под ним. Ему хватило пинка по рёбрам, чтобы слететь с неё и захрипеть от боли. О да, бил я со знанием дела и от всей души. Хруст костей наверняка услышали все присутствующие.
— Лежать падла! — прорычал Мишка.
Я обернулся на крик и не смог сдержать хищного оскала, ведь Хрящ тоже оказался жив. Картечь разворотила ему бедро, но жизненно важные органы остались не задеты. Видимо, палил по нему Серый, так как ни Мишка, ни Маркин точно не промахнулись бы.
К слову, пацан уже стоял на коленях перед девчонкой и, гладя её по волосам, что-то тихонько бормотал. Вот только она не слышала и безучастно смотрела куда-то в сторону и вверх.
Внутри меня всё сжалось, а затем взорвалось яростью. Я ещё раз приложил носком ботинка Фитиля, Мишка добавил Хрящу, после чего мы приступили к делу.
Вскоре у дверей припарковалась «Газель», которую вызвал по рации Маркин. Её быстро разгрузили и заперли дверь в общежитии. С минуты на минуту должны были объявиться бесы, и на сей раз мы ожидали их с нетерпением. Детей одели, спустили вниз к остальным и настрого запретили к нам подниматься. В игровой остались только я, Маркин, Серёга с сестрой и две еле живые мрази. Мишку оставили за дверью, чтобы к нам наверняка никто не вошёл во время экзекуции.
— Не думаю, что вам нужно это видеть, — в очередной раз повторил Маркин, обращаясь к Серёге с сестрой.
— Мы не уйдём, пока эти двое не сдохнут, — сквозь зубы прошипел пацан.
— Пусть останутся, — произнёс я и распахнул окно.
Выбросив в него обоих покойников, мы принялись ждать, когда на запах свежей крови явятся псы. Прошло не менее пяти минут, прежде чем раздался цокот когтей по бетонной отмостке. А затем последовал треск разрываемой плоти и хруст костей.
— Надеюсь, они не нажрутся, — выглянув в окно, прокомментировал Рустам.
— Ничего, пошумим — ещё набегут, — усмехнулся я и кивнул на раненого Хряща. — Ты нормально его перевязал? Не хочу, чтобы он сдох раньше времени.
— Ничего. Такие, как он, живучие, — ответил Маркин. — Ну чё, погнали?
— Угу, — кивнул я, и мы подхватили Фитиля.
С обоих мы заранее стянули штаны и связали таким образом, чтобы оба урода приняли позу эмбрионов. К каждому закрепили верёвку, чтобы контролировать высоту, и теперь перешли к финальной стадии плана. Перевалив орущего Фитиля через подоконник, слегка стравили его примерно до окон на первом этаже.
— Ещё чуть пониже, — скомандовал Серёга, высунувшийся в соседнее окно. — Стоп!
— Уверен? — переспросил я.
— А-а-а! — донёсся с улицы полный боли крик.
— Да, — с хищным оскалом подтвердил Серый. — Самое то.
Мы намотали другой конец верёвки на радиатор отопления, предварительно убедившись, что он выдержит вес ублюдка, и тоже высунулись окно. Да, высоту пацан определил правильную. Псы едва доставали в прыжке до голой задницы Фитиля, а тому оставалось лишь визжать, потому как он даже не мог трепыхаться.
— Как думаешь, яйца ему уже откусили? — с задумчивым видом поинтересовался Рустам.
— Поёт вроде тоненько, — пожал я плечами. — Ну чё, второго вывешиваем?
— Давай, — кивнул Маркин.
Мы подхватили Хряща и поволокли его ко второму окну.
Глава 2
Небольшой прогресс
— Я вот одного не понимаю: нахуя они детей-то раздели? — нарушил тишину Мишка.
Мы сидели на ступенях лестницы, ведущей на второй этаж, выжидая, когда закончится адреналиновый отходняк. В такие моменты тело становится ватным. Можно, конечно, заставить себя двигаться, но смысла сейчас в этом нет. Проще отдохнуть, тем более что у нас имеется свободная минутка. Да и соваться наружу в таком состоянии — не самая лучшая затея, а десять-пятнадцать минут ничего особо не решат.
— Это психологический фактор, — нехотя ответил Рустам. — Голый человек менее склонен к побегу и сопротивлению.
— Мрази ебаные, — выругался Мишка и присосался к банке с пивом.
— Хорош бухать! — одёрнул его я.
— Да я пивка, — оправдался он. — С одной баночки ничего не будет. Мне нужно нервы успокоить. Блядь, как вспомню! Сука, вот чё в головах у людей? Они ведь дети! Как только совесть позволила…
Мишка замолчал и снова присосался к банке.
— Как она? — кивнул я Серёге, который продолжал обнимать сестру.
— Она сильная, переживёт, — ответил пацан.
— Спасибо вам, — вдруг заговорила она.
— Как они вообще к вам вошли? — решил выяснить я. — И почему вы их пустили?
— Это всё ребята, — тихо отозвалась девчонка. — Я говорила, что не нужно никуда ходить, но им же вечно на месте не сидится. Они в ларёк за пивом побежали, а вернулись уже с этими…
— Ясно, — буркнул я. — Миш, по ходу, тебе здесь придётся остаться.
— Ладно, — сразу согласился он.
— Пообщайся с новенькими, объясни, что и как нужно делать. Короче, за старшего здесь пока останешься. Дальше будем думать.
— Принял, — кивнул он.
— Всё, хорош сидеть. — Я поднялся. — Нам ещё до обеда в храм вернуться нужно. Тебя как звать-то, красавица?
— Машка она, — вместо неё ответил Серёга.
— Маш, мы у тебя брата опять украдём, хорошо?
— Угу, — нехотя кивнула она.
— Я скоро вернусь, — пообещал пацан и выпустил сестру из своих объятий.
Девчонка поёжилась, но ничего не сказала. Вид у неё всё ещё оставался мрачным, но от первичного шока она уже отошла. Вряд ли ей удастся быстро забыть то, что случилось, но жизнь продолжается, какой бы поганой она сейчас ни казалась. Серёга прав: она сильная, а значит, справится. Уж в петлю точно не полезет.
— Мужики? — К нам поднялся Колян. — Там это… ну… Короче, может, уже этих мудаков скинуть? У них уже кишки через спину вываливаются, а там всё-таки дети.
— А ты на хрена их туда пустил вообще⁈ — возмутился Маркин.
— Ага, умный дохуя⁈ Иди, попробуй их удержать! — огрызнулся Колян. — Скиньте их, смотреть противно.
— Иди, срежь верёвки. — Я толкнул Рустама локтем в бок. — Серый, до завода есть какие тайные тропы?
— Нет, — покачал головой парень. — Он же, считай, на проспекте стоит, чтоб подъехать нормально можно было. Если гаражами ещё получится до территории пробраться, там до цеха по открытой местности скоблить.
— Да я довезу, — прислушавшись к разговору, заявил Колян.
— Не, дружище, спасибо, — отказался я. — Мы уже пробовали на машине, едва живы остались.
— Ты не понял, мне батюшка там какой-то защиты навешал, псы к нам даже не подходят.
— Да ладно? — Я округлил глаза. — А чё, так можно было, что ли?
— По ходу, — пожал плечами Колян, не оценив шутку.
— Ладно, это сильно меняет дело, — улыбнулся я. — Серый, тогда тоже здесь останься.
— Да я нормально…
Я нахмурился.
— Я у тебя не спрашиваю, это приказ. Или хочешь повторения «банкета»?
