Через три дня, Клаус и Наташа сидели на трибуне и ждали квалификационных заездов. Взрыв болида у заправки серьёзно озадачил супругов и спутал все планы на заключение контракта. Клаус был просто потрясён этим происшествием. Он ещё не знал, что в болиде был не Прохоров, а один из рабочих гаража. Потом всех зрителей эвакуировали и только через два часа он смог повидаться лично с Олегом.
– Мне очень жаль, что все так произошло – сказал Клаус, подойдя к Олегу – но, мы не собираемся расторгать достигнутые договоренности. Все должно проясниться, и тогда мы примем окончательное решение. Наши люди подключатся к выяснению обстоятельств.
– Спасибо – как-то отрешенно ответил Олег – погиб мой товарищ, и я должен помочь его матери с похоронами. Он у нее единственный был.
– Конечно, Вы правы. Могу я чем-нибудь помочь?
– Нет, спасибо, мы сами справимся.
Когда Клаус и Наташа отошли от гаража и направились домой, а остановились они у родителей Наташи, она сказала своему мужу:
– Мы, русские, никогда денег просить не будем, даже если в них очень сильно нуждаемся. Пока ты разговаривал с Прохоровым, я узнала, что семья, в которой погиб Виталий, бедная и парень работал много, что бы как-то хватало на жизнь самому и на лечение матери. Давай пошлем курьера с деньгами к ней, и он скажет, что это средства от команды на похороны. Так будет лучше.
– Хорошо милая, займись этим. Надо помочь несчастной матери – ответил Клаус.
12 июня, Москва, Управление внутренних дел
Кузьмин зашел в лабораторию и сходу спросил про взорванную машину. Эксперт – молодая красавица Галя, поздоровалась со следователем и протянула ему целую кипу бумаг с отчетом по экспертизе.
– Галочка! Родная моя, когда мне все это читать? – тягостно простонал Кузьмин – ты так скажи, вкратце, что произошло?
– Какие же вы – мужики, ленивые – отмахнулась Галя. – Болид был взорван. Это не несчастный случай. Машина была полностью исправна. Тестовые заезды это подтверждают. Её преднамеренно взорвали. Причем, действовал специалист, я бы даже сказала – профессионал.
– Почему так думаешь?
– Смотрите – Галя показала на съемку камеры с заездов – болид проехал несколько тренировочных кругов на разных скоростях и на всех скоростных режимах взрывчатка не срабатывала. Если бы киллер хотел взорвать машину прямо во время проезда по трассе, то он так и сделал бы. Но, все дело в том, что взрывнику трасса нужна была целая и невредимая. Значит, и взрыв нужно было произвести так, чтобы погиб именно пилот. Взрывчатка была поставлена еще до тренировочных заездов и сработала она тогда, когда и должна была сработать. Работа умная, точная и выверенная. И я сделаю еще один вывод – взрывника не было на треке. Он ушел заранее, будучи уверенным, что взрыв произойдет позже.
– Галочка! Свет мой ясный. Может, ты еще и адрес убийцы подскажешь? – саркастически спросил Кузьмин.
– Адрес не скажу, а вот видеокамеры проверить стоит. Обязательно вызовут подозрения люди, которые уходят с трибуны до начала соревнований.
– Ты лишаешь меня работы – ответил улыбаясь Кузьмин, и вышел из лаборатории к себе.
– Товарищ майор, Виталий погиб случайно. Целью был Прохоров – сказала вдогонку следователю Галя, выбежавшая вслед за Кузьминым из лаборатории.
– Я это понял – на ходу ответил Кузьмин.
Он зашел в кабинет, где уже его ожидал стажёр Михаил Громов. Стажёр заканчивал академию МВД и попросился в отдел уголовного сыска или в «убойный», как его принято называть. Отец Громова, генерал полиции в отставке, советовал ему пройти стажировку в главке, но молодой курсант отказался. В душе он был романтик и всегда считал, что закон должен служить людям. Такое чувство часто встречается у молодых людей. В силу возраста они верят, что общество должно жить по закону, по справедливости. Ну, а если, кто-то, кое-где у нас порой… то такие, как Громов должны спешить на помощь людям в любое время, забыв всё своё личное. Именно он – молодой, полный сил полицейский, должен стараться приводить законы в исполнение. Михаил Громов верил в справедливое наказание для тех, кто преступил закон. Что и говорить, ведь зачастую система ломает таких горячих романтиков, не каждому удаётся выстоять, но стажёр был из тех, кто крепко стоял на ногах и был уверен в своих силах. Даже видавшие виды сыскари, остаются романтиками и людьми, бесконечно преданными своей профессии. Громов готовился к службе давно, еще со школьной скамьи. Первый разряд по боевому самбо он получил уже в восемнадцать лет. Отслужил в спецназе погранвойск и потом поступил в академию МВД. Стрельба, рукопашный бой, логическое мышление, способность правильно выстраивать цепь событий, позволили молодому курсанту стать отличником учебы. Наступил период начала стажировки, и он попадает в отдел к Кузьмину, следователю легендарному, с хваткой бульдога и логикой мышления Шерлока Холмса. Это без преувеличения. В душе Громов был рад, что он попал на стажировку именно в этот отдел.
Сейчас, он находился в кабинете и был рад не только постигать мудрости сыскного дела, но и выполнять любые задания своего наставника.
– Ну, что курсант, решишь задачку? – спросил Кузьмин.
– Давайте, товарищ майор! – воскликнул курсант.
– Итак. Киллеру нужно убрать человека – пилота болида. При этом трек и сама трасса, и зрители не должны быть задеты. Да и сам киллер должен остаться незамеченным. Дело происходит перед важными соревнованиями, буквально за час, после тренировочных заездов. Как поступит киллер, а главное – кому нужна смерть автогонщика?
– Есть два варианта – сразу ответил Громов – первый: снайперская винтовка. Можно выбрать удобное место, в общей толкотне зрителей киллеру не составит труда занять удобную позицию и выстрелить. Во время суматохи можно спокойно уйти и скрыться. Но, это очевидное убийство. Я бы предпочел второй вариант: несчастный случай. Выбрать момент, подложить в машину взрывчатку, поставить на таймер и вовремя включить нужную кнопку, когда закончатся тренировочные заезды. Взрыв, суматоха и опять же, можно спокойно скрыться. Пока суд да дело, пока установят причину взрыва, киллер будет очень далеко. Я бы вообще покинул трек еще до начала тренировочных заездов. А кто заказчик, пока затрудняюсь ответить, слишком мало информации.
Конец ознакомительного фрагмента.
