просто второй пилот, но и твой старший помощник, – не согласился Дик. – А старпом несёт ответственность в полной мере, наравне с капитаном. И вообще, вести переговоры следует мне, ведь именно я уговорил тебя на этот заказ.
– Ладно, поздно перестраивать маршут, – сдался Стас. – Идём вместе, как решили.
– Если вляпаемся по-крупному, можешь заявить, что вынудил меня следовать твоим приказам, если тебе от этого станет легче. В конце концов, это обычная история – твоя расчётливость и моя находчивость помогут нам проскочить.
– Если нас вообще пустят. Как бы это не оказалось чьей-нибудь глупой шуткой, – Стас взглянул на карманный коммуникатор. – Двадцать ноль-ноль. Пора бы им открыть дверь.
Дик собирался ответить какой-нибудь остротой по поводу пунктуальности товарища, доходившей порой до абсурда, но в этот момент интерком над дверью ласково проворковал:
– Первый приглашённый, пройдите идентификацию.
Из створа двери выдвинулась пластина сканера и услужливо замерла в ожидании.
Стас ткнул картой гостя в светящийся экран, тот с чмокающем звуком проглотил электронную информацию и после секундного раздумья весело сообщил:
– Поздравляем. Ваша личность успешно установлена. Второй приглашённый, пройдите идентификацию.
Процедура повторилась. Правда, как показалось друзьям, на этот раз она заняла чуть больше времени и голос, вещавший об успешном подтверждении личности, звучал как-то кисло.
Наконец дверь отворилась и тот же обманчиво-выразительный голос торжественно пригласил их войти.
Стас ещё колебался, размышляя, не будет ли более разумным решением возвращение в номер и направление жалобы в надзорные органы, но Дик толкнул его в спину, и друзья оказались внутри помещения. Дверь за ними быстро и бесшумно закрылась.
* * *
В комнате, как в приключенческих фильмах низкого пошиба, находилось два кресла и уродливый цветок в огромной кадке. Растение пребывало в стадии цветения – десяток крупных оранжево-голубых бутонов источали сладковатый запах, от которого мгновенно пересохло во рту. Стена напротив двери представляла собой огромное цифровое панно на которое была выведена проекция: на включенном экране неспешно катились морские волны, а из динамиков доносился шум прибоя и пение птиц.
– Садитесь, зяблики.
Голос, пропущенный через несколько фильтров, был напрочь лишён индивидуальности. Волны исчезли и экран залило ослепительным молочным свечением.
– Приношу извинения за вынужденную задержку, – продолжил незнакомец, впрочем, сожаления в интонациях не прослушивалось. – Но мы нуждались в гарантиях, что вы не работаете на правительство. Мы не имеем права на ошибку.
– Значит, это из-за вас нас тут задерживают? И вы думаете, что мы обрадуемся знакомству? – риторически спросил Стас.
– Капитан, вы же разумный человек, вам придётся сотрудничать, если вы хотите улететь с планеты.
– Почему нельзя было сделать предложение официально? Уверен, мы смогли бы договориться. Мы – независимый перевозчик и вправе брать частные грузы.
– Капитан, – звуковой модулятор придал звучанию слов театрально-укоризненное звучание. – Вы ведь всё понимаете.
– Вы имеете в виду контрабанду? – деловито вмешался в разговор Дик.
– Я бы предпочёл назвать это товарным обменом, освобождённым от бюрократических процедур.
– И сурово караемым законом? – ожидаемо помрачнев, спросил Стас.
– Любая доходная деятельность связана с риском. Грузы теряются в портах, корабли взрываются при посадке или превращаются в энергию в прыжке, по совершенно чудовищным, непонятным случайностям. Порой необходимы те, кто способен взять на себя риски за достойное вознаграждение. Вы согласны со мной?
Друзья не ответили. Угроза была слишком явной, чтобы оставить их равнодушными. После затяжной паузы голос продолжил:
– Обиднее всего, что простые люди рискуют за жалкие крохи, которые им платят жадные корпораты. И при этом им кричат о законе, справедливости, гражданском долге…
– Мы поняли общую идею, – прервал незримого собеседника Стас. – Чего вы хотите от нас?
– В общем-то, сущую ерунду. Доставить небольшой груз на Вегу. Это вам как раз по пути, даже отклоняться от курса сильно не придётся. И передать проверенному человеку. Забот-хлопот на пару суток. И даже не за спасибо, мы ведь не скупердяи.
На экране на пару мгновений огромными кроваво-красными цифрами высветилась сумма.
Дик протяжно присвистнул. Экран снова ушёл в белёсое мерцание.
– Аванса не будет, уж извините, по прибытии получите всё в полном объёме.
– А если мы откажемся? – голос капитана по-прежнему звучал холодно и равнодушно.
Дик пихнул товарища в плечо и тихо зашептал на ухо: «Стас, от таких предложений не отказываются».
– Ценю вашу выдержку, капитан. Но ваш друг совершенно прав. От моих предложений не отказываются.
– В противном случае?
– Тогда вы проторчите в наших гостеприимных местах ещё пару недель. Всегда имеется масса способов отсрочить вылет, и далеко не все из них были использованы. Вы окончательно сорвёте контракт и вынуждены будете объявить о банкротстве. Или, если хотите, мы подбросим вам контрафакт, а потом сообщим куда следует? Тёплый приём вам обеспечен. Прощай, лётная лицензия, здравствуй, тюрьма.
– Мы расскажем свою версию событий. Здесь нужны толпы проверяющих?
Кто-то за границей видимости счёл нужным сымитировать смех.
– Никто ничего не найдёт. У нас образцовая планета, производящая стратегический важный для человечества продукт.
– Почему бы образцовой планете с ещё более образцовым управляющим не вывезти образцовый груз образцовому получателю? Зачем вам мы?
– Риски, капитан, риски. У каждого они имеют свою цену. Вашу вы видели. Но, довольно. Я озвучил предложение. У вас есть время его обдумать. При согласии корабль будет ждать вас готовым к вылету послезавтра, в полдень. Желаю приятного отдыха, господа.
Экран погас и дверь комнаты отворилась, приглашая на выход.
* * *
Где на враждебной земле, а территория КаГа-1 в данный момент определённо не относилась к разряду дружественных, можно провести тайные переговоры? Сторонники шпионских историй уверенно скажут, что в туалете. И будут неправы. Там любопытные «жучки» чувствуют себя вполне комфортно, размножаясь едва ли не в меньшем количестве, чем грязь и бактерии. Напарникам доводилось убеждаться в этом на собственном опыте.
По схожим причинам они отмели идею обсудить ситуацию через личный чат-коммуникатор. Связь шла через единую планетарную сеть и, не исключено, писалась в память местных баз данных. Рассуждать в таких обстоятельствах о допустимости принятия на борт неучтённого, а по сути, контрабандного товара, выглядело не самой благоразумной идеей.
Оставалось одно решение – идти на корабль. Конечно, корабль тоже не был таким уж безопасным местом – за время многочисленных осмотров и проверок нашпиговать его подслушивающими устройствами было не сложнее, чем гостиничный номер. Но один знакомый пилот, страдающий паранойей, научил их полезной хитрости – если запустить двигатели в режиме проверки, а потом ещё и включить вхолостую систему охлаждения, то ни один «жучок» не сможет толком ничего записать. В лучшем случае на другом конце передатчика услышат треск и фон.
На корабль местные бюрократы пропускали пилотов беспрепятственно.
