«Предположим, – писал Райен, – из-за мошенничества около 17 900 приходов постоянно теряют около 10 процентов денег. Это значит, что средний приход теряет около $1000 в неделю, то есть около $50 тысяч в год. Это означает, что за год только в результате присвоения сборов церковь теряет около $90 миллионов». Если Райен прав, это означает, что примерно за то же время, за которое церковь потеряла $1,775 миллиарда из-за сексуальных скандалов, присвоение и воровство со стороны священников и сотрудников лишило ее $2,16 миллиарда[25]. Конечно, подсчеты Райена неточны. Они вызывают насмешку Джозефа Харриса, который любит точные данные. Однако выводы Райена разделяют многие другие достойные аналитики.
Леон Панетта, директор ЦРУ при Обаме (ранее глава Белого дома при Клинтоне), с 2002 по 2004 год служил в Национальном совете по защите детей и подростков, состоящем из выдающихся католиков-мирян, которым Конференция епископов поручила расследовать кризис вокруг сексуальных преступлений в церкви и выработать меры по исправлению ситуации. Панетта призывал церковь к введению мер внешнего контроля над финансами. «Им нужно обрести способность вступить в XXI век, – сказал он корреспонденту USA Today, – и ввести некоторые меры управления, которые обеспечивают защиту доверия к ним прихожан»[26].
Теренс Мак-Кирнан, возглавляющий сайт BishopAccountability.org, на котором собраны материалы о кризисе в Католической церкви, собрал данные СМИ (опирающиеся на официальные обвинения, приговоры и гражданские иски) о шестидесяти девяти случаях кражи денег внутри церкви, приведших к потерям в общей сумме на $38,5 миллиона. Во многих случаях обвинители утверждали, что объем присвоенных денег был больше. Если принять во внимание эти обвинения, общая сумма присвоенного составит $81,5 миллиона. Мы не знаем, какую часть этих потерь возместило страхование и что было при этом потрачено на страховые взносы, мы не знаем. «Раскрытые потери, – говорит Мак-Кирнан, – это лишь часть целого. Мы имеем дело с неподконтрольными потоками наличности. Большинство случаев краж в приходах, диоцезиях и организациях, которыми управляют религиозные ордена, остаются в тени. Одни и те же структурные проблемы и делают эти преступления возможными, и мешают их выявлять. В целом исследование Университета Виллановы с иной точки зрения показывает, что потери от присвоения за каждый год не поддаются подсчету».
«Особенность власти епископов, – объясняет Майкл Райен, – заключается в том, что они находятся вне поля конструктивной критики. Думаю, они отказываются принять меры для контроля за сборами церкви в первую очередь потому, что они привыкли к пастырскому подходу: они знают, какой воцарится ад, если они изменят нынешнюю систему, где священник может «походить вокруг денег» до того, как их отправляют в банк».
«Многие священники и прихожане не считают ситуацию, когда священник распоряжается деньгами по своему усмотрению, воровством», – добавляет Мак-Кирнан. По мнению Райена, когда деньги помещены в банк, для получения наличных священнику приходится выписывать чеки. Финансовый совет прихода будет отслеживать движения средств на счету, обращая особое внимание на наличный счет. Необходимо всегда подсчитывать воскресные сборы в присутствии двух людей и следить за тем, чтобы суммарная сумма соответствовала той, что кладется в банк и отражена в соответствующем бланке. На протяжении многих лет епископы уверяли, что они не могут ввести жесткие стандарты устранения растлителей детей, потому что каждый епископ действует автономно. Но они изменили свою политику в 2002 году, когда были введены меры по защите детей и подростков. То же самое они могли бы сделать и в отношении контроля над сборами. Эта мера, утверждает Райен, значительно бы повысила приток средств в диоцезии. Соответственно, по словам Мак-Кирнана, «потери могут оставаться незамеченными на протяжении десятилетий».
Если же мы обратим внимание на собранные на сайте BishopAccountability.org database факты о финансовых потерях религиозных орденов, мы поймем, что здесь ситуация еще хуже. В Филадельфии касса религиозных орденов столь же уязвима, как и в диоцезиях. В 2007 году большое жюри обвинило отца Чарльза Ньюмена из Ордена младших братьев в присвоении путем воровства и подлога средств Школы имени архиепископа Райена (где Ньюмен исполнял должности преподавателя, директора, а затем президента) и ордена францисканцев на общую сумму в $1 033 748. Часть этих денег, согласно материалам обвинения, Ньюмен тратил на мальчика, которого он растлил и содержал; позже этот юноша погиб от передозировки наркотиков. Ньюмена признали виновным в финансовом преступлении и в 2009 году приговорили к тюремному заключению сроком от трех до шести лет[27].
