— Не огорчайся, ты затмеваешь их, — уверила ее Вирджиния и сделала глоток из своего бокала. Крепкая жидкость разлилась по жилам, снимая напряжение.
— Не забывай хлопать ресницами и флиртовать, — напутствовала ее шепотом Диана.
Без всякого приглашения Вирджиния обнаружила себя увлеченной в танец мужчиной в ковбойском наряде. Мелодия стала более медленной. Партнер в черной маске крепко обнял ее за талию. Его голос прозвучал над самым ухом:
— Я уверен, что вы самая прелестная маска в этом зале.
— О, спасибо! — воркующим голосом ответила Вирджиния.
Она боялась сбиться с такта, но партнер не особенно усердствовал, просто качаясь в такт ритмичной музыке.
— Х-м-м, я готов съесть вас! — Ковбой шутливо щелкнул зубами. — Как прикажете вас величать? — Его теплое дыхание согревало щеку.
— Зовите меня просто Кроликом. — Вирджиния соблазнительно облизнула губы кончиком языка, а затем уперлась руками в грудь партнера и мягко оттолкнула его от себя.
Он усмехнулся и, казалось, не обратил внимания на ее жест. Вновь прижав ее к себе, он провел рукой по ее обнаженному плечу.
— Какие у вас прелестные заячьи ушки над копной волос!
Вирджиния уже намеревалась сказать ему, что заячьи уши находятся сантиметров на сорок выше того места, куда устремлен его взор, но вместо этого просто хихикнула, вспомнив наставления подруги.
В следующее мгновение ковбоя сменил мужчина в костюме спеленутой мумии, который тоже не сводил глаз с глубокого выреза и волнующей ямочки. Вирджиния продолжала хлопать ресницами и изредка говорить глупости. Мумия оказался более утонченным танцором, приходилось быть внимательнее к самому танцу. После одного из головокружительных пируэтов Вирджиния заметила Диану, танцующую с широкоплечим Робином Гудом.
Сменилась музыка, а вместе с ней и партнер. Теперь Вирджиния флиртовала с графом Дракулой под современный танец в ритмах диско. Она сосредоточенно наблюдала за танцующими и вскоре стала двигаться довольно уверенно.
Ладно скроенный дровосек использовал пластиковый топор, чтобы отбить ее у вампира. Вирджиния едва заметила это. Она поставила целью танцевать не хуже других и уже хвалила себя за достижения. Движения ее стали свободными, тело — легким и послушным. Она веселилась от души, с каждой минутой чувствуя себя все увереннее. Страх и застенчивость покинули ее. Неослабевающий поток энергии, который излучала весело скачущая вокруг толпа, словно вливался в ее жилы. Она сбросила оболочку «ученого сухаря» и вступила в праздник жизни. Под напором музыки, света и меняющихся партнеров реальность ушла куда-то, а фантазии и иллюзии стали конкретными, осязаемыми. Совершилась метаморфоза: скучная, деловая Вирджиния Фаррэл стала беззаботной Джинджи.
Смеясь, Джинджи вырвалась от очередного очарованного ею партнера и подошла к бару. Бармен приготовил для нее нечто неправдоподобное, экзотическое — малиновый пунш, покрытый мороженым и фруктами. Она с удовольствием опустошила бокал с безобидным на вкус напитком и заказала еще… Подавая ей третий бокал, бармен предостерегающе сказал:
— Осторожнее, мадам! Этот напиток мужчины окрестили «камикадзе».
Облокотившись на полированную стойку, Джинджи беззаботно рассматривала пульсирующую в танце толпу. Вдоль стен зала были расставлены столики с напитками и закусками, и за одним из них она обнаружила Диану — та сидела в компании арабского шейха и его свиты. Мужчина в облике Мефистофеля, в красной шапочке, ловко обнял Вирджинию за талию и увлек к танцующим, умудряясь не сбиваться с ритма страстного южноамериканского танго. После этого танца она почувствовала сильное опьянение и вышла наружу, чтобы освежиться. На просторном, засаженном кустами роз балконе она облокотилась о перила и стала глубоко дышать, чтобы освободиться от алкоголя и дыма, радуясь, что оставила это сумасшествие и нашла уединение. Над головой простиралось спокойное полночное небо, освещенное бриллиантовой луной, которая, казалось, соперничала в яркости с самим солнцем.
Вирджиния увлеклась необыкновенным видом, открывшимся с балкона. Внизу раскинулся великолепный сад. Дальше виднелись разбросанные по склону холма виллы. Еще дальше, на юге, светились ночные огни огромного города. К нему вели переплетения бетонных автомагистралей, местами пропадающие в море пальмового леса. С севера и запада лежала земледельческая долина.
Легкие наполнялись нежными ароматами сада, а слабый ветерок ласкал кожу. Вирджиния не могла не признать, что отдых получался на славу. Она выслушала бесконечное количество признаний, хихикала над шутками, отвергала неуклюжие ухаживания. Ей нравилось играть роль небрежной кокетки, утомленной вниманием.
Она нежно погладила маску, служившую защитой. За этой маской она ощущала себя в безопасности, могла интриговать и околдовывать. Маленький кусочек материи укрыл здравомыслящую Вирджинию и освободил опьяняющую, яркую Джинджи. Она казалась себе воплощением сразу двух женщин: интеллигентной, холодной, сдержанной и — свободной от условностей, флиртующей, бесстыдной. Это было хотя и странное, но отнюдь не неприятное единение.
Она снова устремила взгляд в ночное небо, разыскивая созвездие Персея. Там, у основания головы Медузы, располагалась яркая звезда Алгол. Вирджиния вдруг почувствовала себя сродни этой звезде. Только в это время суток Алгол сияла как драгоценный камень — через несколько часов она померкнет, утратив две трети своего блеска. И ее ожидает та же участь: через несколько часов вечер закончится, костюмы и маски будут сняты — и она опять превратится в многоученого доктора Фаррэл. Вирджиния разочарованно вздохнула. Диана абсолютно права: ей не хватает в жизни радости, веселья, раскованности.
Надо будет непременно время от времени встряхивать психику чем-нибудь вроде сегодняшнего. Хорошо иногда почувствовать себя женщиной. Равноправие равноправием, а все же приятно быть предметом сексуального внимания, пробуждающего все твои чувства. Она желала бы всем женщинам иногда испытывать те ощущения, что пришли к ней в эту ночь…
Что-то мягкое упало ей на плечо. Оказалось — маленький бутон розы на ножке без шипов. Другой бутон коснулся руки и упал к ногам. Смущенная, Вирджиния нагнулась, чтобы поднять его, но ее опередил возникший рядом мужчина в черном костюме мексиканского танцора и широкополом сомбреро.
— Добрый вечер, — проговорил он, подавая ей розу.
— Добрый вечер, — ответила Вирджиния после секундного замешательства.
Его стройное, мускулистое тело излучало мощную энергию. Алая шелковая рубашка с распахнутым воротом в сочетании с черным костюмом придавала всему облику нечто демоническое. Узкие брюки туго обтягивали стройные ноги. Темная маска почти полностью закрывала лицо, но Вирджиния смогла заметить прямой нос и красивые, изящного рисунка губы.
