Читаем без скачивания Золото Каддафи - Никита Филатов

Капитан Али Мохаммед Хусейн не был религиозным фанатиком и всегда причислял себя к просвещенным арабским националистам. Политика нынешнего президента страны импонировала ему куда больше, чем громогласные лозунги фундаменталистов из партии Национальный исламский фронт. Тем более что предлагаемый фундаменталистами путь насильственной исламизация и арабизации немусульманского населения не вызывал ничего, кроме роста сепаратизма и возникновения новых очагов напряженности.

Но, с другой стороны, ситуация требовала от офицеров-патриотов принятия самых жестоких и безотлагательных мер для того, чтобы удержать страну от окончательного распада…

Капитан спохватился и бросил испуганный взгляд на портрет президента, висевший напротив окна, — будто полковник Омар Хассан аль-Башир, который и сам много лет назад пришел к власти в результате военного переворота, был способен каким-то загадочным образом прочитать его мысли.

— Аллаху Акбар! — Капитан непроизвольно тряхнул головой, отгоняя опасное наваждение. Потом достал из холодильника минеральную воду, наполнил половину стакана и чуть-чуть повернул вправо ручку кондиционера, регулируя поток воздуха.

Там, на юге, в горящих деревнях и наполовину разрушенных городах, подобные блага цивилизации можно было увидеть, пожалуй, только во сне. Но и на новом месте, в новой должности — на которую ему удалось устроиться благодаря не столько служебному рвению, сколько родственным связям в министерстве юстиции, — своих проблем тоже хватало.

Взять хотя бы отношения с израильтянами.

Их разведка «Моссад» никогда не жалела ни средств, ни усилий для того, чтобы завоевать оперативные позиции в суданской политической элите. Не секрет, что поначалу ей помогали в этом представители могущественного суфийского ордена аль-Ансар, боровшегося за власть со своими соперниками из ордена аль-Хатмийа, делавшего ставку на поддержку Каира. Члены ордена аль-Ансар, образовавшие после обретения Суданом независимости партию «аль-Умма», находились даже некоторое время во главе правительства. После прихода к власти генерала аль-Башира и Национального исламского фронта официальные отношения суданских властей с Израилем, разумеется, прекратились, однако секретные связи между «Моссад» и Хартумом продолжаются до сих пор.

При этом с начала девяностых в Судане неуклонно возрастала и активность иранских спецслужб. Достаточно отметить, что на территории страны до сих пор постоянно находятся несколько тысяч солдат и офицеров Корпуса стражей Исламской революции, а также около двухсот сотрудников Министерства разведки и безопасности Ирана, опекающих тренировочные лагеря и военные базы «Хезболлы»[3].

С тех же пор здесь обосновались и активисты палестинской организации ХАМАС[4], имеющей в Хартуме свое официальное представительство. Несколько специальных операций, проведенных совместно иранскими и суданскими спецслужбами в Сомали, Танзании, Кении, Чаде, а также в Уганде, Бурунди и Заире, не так давно довольно основательно тряхнули африканский континент. Особые успехи ими были достигнуты в Кении и Уганде, где была организована серия массовых вооруженных выступлений и к власти пришли исламские фундаменталисты. Примерно тогда же, кстати, к сотрудничеству с суданской разведкой был привлечен и Осама Бен-Ладен…

Само собой, американцы тоже не дремали.

Между прочим, еще в девяносто шестом Судан предлагал им свои услуги по аресту Осамы Бен-Ладена. В Вашингтон даже прибыл тогдашний суданский министр обороны, однако администрация Клинтона не смогла или не захотела использовать предоставленный шанс — и в результате будущий «террорист номер один» спокойно перебрался в Афганистан. Кроме того, суданская разведка много раз предоставляла Белому дому исчерпывающую информацию о террористической активности в регионе и даже обеспечила доступ сотрудников ЦРУ и ФБР ко всем имеющимся в ее распоряжении оперативным материалам.

Взаимности это, впрочем, не вызвало — в ноябре девяносто седьмого американцы все-таки наложили на режим аль-Башира экономические санкции, а затем и вообще приступили к бомбардировкам суданской территории. Поводом к этому послужили полученные американской разведкой секретные материалы о многолетнем сотрудничестве Хартума с Багдадом в рамках совместной программы по разработке и производству оружия массового поражения. Выяснилось, что иракские боеголовки, ракеты и несколько килограммов высокообогащенного урана были тайно переправлены в Судан через Иорданию и упрятаны подальше от всяческих международных инспекций. К тому же, оказывается, при активном участии некоторых европейских компаний суданскими и иракскими специалистами велось строительство новой фабрики по изготовлению боевых отравляющих веществ — в дополнение к уже действующему комплексу по производству иприта.