Финансовая подотчетность
В 1985 году, изучая доступные сырые данные, Эндрю М. Грили обнаружил, что католики в среднем жертвуют церкви $320 в год, тогда как этот показатель для протестантов составляет $580. Отец Грили, выдающийся социолог, объясняет это таким образом: «Снижение количества пожертвований среди католиков за последние двадцать пять лет – это результат неудачного управления и отчуждения прихожан не от католической общины или от таинств церкви, но от церковных институтов»[28]. На протяжении последующей четверти века после 1985 года это отчуждение от структур управления стало еще глубже. Как показывает одно исследование 1994 года, церковь потеряла $1,96 миллиарда за год из-за «скупых пожертвований» – то есть это потери от той суммы, которую епископы «могли бы собрать за год, если бы католики жертвовали столько же денег, сколько жертвует средний американец» другой религиозной организации[29]. В работе 2000 года под провокационным названием «Почему католики не жертвуют… и что с этим делать» профессор из Виллановы Чарльз Зех, опираясь на данные исследования, делает следующий вывод: католики «ощущают, что недостаточно влияют на решения церкви, не имеют информации о том, на что церковь тратит деньги, и не думают, что их иерархи кому-либо отчитываются в том, как они тратят собранные с прихожан деньги»[30].
Епископы, призванные осуществлять дела милосердия, не должны отчитываться о доходах и расходах перед акционерами или внутренней налоговой службой. Такое положение вещей не вызывало сомнений до тех пор, пока СМИ не показали, как некоторые прелаты покрывают сексуальные скандалы, тратя деньги на урегулирование конфликтов. Это вызвало вопросы о характере использования денег прихожан и породило стремление к прозрачности, так что сегодня многие епископы размещают финансовые отчеты диоцезий на своих веб-сайтах. Специалист по бухгалтерскому делу профессор Джек Рул, заместитель декана в Хавортском колледже бизнеса при Университете Западного Мичигана, занимается изучением вопроса о доступности информации о финансах Католической церкви в США. Он сообщает:
115 из 194 диоцезий и архидиоцезий предоставляют свои конечные или обзорные финансовые отчеты в Интернете. 39 из оставшихся не предоставляют финансовые отчеты публике. В 12 диоцезиях нужен письменный запрос на имя главного финансового инспектора, который, если сочтет нужным, может предоставить эти сведения. Другие 28 диоцезий публикуют отчеты иного рода, возможно, не подвергавшиеся ревизии. Только 5 из 115 отчетов, прошедших ревизию, содержат сведения по приходам. Оставшиеся 110 – это прошедшие ревизию отчеты административных управлений. Поскольку в этих отчетах нет прошедших ревизию отчетов приходов, эти документы практически бесполезны для того, кто стремится исследовать финансовое положение дел в диоцезии.
Высокой надежностью обладает только полный набор финансовых отчетов, прошедших ревизию в независимых бухгалтерских компаниях.
Бухгалтерская компания не может составить прошедший ревизию отчет, не включив в него все нужные данные. Рул говорит, что можно с доверием относиться к отчетам архидиоцезии Бостона и диоцезий Лос-Анджелеса и Каламазу (Мичиган), предоставивших полноценные и проверенные отчеты, и продолжает:
Обзорный отчет по охвату значительно меньше отчета, прошедшего аудит. Такую неполную информацию приводит архидиоцезия Чикаго.
Финансовые отчеты, не проверенные бухгалтерской компанией, недостоверны. Для их составления достаточно попросить бухгалтера устранить лишь очевидные ошибки. Такой отчет приводит архидиоцезия Нового Орлеана. Его данные могут быть верными, а могут и не быть таковыми. Он не содержит полного набора необходимых финансовых отчетов и замечаний.
Атланта, Остин, Арлингтон и Анкоридж приводят прошедшие ревизию отчеты, но без данных по приходам. Диоцезия Остина утверждает, что ее приходы и другие организации прошли отдельную проверку. Чтобы убедиться в том, что средства не были потрачены на урегулирование сексуальных скандалов, нужно иметь полную уверенность в том, что такая отдельная проверка проводилась. «Особого рода» отчет Анкориджа не соответствует общепринятым бухгалтерским стандартам.
