Она говорила мне, что боится вас, — кивнул доктор Харкнесс. — Поэтому я не пригласил вас присутствовать при осмотре. Для нее это вполне естественная реакция. Ей приходится слепо верить, что вы ее муж, что вы любите друг друга и счастливы в браке. Но вы для нее теперь совершенно незнакомый человек. На ночь я оставлю с ней сиделку. Если утром все показатели будут стабильны и рентген не покажет осложнений, можете забирать ее домой. Советую вам это время обращаться с ней как с сестрой, а не как с женой. Постепенно приглашайте друзей и родных, но предупредите их, чтобы не тревожили ее и не пугали потерей памяти. С женой будьте приветливым, добрым, нежным. Не переживайте, что она вас отвергает. Таким образом она защищает себя. Ну, и, конечно, воздержитесь от физических контактов.
Кэл помотал головой.
Это уже случилось: я ее поцеловал, а она не ответила. — Боль оттого, что она его отвергла, поразила Кэла до глубины души.
Для вас это был вполне естественный жест, но именно ваш поцелуй и вызвал у нее такой приступ страха. Пока к ней не вернется память, надо дать ей привыкнуть к вам. Боюсь, это слишком тяжелая ноша для вас, мистер Ролинз. Но хочу вас заверить: ее состояние изменится. Придет время, и она вернется к вам здоровой. — Доктор повернулся к Роману. — О подобных случаях с детьми мы должны сообщать в полицию, но, возможно, ваше расследование будет проведено быстрее. Вы дадите нам знать?
Конечно. Я надеюсь, мы получим результат уже через несколько часов.
Отлично. Позже мы с вами поговорим. Я слежу за состоянием миссис Ролинз. Если у вас возникнут какие-то соображения, не стесняйтесь, скажите в приемной, чтобы позвонили мне.
Спасибо, доктор Харкнесс.
Тот улыбнулся.
Она очаровательная женщина. Могу понять ваши страхи. В наше время свадебные клятвы приобретают новое значение.
Кэл взвесил слова врача. Конечно, тот старается его поддержать, но разве может человек прочувствовать ситуацию, если не пережил ее сам?
Ты в порядке, Кэл?
Участливый голос Романа вернул его к действительности.
Нет, но должен быть, верно?
Риторический вопрос не требовал ответа. Роман переминался с ноги на ногу.
После того, что я услышал от доктора Харкнесса, думаю, мне не стоит появляться у Дианы. Одного незнакомого человека для нее пока достаточно. А для того чтобы я начал расследование, попроси санитарку принести вещи Дианы. Скажи, пусть придумают любые объяснения, чтобы ее понапрасну не волновать. Может, я найду какую-то зацепку. Это первое, с чего я начну. Потом вернусь в контору — может, она оставила подсказку, которую я сразу не заметил. Мы знаем, что утром она поехала на работу и при этом не упоминала ни о каком ребенке. Я предполагаю, что ребенка подбросили либо ей в машину, либо...
Либо к двери твоего офиса! — выпалил Кэл. — Если бы он был перед нашей дверью или в машине, когда она спустилась в гараж, она бы прибежала ко мне и сказала.
Если только она не заметила его на заднем сиденье, лишь когда приехала на работу.
Такое возможно, но Диана обычно запирает машину. Тому, кто подкинул ребенка, пришлось бы, кроме того, взламывать дверь в гараж. Нет, думаю, что она нашла его у твоего офиса.
Как бы то ни было, рассуждая логически, она увидела, что ребенок желтый, и так обеспокоилась, что не подумала кому-нибудь позвонить. Она помчалась в больницу, потому что вызов «скорой помощи» занял бы намного больше времени. Диана очень спешила, поэтому поскользнулась и упала.
Точно, Роман! Это все объясняет.
Как можно скорее достань мне ее вещи, мы должны срочно найти ответ.
Роман, я тебе так обязан!
Мы квиты. Сколько раз ты меня выручал и не сосчитать, особенно с Британи. Вы с Дианой не дали мне тогда сойти с ума, помнишь? И я все-таки ломллся на ней. Теперь моя очередь помогать вам. Я никогда не скрывал, что очень люблю Диану. Как и все сотрудники агентства. Она лучшее, что у нас есть. Для всех ребят известие о Диане будет шоком, особенно для Британи и Аннабелл.
— Да, они выросли вместе, как сестры.
— Я всех оповещу. Ты возвращайся к Диане, а расследование предоставь нам.
Кэл положил руку Роману на плечо.
— Подожди здесь. Я договорюсь, чтобы принесли ее вещи.
Он нашел санитарку и попросил ее принести из палаты Дианы вещи, но так, чтобы та не заметила.
— Нет проблем. Врач как раз распорядился перемести мисс Ролинз в отдельную палату на четвертом этаже. Я скажу, что сначала отвезу вещи.
— Отлично.
Вскоре санитарка вернулась с больничным мешком, в котором лежали вещи Дианы. Кэл передал его Роману.
Надеюсь, ты что-нибудь найдешь. Для ее же блага нужно поскорее прояснить загадку с ребенком.
Не беспокойся. Мы все сделаем быстро и осторожно. Пойду возьму из машины коробку и одеяло. Позже один из моих ребят отгонит машину к вашему дому. Как только я что-нибудь обнаружу, позвоню тебе на мобильный.
Кэл кивнул. На большее нельзя было и рассчитывать. Он смотрел, как Роман отъезжает, и думал, что только хладнокровные и деловые рассуждения друга удерживают его от срыва.
ГЛАВА ВТОРАЯ
— Нянечка!
Да, миссис Ролинз?
Пожалуйста, зовите меня Дианой.
Хорошо, а вы меня — Джейн.
Ладно. Джейн, я слышала, как доктор Фар говорил, что моему ребенку четыре дня от роду. Я не понимаю, почему у меня нет ни болей, ни каких-либо признаков того, что я только что родила. Почему до сих пор нет молока?
Об этом вам нужно спросить врача. Не волнуйтесь, за ребенком хорошо смотрят в детском отделении.
Когда я смогу его увидеть?
Он должен оставаться в кувезе по крайней мере до завтрашнего утра.
Тогда помогите мне, пожалуйста, дойти до детского отделения, я хочу с ним посидеть.
Нет, Диана, этого делать нельзя. Мы только что перевезли вас в вашу палату. Врач оставил строжайшее указание, чтобы вы лежали. Вы же хотите поправиться? Ваш муж поехал домой, чтобы привезти вам вещи. Когда он вернется, поговорите с ним. Но лучше подождите до вечера, когда доктор Харкнесс будет делать обход. Может быть, он разрешит вам и мужу заглянуть в детское отделение. Все зависит от того, как вы будете себя чувствовать.
Джейн, вы не понимаете. Я не помню, что он мой муж, все, чего я хочу, так это моего ребенка!
Я понимаю. Но вы хотите, чтобы мальчик выздоровел?
— Конечно.
— Тогда будьте терпеливы. Я знаю, что это трудно. Нам нужно поправиться после сотрясения.
— Не уходите!
Сиделка подошла к кровати.
— Вас что-то пугает?
Диана закрыла лицо руками.
— Не знаю. Все.
— Конечно, это страшно. Если бы я ничего не помнила о своей жизни, то тоже бы испугалась. Но это временное состояние. Вы помните, что, когда упали, у вас был ребенок. Значит, память уже возвращается. Потерпите еще немного.
