Ее блестящие зеленые глаза заволокло слезами.
Значит, Тайлер не мой ребенок, — с отчаянием проговорила Диана.
«Что я наделал, зачем сказал?!»
«Давай дальше, Ролинз. Продолжай».
Нет. Любой подкидыш поступает на попечение суда. Ты называла его Тайлером, потому что так звали твоего деда. Этим именем ты надеялась назвать нашего ребенка, но у тебя был выкидыш...
У меня был выкидыш? — эхом повторила она, будто закрепляя в памяти услышанное.
Кэл кивнул.
Три, и последний — после четырех месяцев беременности, — мягко сказал он.
Нет! — Во взгляде ее были ужас и мольба прекратить пытку.
Ты просила правду. Я не хотел тебя мучить. Видит Бог, не хотел.
Слезы хлынули у нее из глаз, ручьем потекли по бледным щекам. Она закрыла лицо обеими руками. Ее отчаяние было еще сильнее, чем при последнем выкидыше, когда она рыдала целыми днями.
Доро...
Не называй меня так! оборвала она. — Во имя всего святого! Просто уйди и оставь меня одну!
Кэл почувствовал неописуемую боль и вышел из комнаты. Он отправился в ординаторскую и застал там медсестру, которая занималась Дианой.
Что-то случилось, мистер Ролинз? Вы выглядите совершенно больным.
Кэл сжал зубы. Трясущейся рукой пригладив волосы, он откашлялся и сказал:
Диана догадалась, что не рожала этого ребенка, и заставила меня сказать правду. Она безутешна, и в этом моя вина. — Его голос дрогнул. — Моей жене нужна помощь!
Сестра смотрела с состраданием.
Я понимаю, как вам тяжело. Я позвоню доктору Харкнессу, а вы пока посидите в комнате ожидания, это рядом. После разговора с ним я вас найду.
Кэл кивнул. Качаясь как пьяный, он двинулся к выходу. Невозможно постичь чудовищность перемены, произошедшей с его женой после такого счастливого утра любви.
Кэл!
Он обернулся на звук знакомого голоса и увидел, что к нему бежит Аннабелл, их лучшая подруга и член бригады сыщиков Романа.
Роман мне только что рассказал о случившемся. Я приехала, как только смогла.
Ее присутствие и эмоциональная поддержка сейчас были для него важны как ничто другое. Они обнялись, и он вдруг зарыдал, обуревавшие его чувства прорвались потоком слез.
Анни, Диана не просто не знает, кто я, она меня ненавидит. Что, если память к ней так и не вернется? Что, если она ушла от меня навсегда?
Не надо так думать, — пылко возразила она. — Роман говорит, врачи считают ее состояние временным.
Кэл покачал головой.
А если они ошибаются? Не знаю почему, но мне кажется, что она так и не вспомнит ни меня, ни наш брак.
Аннабелл крепче сжала его в объятиях.
Ты напрасно себя изводишь. Но если — это ужасное «если» — ты обнаружишь, что ее амнезия постоянна, то, я уверена, найдешь способ снова завоевать ее любовь.
Ее слова леденили душу.
Если амнезия Дианы постоянна, то ты найдешь способ снова завоевать ее любовь.
Потрясенный такой устрашающей перспективой, Кэл тряхнул головой.
Ты бы не стала так говорить, если бы слышала, с какой враждебностью она выгнала меня из своей комнаты несколько минут назад.
Аннабелл подняла голову и пристально на него посмотрела.
Сейчас еще рано строить всякие «если». Подожди несколько дней. У нее тяжелая травма. Возможно, ей очень больно. Она сама не своя. Не относи на свой счет все, что она говорит и делает.
Как я могу? Врач говорит, что, если не появится осложнений, ее завтра выпишут из больницы. А вдруг она откажется ехать со мной домой?
На это никто не может дать ответ. Давай подождем, что он скажет после осмотра. А ты сегодня переночуй у нас. Рэнд велел передать, что это приказ.
Спасибо, Анни. Я вам признателен, но я не могу отсюда уйти. Останусь здесь, вдруг она что-то вспомнит и я ей понадоблюсь?
— Тогда мы останемся вместе с тобой.
Я не могу вас об этом просить…
Ты и не просил. Это я предложила. Не забывай, мы с мужем тоже любим Диану. Я пойду с ней поздороваюсь, а ты подожди здесь. Может, она согласится со мной поговорить. Но раз ты все честно сказал ей про ребенка, то секретов уже нет и мне не придется выкручиваться. Мне кажется, ей важно знать, что у нее есть друзья, на которых можно положиться, даже если она нас и не помнит.
Согласен. Спасибо, Анни, — прошептал Кэл.
Она чмокнула его в щеку.
Не стоит благодарить. Я ненадолго. Ты пока посиди и выпей это. — Она кинула монетки в автомат и протянула ему стакан колы. — Небось с утра ничего не ел.
Нет.
Скоро приедет Рэнд. Я ему скажу, чтобы привез тебе поесть.
Как и Роман, Аннабелл умела в стрессовых ситуациях сохранять ясную голову, вселяя уверенность и надежду в окружающих, и Кэл немного успокоился. Он помолился, чтобы появление Анни привело в действие механизм, который вернет Диану в мир, где для нее будут существовать все они. Но в глубине души он опасался, что ее состояние необратимо.
«Как мне тогда жить?»
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
— Диана, я Аннабелл Данбертон. Я понимаю, что ты меня знать не знаешь, но мы лучшие подруги. Можно войти? Я на минутку.
Диана лежала, уткнувшись в подушку. При звуке незнакомого женского голоса она испытала мгновенное облегчение, что это не Кэл Ролинз. Джейн обещала его больше не пускать, пока не придет врач.
Она с нетерпением ждала доктора Харкнесса. Ну и пусть ребенок не ее, она все равно хотела пойти посмотреть на него. Для этого ей нужно разрешение врача.
Она приподняла голову и увидела в дверях женщину с тонкой, гибкой фигурой, красивым лицом и копной коротких рыжих кудрей.
«Моя лучшая подруга?» Еще одно незнакомое лицо.
Да. Конечно. Заходи. — Она вытерла слезы и села.
Женщина подошла.
Я в холле встретила Кэла.
Не хочу его видеть.
Он мне сказал. Не волнуйся. Поверь, он не сделает ничего против твоей воли, Кэл слишком тебя любит.
Не хочу его обижать, но он для меня ничего не значит. Мне трудно на него смотреть, потому что я вижу, что он страдает.
Это Кэл тоже сказал, но он старается держаться молодцом. Я понимаю, что я тоже для тебя ничего не значу, но ты должна знать, что есть много людей, которые тебя любят и беспокоятся о тебе и Кэле. Мы с тобой коллеги и закадычные подруги. Пройдет время, и ты захочешь с кем-то поговорить. У тебя будет масса вопросов. Я хочу, чтобы ты знала: когда это время придет, я к твоим услугам. Вот моя визитка. На обратной стороне номер моего мобильного телефона, так что можешь звонить днем и ночью.
Диана взяла карточку и прочла: «Аннабелл Данбертон, частный детектив». Растерянно моргнув, она уставилась на Анни.
Ты говоришь, мы коллеги?
