Женщина была воджеком, Кос не был с ней близко знаком, но узнал сразу. Это была констебль Вина Макав. Точно также как Кос и Пашак, Вина была новобранцем среди рекрутов, которых приняли после последнего восстания Рекдосов. Она ушла в увольнение месяцем раньше, однако так и не вышла на службу после отпуска. Кос узнал ее лицо с плакатов с большой надписью «РАЗЫСКИВАЕТСЯ: ДЕЗЕРТИР», развешанных по всему десятому кварталу.
- Думаю обвинение в дезертирстве можно снять, - сказал Зюник, пока Кос вытирал рот тыльной стороной рукава. – И думаю, что кровавая пудра все же не ошибалась. Их, похоже, убили здесь. Ладно, добавим к списку и эти преступления. Никто не убивает 'джеков в моем городе безнаказанно…
Кто-то чихнул на верхнем этаже, и оба воджека замерли. Кос сосредоточил всё внимание на услышанном звуке, и через несколько секунд ему показалось, что он слышит что-то среднее между тихим стоном раненой болотной собаки и хныканьем ребенка.
Зюник указал на лестницу, ведущую на второй, чердачный этаж. Только теперь Кос осознал, какую малую часть склада на самом деле они исследовали до сих пор. Горы ящиков с жутким содержимым, возвышающиеся вокруг них, могли скрывать что угодно. Единственный свет исходил от факела, который уже потрескивал и начинал гаснуть.
Но, несмотря на свою неопытность, Кос все же был офицером воджеков. В Равнике никто не получал этот ранг случайно. Он прижал два пальца к значку на груди, напоминая себе об этом факте, и направился вверх по лестнице. Зюник последовал за ним, только когда Кос прошел половину пути наверх.
Они нашли гоблина, забившегося в самом темном углу. Одно ухо этого мелкого создания, похоже, было оторвано, и вязкая тягучая кровь сочилась сквозь пальцы его правой руки по шее и плечу. В остальном, гоблин казался невредимым. На его коже виднелось несколько татуировок и ритуальных отметин. Символ U-образной формы, символизирующий разорванное звено цепи, выжженный на лбу гоблина, означал, что это был освобожденный раб, а черная и алая татуировки на щеках выдавали в нем члена многочисленного клана Крокт, самого большого клана гоблинов в Равнике, входящего в культ Рекдоса задолго до подписания Пакта Гильдий. Согласно преданиям Крокта, демон Рекдос собственноручно высек этот клан из той скалы, чье имя они носят и поныне.
Желтые глаза гоблина расширились в неподдельном ужасе, когда Кос добрался до конца лестницы, и он начал жалобно бормотать на своем непонятном языке. К сожалению, Кос слабо разбирался в гоблинских наречиях. Тем не менее, его напарник пробыл на улицах Равники достаточно долго, чтобы распознать несколько диалектов.
- Микз, я знаю, это мое дело, но…
- Без проблем, - сказал Зюник. – Я поговорю с ним. - Старший 'джек пригладил усы, перебирая фразы, которые могли бы успокоить перепуганное существо, затем попробовал то, что, по мнению Коса, должно было звучать, как беспроигрышный вариант. Что бы ни означали лающие слоги Зюника, они явно не успокаивали гоблина, который выглядел так, как будто он пытается силой протиснуться сквозь стену. Кос никогда не видел ни гоблина, ни человека настолько всецело испуганного.
- Йузир тракини халк халкак Крокт, воджек храркар вонк, - сказал Зюник, указывая на нагрудный знак.
Гоблин вскрикнул.
- Оузор вафиз халк каларк, Крокт каларк, - попытался еще лейтенант.
Гоблин вскрикнул еще раз, громче и пронзительнее. Кос закрыл одно ухо рукой и отвернулся, пока Зюник продолжал засыпать приветствиями испуганное существо. Либо гоблин не понимал ничего из сказанного, либо был так перепуган, что был не в состоянии что-либо ответить. Кос подозревал последнее.
