умеет решать проблемы…»
– Нужно повидаться с ним.
– Он что же, при костюмчике в офисе сидит, заходи кто хочешь?
– Мне больно смеяться, Алексей. Обойдитесь без шуток. Я знаю его местоположение. Сейчас мне… станет лучше… и…
Он зашёлся в сильном приступе кашля, кровавая мокрота спешила наземь в каждом плевке. А я не знал, как дальше. Взвалить его на плечи и дотащить до ближайшего СТО-ража? Глупо, они тут как тут, когда их не ждёшь, и исчезают при первой в них необходимости.
Здравый смысл готов был надавать мне по щекам за недогадливость. Ответ же на поверхности! Попросить первого встречного прохожего вызвать скорую, у них-то со смартами точно никаких проблем…
– Спустите вниз. Там моя машина. Я назову адрес.
– «Чаппарель» и доктор Урри?
– Что? – он не понял мной сказанного, я отмахнулся. Так, абсолютно ничего. Просто я где-то уже видел точно такое же начало…
* * *
Нас не спешили тормозить. Роман, покупая машину, сделал правильный выбор: старенькая, ничем не примечательная «ЛадаВАЗ Оптима» пятидесятых годов. Одна из первых удачных машин не только на русском рынке, но и на зарубежных.
Злопыхатели шутили, российский автопром на подъёме! Привыкли, что «из-под пера» наших инженеров обычно выходила рухлядь.
Болталась ёлочка освежителя. Отчаянно, словно мы мчались по колдобинам. Я смотрел на экран навигатора, спутник обещал провести нас до места по кроваво-красной линии.
Роман проваливался в сон каждые две-три минуты, но приходил в себя от боли. Я давил в себе желание плюнуть на все его опаски и отвезти в больницу. Проказница-совесть наточила клыки, неустанно вопрошая, насколько же я сволочь, раз готов равнодушно разменять знание об убийце друга на жизнь человека?
Благо, за столько лет я успел нарастить броню равнодушия.
Вспоминал нуарные детективы. Мрачная берлога одинокого волка, запах протухшей тайки и дешёвых сигарет. Всё настолько мрачное, что давно потеряло цвета. Серость поглощала окружающий мир вокруг.
– Рыбный квартал? – я нахмурился. Терпеть не мог портовый квартал за стоящую здесь рыбную вонь. Роман ничего не ответил.
Он занимал офис деловой конторы на первом этаже. И слава богу. Не было желания тащить его по ступенькам.
Думал, навстречу нам бросится секретарша или какая иная помощница. Глубоко внутри жила надежда на чудо: сейчас из ниоткуда явится отряд врачей из Сорорита-течнолоджи и закинет его на носилки.
Ага, как же! Дожидайся!
– Ключ. Правый карман, – чудо было лишь одно и заключалось в том, что детектив по-прежнему был в сознании.
Дверь распахнулась перед нами, обдав затхлым, застоявшимся духом пыли. Не бардак, но уборку здесь не делали недели две, если не больше.
Темнота сжирала очертания, прятала в себе чудищ. Безмолвно корчась, они мгновенно сгинули прочь, стоило мне потянуться к кнопке выключателя.
Свет заморгал, словно пробудившийся от столетней комы старик. Такой же блёклый, тусклый и невзрачный.
То, что я видел в нуарных фильмах, Роман решил взять за образец. Я едва удержался, чтобы не развести руками и не сказать «ну и дыра».
Усадил раненого на стул, он болезненно захрипел, оскалился, но не закричал.
– Шкаф. Третий ящик. Короб.
Дверца шкафа поддалась сразу же, ящик напротив норовил зацепиться тем, что лежало внутри за днище верхнего. На сантименты не было ни сил, ни времени, ни настроения. Вырвал его едва ли не с мясом.
Шприц со стимуляторами. Тета-витаминный коктейль на основе растворяемых в крови нанороботов. Помню подобную дрянь в наших медпакетах. На ноги не ставила, но до прибытия санинструктора помогала дожить. Косым шрифтом сквозь всё тело цилиндра бежала надпись «вызывает привыкание».
Надеюсь, он в таком состоянии пребывает не часто.
– Это? – показал ему шприц, но Роман уже провалился в бессознанку. Чёрт бы его побрал! Выдохнул и вколол ему в плечо, закусил губу. Что делать дальше? Оставаться здесь? Ждать, когда придёт в себя?
– Спасибо, – он прошелестел одними губами. Ого, я не ожидал, что подействует так быстро! Детектив попытался встать, но я усадил его обратно. Своим телом он сейчас владел плохо.
Он то ли собирался брыкаться, то ли смирился, по выражению лица и не понять. Через минуту стало ясно. Второе. Откинулся на спинку стула, развалился, блаженно зажмурился; обезболивающее приятной прохладой разлилось по всему телу, снося боль потоками чистой благодати.
Знал, потому как мне самому вкалывали эту дрянь пару раз.
– Не думал, что до такого дойдёт.
Я выдохнул и глянул на часы. Захотелось позвонить домой. Совесть что было сил пнула задремавшую ответственность, кисло и пьяно вопрошая прямо в ухо: – Как там сейчас Оксанка? О ней хоть подумал?
У стыда были острые клыки и когти.
– Что вы вообще такого сделали?
– Свой ход. Убийц следовало подстегнуть. Как видите, мне удалось.
– В следующий раз заведи себе Робина или Бэтгёрл для таких развлечений, – моё недовольство можно было понять. Роман кивнул, соглашаясь с обвинением.
– Я пустил слух, что знаю, кто убийца, и жду вознаграждение за молчание. Айм-мит обещал много, но они могут предложить больше.
– Они? Кто вообще купился на такой детский блеф?
– Детектив – не столько профессия, сколько репутация, – сказав, Роман зашёлся кровавым кашлем. И без того изгвазданная рубаха превратилась в тряпку. – Я блефую. Но редко. Они об этом знают.
– И это их реакция? Ни проверить, ни узнать, сразу направить головорезов? К слову, хорошо вооружённых головорезов.
У Романа хватило сил на укорительный взгляд, словно я ляпнул глупость.
– Они знают, на кого работаю и чьё дело веду. Кто захочет связываться с «Айм-мит»?
– И всё же ты упомянул корпоратов…
Роман кивнул.
– Кто-то из них. Не знаю, кто именно, но выясню завтра из полицейских отчётов.
Я удивлённо вскинул бровь, он решил пояснить. К детективу вернулась способность управлять телом. Криво, косо, неуклюже. Он выудил невесть откуда медицинский наногель, тот самый, которым мне привели в порядок истерзанную руку. Задрал рубаху, градом сыпанули на пол оторванные пуговицы, ляпнул массу поверх моей перевязки. Оно что, и так работает?
Но спорить с ним не спешил.
– Эти боевики. Мне надо узнать, откуда они.
– Думаете, корпораты от них не открестятся?
– Думаю, у убитых есть имена, фамилии и происхождение. Они не местные. Дедов, сукин сын, редко берёт на работу местных. Заметает следы.
– Как вышел на этого Дедова? Директор про девчонку говорил. Маленькую, хрупкую… – пытался вспомнить всё, что говорил нам старикан перед сердечным приступом.
Роман кивнул.
– Верно. Девчонка. Среди местных авторитетов нет девчонок.
– Не местная? Или просто подставное лицо? – тяжким грузом на плечи ложилось осознание, мы гоняемся не за звеньями цепи, а пока только за звоном…
– Возможно, да. Возможно, нет. Возьмём Дедова, и
