я его не просила, да и уговора, действительно, не было.
Немного успокоившись на этот счет, я начала думать – что вообще произошло.
Складывалось ощущение, что меня траванули после прыжка намеренно. Но зачем? Где Надька? Где обещанный нам «трансфер»? Все это выглядело как-то уж очень опасным и странным.
Впрочем, я решила пока отдохнуть и немного прийти в себя, а затем уже решать проблемы по мере их поступления.
Поэтому я доела, что смогла, оставила продукты на столике, умылась и сбросив утепленный костюм для прыжка, похожий на военную униформу, залезла под теплое стеганое одеяло. Я такие только в кино и видела. Однако кровать оказалась на удивление удобной, просторной и комфортной. А может я настолько перенервничала и измоталась, что любое нормальное горизонтальное ложе восприняла бы также? Снизу пробивалось живительное тепло камина и жар от печки. Окутывали приятной дремотой и разливались по телу сонной расслабленностью.
В любом случае, я почти сразу же вырубилась.
А проснулась посреди ночи от громкого стука в двери избушки.
Вначале подумалось, что это лесник. Впрочем, у него ведь ключи! Может Медведь заперся на щеколду? Сердце начало встревоженно трепыхаться в груди от дурного предчувствия. Я понятия не имела – что происходит, но гнетущее ощущение вдруг накрыло, с головой, и выше. Я едва дышала и ждала, что же произойдет дальше.
Стук продолжался, пока не щелкнул замок и не послышался резкий оклик Медведя.
– Че барабаните посреди ночи? Че надо?
Ответили ему таким голосом… даже не знаю, после этого голос самодовольного хама показался мне классической музыкой.
– Мы тут девушку парашютистку ищем. Не видел? Приземлилась где-то в поле. Парашют нашли, а девушку нет.
– А с чего вдруг тут приземляются парашютистки? – картинно удивился Медведь. – Вроде место совсем не для этого.
– Не твое дело! Так видел?
Я прямо замерла и почему-то остро пожалела о том, что не договорилась с Медведем хоть как-то по-хорошему. Пусть даже ценой своего тела. Казалось – надо мной нависла опасность. Я сама не понимала, почему так подумалось. Только сердце ушло в пятки. Я замерла как мертвая и вся обратилась в слух.
Тук-тук-тук… Громыхал в ушах бешеный пульс. Ледяные руки и ноги не согревались даже под одеялом. Тишина внизу била по нервам словно кувалда по гигантскому гонгу, и он возвещал меня об опасности.
– Да никого я не видел. Машина посреди поля увязла. Вот добрался сюда. Не знаю кто там и куда прыгал, но я никаких парашютисток не находил. Может она сама сняла парашют и ушла?
Я прямо выдохнула от ответа Медведя. Звучал он уверенно, твердо, и, к тому же, достаточно резко, чтобы незваные гости поняли, что им тут совершенно не рады. Фу-уф… Неважно почему и как, но слава богу! Слава богу!
– Она не могла…
– Да тише ты! – рявкнул на первого гостя второй. – Заткнись!
Ага… Не могла… Не могла бы… Они нарочно меня одурманили. Я плохо понимала, что происходит, но дрожала как осиновый лист и молилась, чтобы Медведь меня не выдал. Хотя особых причин защищать меня у него не было. А вот отомстить за грубый отказ – у мужика были все причины…
О боже…
– В общем, я никого не видел! – жестко повторил Медведь и раздраженно добавил: – Шли бы
