Читаем без скачивания Последняя охота - Эльмира Нетесова

Влас и впрямь добровольно изувечил свою судьбу. Рос он баловнем, единственным ребенком в семье, которому позволялось и прощалось все. Его отец был директором банка, мать — директор школы, потому Влас жил играючи. Всякое желание и каприз немедленно выполнялись. Что бы он ни натворил, ему все прощалось. Учителя в школе ходили перед ним на цыпочках и говорили, что способнее его нет второго ребенка во всем городе. Даже когда Влас просыпал и приходил на занятия лишь к третьему уроку, учителя молчали и не жаловались матери. Лишь однажды преподаватель по черчению поставил ему тройку. Это стало трагедией, но через две недели учителя уволили, а новый оказался умнее и, не захотев участи предшественника, не конфликтовал с Власом. Он целыми днями был предоставлен самому себе. Частенько околачивался в банке у отца. Знал там все ходы и выходы, каждого охранника и пса. На мальчишку никто не обращал внимания, а он скучал от безделья. Он знал, что о его будущем заранее позаботятся родители, самому тревожиться не стоит. За него сделают все.

В классе Власа не замечали. Его не били, не устраивали «темную», как другим, но с ним и не дружили. Девчонка, соседка по парте, все годы сидела, отвернувшись от Власа. И лишь старшеклассники звали его к себе: предлагали закурить, брали с собой на вечеринки. Он отказывался, а однажды осмелился и согласился. Ох, что это была за компания! Не девчонки, целые девахи отплясывали на столе совсем голые. Влас тоже перебрал — осмелел, хватал девок за голые груди и задницы. Здесь позволялось все.

«Мужай, Влас! Взрослей! Банкиры своих детей тоже не в капусте находят. Докажи, что и ты мужчина!» И доказал! Через неделю попал к венерологу. Мать с отцом ругали, но, вылечив, забыли о шалости сына. А Власу уже подсказали, как избежать венерологов, и тот не преминул воспользоваться советом. Все прошло гладко, и теперь вечерами его трудно было застать дома, Возвращался ночью или под утро. Нет, он не грубил родителям, что особо нравилось матери, и та, сославшись на переломный возраст сына, трепала по щеке, будучи уверена, что и это озорство пройдет, просто сын взрослеет.

Где и как он познакомился с ворами, как связался с ними? «Ну да, конечно! Старший брат Петьки! Он тогда спросил обо мне, мол, что за хмырь? Когда узнал, осклабился и сказал, похлопав брата по плечу, мол, ништяк, сгодится…»

В тот же день они стали расспрашивать Власа о банке. Тот не хотел отвечать. Они предложили тост за самую крепкую мужскую дружбу и налили целый стакан водки. Он рассказал им все, но на следующий день, испугавшись, предупредил отца и целую неделю не выходил из дома.

Прошел месяц, второй, никто не залез и не пытался ограбить банк. Влас успокоился, поверил в то, что испугался собственной тени. А вскоре снова свиделся с братом Петьки. Тот заговорил с ним как со старым приятелем. Власу льстило, что этот крутарь общается с ним на равных. «Чего ты тусуешься с сопляками? Рули к нам! У нас кайфовее! Любую телку заклеишь, захочешь бухнуть, квась сколько влезет!» — и уговорил.

Влас, попав в компанию крутых, воздержался от спиртного. Он вслушивался в разговоры, присматривался к новым друзьям. И вдруг увидел ее…

Наталья вошла в комнату тихо. «Эй, сеструха! Чего крадешься? Не робей, познакомься с нашим новым дружбаном! Клевый кореш!» — указал на Власа. Тот покраснел от неожиданности, девушка впрямь приглянулась ему. Одета скромно, по-домашнему просто, без макияжа, держалась тихо, робко.

Они познакомились, разговорились. Наташа оказалась интересной собеседницей. Она жгуче краснела от взглядов Власа, была застенчива. О себе рассказала скупо: заканчивает школу, собирается стать финансистом — но это только мечты. Как получится, не знает. Влас обещал ей поговорить с отцом, заранее обнадежил, что тот не откажет. Девушка приободрилась, расцвела в улыбке, словно гору груза скинула с плеч. До глубокой ночи она танцевала только с Власом. Прощаясь с ним, обещала завтра позвонить и прийти на свидание.

Влас летел домой как на крыльях. Не только она ему, а и он ей понравился. Ведь весь вечер Наташка не спускала с него восторженного взгляда, а в голосе сквозили такие нежные нотки, что никаких сомнений не оставалось.

Он лег в постель, но уснул не сразу. Ему виделись ее глаза, улыбка. Он мечтал о встрече с девушкой. Впервые пожалел, что время тянется так медленно.

Проснулся он в полдень. Отец с матерью были дома. Влас и забыл, что сегодня выходной. Пошел принять ванну. Смутно услышал телефонный звонок. Отец поднял трубку, заговорил, и Влас услышал: «Перестаньте докучать человеку! Что вы вешаетесь ему на шею? Он еще мальчишка, а уже переболел сифилисом! Я не допущу, чтобы это повторилось! Забудьте сына и никогда больше не звоните ему!» Резко бросил трубку.