Более того, достоянием гласности стали совсем уже неприличные вещи… Независимые немецкие журналисты установили, что, хотя ежегодно десяткам тысяч суданцев угрожает голодная смерть, режим в Хартуме экспортирует сотни тысяч тонн продовольствия, покупая на вырученные деньги в Ираке оружие и военную технику. Например, только за один год Судан получил триста тридцать пять тысяч тонн международной продовольственной помощи — и он же экспортировал в страны Европейского Союза почти сто тысяч тонн проса, основной пищевой культуры Судана, по льготным ценам в качестве корма для скота…

Тем не менее, окончательно ссориться не хотели ни американцы, ни европейцы, ни суданский президент, по приказу которого в марте две тысячи второго года был арестован и помещен под стражу Абу Анас Аль-Либи — один из руководителей «Аль-Каиды», входивший в список самых опасных террористов мира. Да и печально знаменитый Карлос Ильич Рамирес по прозвищу Шакал был задержан в Судане французами при активном содействии местных спецслужб.

А вот российская разведка давно уже не относилась здесь к числу активных игроков. Капитан много раз слышал от старших коллег поучительную историю о том, как еще в начале семидесятых годов израильтяне, заручившись поддержкой МГБ КНР, провели безупречную оперативную комбинацию по устранению конкурентов. Тогда левые офицеры попытались свергнуть президента Джафара аль-Нумейри, однако через три дня переворот был подавлен. А затем суданский лидер получил от китайцев исчерпывающие доказательства — сфабрикованные, впрочем, «Моссад», — о причастности к его подготовке советских «товарищей». Комитет государственной безопасности СССР так никогда и не смог после этого восстановить оперативные позиции в Хартуме, зато благодарный президент дал согласие на вывоз через территорию Судана в Израиль пятнадцати тысяч эфиопских евреев.

…Капитан Али Мохаммед Хусейн выпил маленькими глотками стакан минеральной воды и приступил к исполнению своих служебных обязанностей.

Перед ним на столе еще с обеда лежала пухлая папка с материалами по иностранцам, прибывшим в аэропорт за последние несколько суток. Списки авиапассажиров, ксерокопии паспортов, бланки иммиграционной службы… Если верить вчерашней ориентировке, в Хартуме со дня на день ожидалось появление группы наемников-профессионалов, завербованных то ли Суданской освободительной армией, то ли Движением за равенство и справедливость, которые вот уже несколько лет вели вооруженную борьбу с правительством и арабскими ополченцами в провинции Дарфур. Международный аэропорт значился в ориентировке всего лишь как один из возможных путей проникновения наемников на территорию страны, однако Хусейн отнесся к полученной информации очень ответственно и даже сделал необходимые пометки напротив нескольких подозрительных лиц.

К подозрительным лицам, с его точки зрения, следовало отнести всех мужчин-иностранцев — белых или чернокожих — в возрасте от восемнадцати до сорока пяти лет. Женщин капитан в расчет не принимал. Семейные пары, подростков и пожилых людей можно было также исключить.

Заодно, перелистывая документы, среди пассажиров авиарейса из Франции капитан обнаружил двоих палестинцев, сведения о которых уже имелись в базе данных отдела внутренней безопасности — они закупали по всему миру комплектующие для реактивных снарядов, которыми боевики постоянно обстреливали израильскую территорию.

С точки зрения государственных интересов Судана, эти двое особой опасности не представляли. Так же, собственно, как и американец с типичной и скучной фамилией Смит — установленный заместитель руководителя местной резидентуры ЦРУ, возвращающийся под крышу родного посольства из очередного отпуска. Или как этот вот китайский «инженер», личные вещи которого и багаж не досматривались на таможне по личному приказу министра обороны…

Взгляд Хусейна задержался на ксерокопии судовой роли, представленной к паспортному контролю каким-то моряком из Литвы. Любопытно… Капитан пролистнул назад несколько файлов, нашел то, что хотел, — и нажал кнопку на коммутаторе внутренней связи: