Все последующие дни я и моя семья посвятили торговле. Выручка оказалась неплохой, даже если учитывать то, что определённую часть мы должны были отдать главам привилегированных кланов. Отец был доволен. Он приказал слугам собираться в обратный путь. Надо успеть добраться до дома прежде, чем закончится праздник Харун-Дах, ведь с окончанием праздничных дней дороги вновь станут небезопасными. Тем более возвращаться нам предстояло с выручкой. А путь неблизкий, сутки мы проведём, сидя на верблюдах, останавливаясь лишь на привалах.
За два дня до окончания священных дней в круглом доме, из которого с наступлением темноты выходят маги, состоялось собрание кланов. Отец решил взять меня с собой, потому что мне ни разу ещё не доводилось участвовать в подобном событии. Братья мои тоже пошли.
С самого утра мы толпились на площади, ожидая своей очереди войти в круглый дом. Солнце палило нещадно. Воды поблизости не было. Я уже начал раздражаться из-за долгого ожидания, но наконец на собрание пригласили и нас. Стражников при входе в здание не было. Ларут сказал мне, что это из-за праздника. В эти дни стража не нужна, ведь никому не придёт в голову напасть на кого бы то ни было. Главы кланов совершенно не опасались никаких врагов, которые, как и все, обязаны соблюдать традиции.
Мы вошли через распахнутую дверь. Сперва мои глаза различали только факелы на стенах да какие-то яркие пятна в полумраке. Потом я приспособился к тусклому освещению и кое-что начал различать.
— Поклонись уважаемым ханам, — шепнул мне отец.
Я и правда забыл про этикет. Глазея на стены, исписанные различными изречениями, я не сразу вспомнил, где нахожусь. После замечания отца я огляделся и увидел перед собой трёх человек, восседавших на тронах. Все они были облачены в яркие хатыли цветов, свойственных одежде членов высших кланов. Я тут же поклонился восседавшим на тронах мужам.
— Приветствуем тебя, достопочтенный хан Азарк Марэк, глава клана Марэк, — размеренно произнёс лысый мужчина с длиннющими чёрными усами. Он облачён был в малиновый хатыль, украшенный звёздами, вышитыми золотыми нитями.
Отец поклонился и ответил:
— И тебя, о, великий хан Лин, глава клана Арыш, приветствую я с сыновьями моими.
Тут другой хан, так же восседавший на троне, проговорил слащавым голосом:
— Брильянтовый наш Азарк, я вижу ты в этот раз привёл и своего младшего сына.
— Это правда, великий хан Амба, глава клана Кирыш, — поклонился ему отец.
Амба поднял своё грузное тело, облачённое в ярко-красный хатыль, и начал приближаться ко мне. Я успел разглядеть вышитые золотом виноградные лозы на его роскошном одеянии. На секунду я устыдился своего простенького синего хатыля, не имеющего подобных украшений. Отец ткнул меня в спину, так как я опять забыл о манерах. Я низко поклонился. Амба снисходительно улыбнулся, его раскосые чёрные глаза, казалось, тоже засмеялись.
— Славный юноша, — произнёс Амба, и поправил свои чёрные волосы, заплетённые в множественные косички.
— Представься же, молодой человек, — просипел со своего трона третий хан. Он был убелён сединой, а тело его выглядело весьма тщедушно. Если бы не бардовый хатыль, украшенный золотыми змеями, я бы ни за что не подумал, что он хан. Все выжидательно смотрели на меня. Я кашлянул, чтобы прочистить иссушённое жарой горло, и выпалил:
— Я, Хизар Марэк, сын хана Азарка Марэка, главы клана Марэк!
Амба и Лин благосклонно рассмеялись. Отец и братья улыбнулись. Старик с сиплым голосом, казалось, остался равнодушен к моему приветствию, но из вежливости ответил:
— Я, великий хан Эгги Элыш, глава клана Элыш, приветствую тебя, Хизар Марэк.
Я ещё раз почтительно поклонился, а Амба сделал приглашающий жест, чтобы мы заняли подобающие нам места. Я огляделся и увидел, что вдоль стен лежат роскошные ковры, каждый из них предназначался для одного человека. Отец занял место справа от хана Амбы. Рядом с отцом расположились и братья, ну а я тоже занял ковёр возле Ларута.
— Теперь мы можем позвать и представителей клана Обэк, — заявил Лин Арыш и подал знак слуге.
Я заметил, что вдоль противоположной стены тоже лежали ковры, они пустовали, ожидая посетителей. Вскоре в помещение вошли люди, облачённые в зелёные хатыли. Все они, разумеется, были без оружия. Это клан Обэк. Он. Так же как и наш клан, не является привилегированным. Люди эти владеют деревнями к северу от Амбухата. Периодически у нас с ними случались стычки, когда во время засухи стада наши преодолевали большие расстояния в поисках воды и забредали на их территорию.
Все они поочерёдно представились великим ханам, которые в свою очередь ещё раз назвали свои имена и напомнили о своём высоком статусе. Наконец, Амба произнёс:
— Брильянтовые мои! Прежде всего хочу поздравить вас с праздником Харун-Дах, а так же с хорошей выручкой, что принесла вам торговля! Сегодня мы с раннего утра принимаем посетителей, выслушиваем представителей разных кланов. Вы знаете, что это добрая традиция помогает нашим племенам поддерживать взаимосвязь друг с другом. Мы готовы выслушать и вас, представители кланов Марэк и Обэк. Есть ли у вас какие-либо просьбы или прошения к нам, великим ханам?
Все почтительно молчали, восседая на своих коврах, скрестив ноги. Такой паузы тоже требовал этикет.
Наконец мой отец встал, снова поклонился восседавшим на тронах Лину, Амбе и Эгги. Потом он поприветствовал членов клана Обэк и начал свою речь:
— Господа, в эти священные для каждого ахара дни, я намерен затронуть очень важную тему. Многоуважаемый Амба Кирыш верно заметил, что собрания кланов помогают нашим племенам наладить связи друг с другом. А это, хочу вам сказать, в наше время самое главное.
Все внимательно слушали отца.
— И вот что я хочу вам сказать ещё, — продолжал отец. — Не настало ли время для перемен?
— Перемен? — переспросил Лин Арыш, вытирая платком пот со своей лысой головы.
— Да, великий хан Лин, — кивнул головой отец. — Все ахары страдают нынче от междоусобиц, терзающих нашу землю. Как только дни празднования Харун-Даха истекут, вновь начнутся кровавые стычки по всей обитаемой Степи. Как бы нам не перебить друг друга. Жизнь и так сурова, а тут мы ещё друг друга убиваем. Все говорят, что Степь убивает. Да! Степь, конечно, собирает свой кровавый урожай, это верно. Но куда более жестоко поступает мы со своими же соплеменниками.
Отец сделал многозначительную паузу, которой тут же воспользовался хан Эгги Элыш.
— И что ты предлагаешь нам, хан Азарк? — спросил он сиплым голосом, разглаживая свою седую бороду.
— Я предлагаю начать объединение всех племён в один народ, — ответил отец.
— Объединение? — приподняв чёрную бровь, переспросил Лин Арыш.
— Да,