- Это нас никуда не приведет, - признал, наконец, Зюник. Гоблин заныл, косясь глазами вправо-влево в поисках пути для бегства, как догадался Кос, однако из угла, выбранного гоблином для укрытия, выхода не было. Констебль наблюдал за глазами гоблина, ожидая момента, когда страх перед 'джеками превзойдет страх перед чем бы то ни было, что порубило его Рекдосовских собратьев.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глаза гоблина перестали бегать из стороны в сторону и расширились до размера столовых тарелок, остановив взгляд на чем-то, за плечом Коса. Волосы на шее констебля встали дыбом, когда он вместе с Зюником повернулся и проследил траекторию замершего взгляда до смерти напуганного существа.
Вдоль стены двигался темный силуэт. Косу на мгновенье привиделись черты черепа в районе лица. Вскоре силуэт вновь был равномерного темно-серого цвета, сливающегося со стеной, но теперь, когда Кос знал куда смотреть, пульсирующий контур иллюзорной магии было невозможно не заметить. Это был не призрак. Это было вполне материальное, живое существо.
Силуэт был последней каплей для паникующего гоблина. Он вскочил на ноги, пока 'джеки были отвлечены таинственным невидимкой, бросился между ними, и с последним воплем выпрыгнул в открытое окно. Вскоре послышался звук удара о мокрую мостовую, навсегда утихомиривший гоблина-самоубийцу, и, менее чем за пять минут, лишивший 'джеков второго свидетеля.
Не то, чтобы им нужен был свидетель, когда убийца стоял прямо перед ними.
Зюник и Кос достали оружие, и Кос сделал один осторожный шаг в сторону согнувшейся, горбатой тени. Фигура, нечеткая и размытая - явный признак любимых заклинаний убийц и воров – не стала его ждать, вспрыгнула в оконный проем, словно кошка, и остановилась, отбрасывая темный силуэт в лучах заходящего на западе солнца. Фигура, что довела гоблина до самоубийства, походила либо на худого мужчину, либо на мускулистую женщину - с места, где стоял Кос, это невозможно было определить наверняка. Она стояла, согнувшись под тяжестью какого-то крупного нароста на спине. Нет, не нароста, и это была вовсе не одна фигура. Второе существо было засунуто в мешок и переброшено через плечо.
Силуэт быстро взмахнул рукой и взлетел вертикально вверх, прочь из поля зрения ‘джеков. Кос не видел веревку, но это должна была быть она или нечто подобное. Как говорится, лучше иметь трезвый ум, пока кто-нибудь не попытается лишить тебя головы.
- Думаете, это была Палла? - спросил Кос.
- Да, думаю, одной из них была она, - сказал Зюник. - Той, что в мешке. И она моя. Спрячь карандаш, констебль, у нас есть настоящая работа. Сегодня мы отработаем двойную смену.
- Я не против, - сказал Кос. – Лишние деньги не помешают.
Глава 2
Лига Воджеков, и только Лига Воджеков должна оберегать мир в пределахсвободной Столицы Равники в четком соответствии с Законами Пакта Гильдий.
—Муниципальные Постановления Равники 23 Зуун 9999 П.Д., после полудня
Спустя пятьдесят семь лет, плюс-минус несколько месяцев, лейтенант Агрус Кос отправился смотреть «Битву, которая навсегда изменила мир Равники». Не каждый день одна единственная битва решала судьбу целого мира. Она решала ее каждый день в полдень и еще раз на закате, и широкой публике требовалось платить за просмотр. Висевшая на выцветшей кожаной тунике десятиконечная звезда, углы которой давно затупились от времени, сэкономила Косу плату за вход.
Лейтенанту предстояла работа, но он не торопился. У него уже давно не было настолько легкого вызова. Можно было спокойно уделить несколько минут наблюдению за преступлением в действии. У него все еще не прошло похмелье, и он все еще был вялым и неторопливым. Кос взял у удивленного продавца стакан с чем-то дымящимся и забродившим, дал ему монету в ползиба и оперся о стену вдали от сцены, пока актеры занимали свои места на поле битвы.
- Тысячелетие открытых войн между десятью враждующими сторонами, наконец, через ряд предательств и альянсов вылилось в противостояние двух могущественных сил: тех, чьи интересы были на стороне законов… и остальных, – декламировал хор. – Теперь два чемпиона от каждой стороны встретятся в тщательно согласованном последнем поединке, единственной жестокой битве, которая решит судьбу всего мира. Но они не ведают, что за ними издалека наблюдают…
