бросила Хельда, окинув нас строгим взглядом.
— Ли, он… — прокашлявшись, снова заговорил Дракс, — устраивает разные кровавые битвы среди людей. Адепты стадии зерна, обычные люди, и те кто посильнее — играет со всеми. Кто побеждает… Он обещает принять их в свои ряды. Если люди соглашаются, то, по его словам, тоже получат силы демонов и возможность их развивать. При мне четверо согласились, и их куда-то увели…
— Это он делает новых таких же ублюдков, как он сам и тот… Люциан? — спросила Хельда.
— Да. Полулюдей-полудемонов, — кивнул Дракс, — Говорит… что создает новую расу. Высшую. Сильнее людей, способных поглощать убитых врагов и умнее демонов… Он называет их «Совершенными». Он постоянно рассказывает об этом на площади и обещает победившим лучшую жизнь.
— Он у них главный? — уточнила Хельда.
— Вроде бы да… Когда он говорит что-то, демоны выполняют беспрекословно… Демоны-адепты тоже.
«Клык… А почему они его вообще слушаются?» — спросил я в своем сознании.
«Могут быть разные причины. Одна из них та, что клан Песчаных Зубов — фанатики. Однако, тебе необходимо уничтожить их всех.»
«Ого! С чего вдруг?» — удивился я. Нет, понятно, что надо — но ему до этого какое дело?
«Если он всем подряд будет приживлять родословную, он создаст много неподконтрольных сверхдемонов, пожирающих ци внешними техниками. Рано или поздно он поймет, что, чем раньше она вживлена, тем эффективнее развивается. Если его не остановить, он сожжет обе империи и создаст тысячи сверхдемонов. Мне не нужно, чтобы такая необузданная сила появилась в Чертогах Дао.»
Как просто, оказывается — о силе в Чертогах Дао заботится.
«Неужели эти сверхдемоны настолько сильные? Я не чувствую ничего такого.»
«Ты и десятой части потенциала не используешь, — фыркнул клык, — вот создай техники из демонического ядра и уничтожь всех вокруг. Сил у тебя хватит с лихвой. Сожрешь все их техники и их самих. Знаешь что будет? Достигнешь восьми кругов и пятой стадии, за пару минут. А теперь подумай сам.»
Из внутреннего диалога меня вывела вспышка ци — Мико сжала кулаки после очередной фразы Дракса о зверствах, творимых демонами, и вокруг нее на мгновение вспыхнуло марево золотого жара. Гу Лун успокаивающе положил ей руку на плечо, но его собственное лицо было мрачнее тучи. У меня на душе тоже скребли кошки — с Ли стоило разобраться. И даже не из-за слов Клыка — то, про что он говорил, не близкая перспектива. Просто я хорошо запомнил, что он сотворил с городом, бывшим когда-то моим домом. И с людьми в этом городе.
— А гробницу? — спросила Хельда, резко обернувшись в седле. Ее ледяные глаза впились в Дракса. — Он упоминал гробницу Безымянного? Может, на одном из выступлений говорил, что это его цель?
Дракс поморщился, пытаясь сосредоточиться.
— Гробницу…? Ммм… Нет, ни разу не слышал. Вообще, — генерал покачал головой. — Его интересуют ресурсы. Люди… для его «преображения». И… сила. Только сила. О гробнице ни слова.
Хельда резко выдохнула, повернулась обратно. Ее плечи на мгновение расслабились. Ли не рвется к гробнице — это плюс. Но я бы на её месте подумал — если его не интересует такое масштабное явление, значит, он готовит планы пострашнее. С другой стороны — мне легко рассуждать. Уж после таких рассказов Клыка…
Тем временем мы уже шли по абсолютно зеленой территории болотных змей, всадники растянулись длинной цепью, однако передвигались быстро. Я в очередной раз был поражен северянами, идущими впереди — я помню, что при взгляде с земли, когда мы тут охотились, было абсолютно непонятно, где вода, а где твердая почва. Поначалу я было хотел указывать путь, пользуясь преимуществом перемещения по воздуху — однако северяне в подсказках не нуждались, для этих адептов болотная почва была как открытая книга.
Один Хаггард резвился на полную катушку, вылавливая редких змей — его Улитка с удовольствием их ел, и что по воде, что по суше перемещался без проблем.
Вдруг Хельда резко подняла руку, останавливая отряд.
— Генерал, — обратилась она к Драксу, — вы лучше всех понимаете происходящее ТАМ. Как вы считаете, сколько времени нужно Ли, чтобы понять, куда мы направляемся, и организовать погоню?
— Люциан наверняка уже доложил, что мы идем вглубь, а не к Стене. Гробница — логичная цель. Однако, как он отреагирует, я сказать не могу. Если решит прибыть лично, то можно не опасаться — он летать не умеет и прибудет не быстрее нас. Но, зная его, могу предположить, что он предпочтет не ввязываться и отправит троицу своих приспешников. Тогда, думаю, через пару часов нагонят. Все же летают они слишком быстро…
— И я тоже так думаю, — кивнула она, — по воздуху они быстрее, мы теряем время.
Она спустилась с лошади, и тут из ее рук полилась чистая ци льда, мгновенно замораживающая почву и воду. Она оттолкнулась ногой, словно на её ногах были коньки, и катилась вперед, замораживая землю перед собой. Лошадь Хельды сразу перехватил кто-то из северян, и отряд сразу ускорился. Удивительно, но лошади абсолютно спокойно, бодренько так скакали по льду. Тот иногда трескался, но ни одна лошадь не упала и не поскользнулась. Метров через пятьсот энергия у Хельды подошла к концу, и она вернулась на лошадь. Никогда не видел её такой истощенной… Её сменил другой северянин, однако его хватило на еще меньшее расстояние.
Мое обостренное энергетическое чутьё ощущало, насколько неэффективно они расходуют силы, просто выпуская ее в никуда. А еще я хорошо чувствовал, что все змеи в огромном радиусе расползаются от нас в разные стороны — мощное воздействие ледяной ци явно пришлось им не по вкусу.
Северяне все менялись и менялись, прокладывая путь, и когда их осталось буквально двое, я уловил такое же ощущение с той стороны, куда мы направлялись. Оказалось, один из разведотрядов Хельды, которых в окрестностях гробницы было не меньше трех, ощутив родное звучание техники, выдвинулся нам навстречу. Это оказалось весьма кстати, учитывая, что и время и силы северян уже были на исходе…
Болота как-то резко уступили место узкой полоске земли, которая почти сразу стала песками. Влажный воздух сменился сухим, колючим ветром пустыни. Тучи мельчайших песчинок не давали смотреть, говорить и даже дышать… Путь по болоту, даже до появления ледяной тропы, теперь казался быстрым — пески яростно сопротивлялись нашему движению, они словно хотели уничтожить любого, кто осмелится их потревожить.
Лошади громко