— Кто звонил? — выглянул из ванны Влас.

— Какая-то Наталья! Нахалка! В наше время…

— Что ты наделал, отец? — побледнел парень.

— Сказал все, что положено! Отвадил сучонку! Ишь, повадились домой звонить, бессовестные!

— Да как ты мог? Она вовсе не такая!

— Порядочные не звонят сами, не вешаются на шею! И только дешевки так поступают! — гремел отец в злости.

— Ты б хоть меня спросил!

— Тогда ответь, по какому праву даешь номер телефона всяким шлюхам?

— Не обзывай, не видя! Она хорошая девчонка.

— Все хороши, но скажи, как влип на заразную? Иль у этой гарантия на манде приклеена? Я не был с ней. А ты хам! Я даже не знал, что мой отец такой циник!

Влас не ожидал пощечины, она отбросила его обратно в

ванную.

— Заткнись, щенок! Не тебе судить меня, сопляк паршивый!

— Ребята, успокойтесь. Из-за чего вы ругаетесь? Вы ж свои, родные, — пыталась примирить обоих мать.

Но ссора только началась.

— Я молчу о твоих друзьях, хоть все они подонки, Почему ты в мои дела влез? — открыл двери в комнату отца.

— Мои тебе не мешают. Они помогают в работе, в жизни!

— Ты их постоянно выручаешь. И сам такой! — Получил улар покрепче.

— Перестаньте, прошу вас! — встала мать между сыном и мужем.

— Вырастила ублюдка!

— Как ты жила с таким негодяем? — удивлялся Влас громко.

— Ты б еще рот открывал, бездельник! Покуда на моей шее сидишь!

— Теперь погонять решил?

— Тогда вон из моего дома, паршивец! На глаза не показывайся, дебил! — вышвырнул сына на лестничную площадку.

Тот скатился вниз смятым комком, а вскоре сидел в компании крутых, рассказывал о ссоре с отцом.

— Свои, помиритесь, — ответил кто-то.

— Нет, это навсегда. Я не прощу ему ничего.

— Вообще б стоило его взять за жабры…

— А как? — оживился Влас. В нем кипела ярость пацана, которого избили и унизили ни за что.

— Да очень просто! Колонуть его банк. Тряхнуть так, чтоб и пыли не осталось. Ведь ты там все ходы и выходы знаешь.

— Расколем кубышку и махнем куда-нибудь на отдых. Лето поканаем по курортам, пока все успокоится, и вернемся. Твой пахан к тому времени шелковым станет. Помяни мое слово.

Так они и решили. Уже на следующий день Влас вошел в банк. Охрана, ничего не заподозрив, пропустила его. Он подошел к запасному выходу, который не охранялся, открыл его, впустив крутых. Те тенями прошмыгнули по коридору, вошли в хранилище. Влас услышал короткий вскрик, понял, крутые оглушили внутреннюю охрану. Вскоре они выглянули в коридор, махнули Власу, что все в порядке, позвали с собой. Парень закрыл за ними двери и спокойно вышел на улицу.

Этим же вечером вся компания покинула город. Нет, не на курорте остановились. Ездили по городам, нигде подолгу не задерживаясь.

У Власа уже имелся новый паспорт, другие имя и фамилия. Теперь он был коротко пострижен, постоянно носил светозащитные очки и кожаный стильный костюм, изменивший парня до неузнаваемости.

Крутые мотались по большим городам, где в многолюдье человек теряется, как песчинка в куче. Избегали захолустных, провинциальных городов и поселков, где милиция наперечет знала каждого жителя.

Власу поначалу понравилась вольная кочевая жизнь, постоянная смена впечатлений. Он едва успевал за ними. А жизнь крутила его как в калейдоскопе. Месяца три жили на Кавказе, потом в Молдавии, на Украине. Затем подались в Прибалтику, в Калининград.

Крутые хотели попасть в Германию, но к ним уж очень пристально отнеслись на таможне. Пришлось компании ретироваться. Поймали их в Минске, прямо в гостинице. Пришел милицейский наряд, надел всем наручники. Корефаны и переглянуться не успели, как оказались в спецвагоне, увозившем их в родной город.

Как узнали, кто указал и выдал? Все терялись в догадках и с подозрением смотрели друг на друга. Никто не мог предположить, что причиной случившегося стал именно Влас. Единственный, кто, устав от бесконечного бродяжничества, позвонил Наташке прямо из холла, сказал, что любит и скучает. Проговорился, что теперь они в Минске, уже неделю живут в гостинице «Беларусь», а через несколько дней собираются в Ленинград. Эта поездка так и не состоялась. Наташка позаботилась, ускорила встречу. Несмотря на предыдущий разговор с отцом Власа, позвонила ему и сказала, где теперь находится его сын. Дальше все завертелось со скоростью света.