голос Маркова, – я в соседнем кабинете.
Он осторожно положил трубку и, разгладив рукой китель, вышел из кабинета. Полковник Марков сидел за столом и рассматривал документы, которые стопкой лежали около кожаной папки.
– Я тебе кое-что адресовал Костин. Почитай, у нас нет времени на раскачку. Документы получишь в канцелярии, она в конце коридора.
– Есть получить документы, товарищ полковник, – по-военному ответил Александр.
На лице Маркова промелькнула недовольная ухмылка.
– Слушай, Костин и запомни, раз и навсегда. Это не строевая часть и здесь не действует устав. Меня зовут Владимир Иванович, и ты можешь ко мне обращаться по имени и отчеству, конечно в отсутствии посторонних людей. Усвоил?
– Да, Владимир Иванович.
– Вот и хорошо. А сейчас направляйся в канцелярию и получи документы.
***
Кабинет Сталина. Вождь, молча, стоял у окна, рассматривая что-то ему известное во дворе Кремля. Пауза явно затягивалась, и это молчание заставляло нервничать Булганина.
«Почему он молчит? – подумал он. – Что его не устраивает в документе?»
Вождь с трубкой в руке медленно прошел вдоль стола, за которым сидел Заместитель Народного Комиссара Обороны Булганин. Тот только что доложил вождю о результатах выполнения оборонного заказа предприятиями тяжелой промышленности СССР. Судя по непонятной реакции вождя, трудно было понять, доволен он докладом или нет.
– У вас все? – спросил его хозяин кабинета и посмотрел на Булганина.
Тот на секунду замялся, что не осталось незамеченным для вождя.
– Нет, товарищ Сталин, – произнес Булганин. – Хотел бы проинформировать вас о содержании письма, адресованного в мой адрес начальником Главупраформа генерал-полковником Смородиновым и Члена Военного Совета Колесниковым.
Сталин поморщился, словно от зубной боли. Он медленно подошел к столу и, выбив пепел из трубки в хрустальную пепельницу, сел в кресло. Булганин, не отрываясь, смотрел на вождя, ожидая его команды зачитать документ. Наконец хозяин кабинета сделал кивок. Замнаркома обороны откашлялся и начал читать:
« Генерал-лейтенант Кулик Григорий Иванович числится заместителем начальника Главупраформа по боевой подготовке. Изучая внимательно на протяжении года работу и личное поведение товарища Кулика, прихожу к выводу о необходимости немедленно снять его с должности, как несоответствующего своему назначению.
Булганин сделал паузу и посмотрел на Сталина, лицо которого было все таким же непроницаемым и немного загадочным.
– Генерал-лейтенант Кулик совершенно не работает над собой, – продолжил он, – не изучает опыт войны, потерял вкус, остроту и интерес к работе, вследствие чего не может обеспечить перестройку боевой подготовки запасных дивизий в соответствии современным требованиям и эффективно руководить ею. Управление боевой подготовки Главупраформа во главе с вполне подготовленным и знающим дело генерал-майром товарищем Коваленко обеспечивает руководство боевой подготовкой запасных и учебных дивизий. Поэтому считаю совершенно нецелесообразным и ненужным пребывание товарища Кулика в данной должности.
Лицо Сталина дрогнуло, в его желто-зеленых глазах заплясали зловещие искорки гнева, что не сулило ничего хорошего. По спине маршала, пробежали мурашки. Голос его дрогнул и моментально потерял звонкость.
– Бытовая распущенность, нечистоплотность и барахольство товарища Кулика компрометирует его в глазах офицеров и генералов. Товарищ Кулик окончательно подорвал свой авторитет не только в глазах офицеров и генералов, но и в глазах руководящего состава военных округов, – с трудом выговаривая слова, закончил Булганин.
Маршал посмотрел на вождя и, набрав в легкие воздух, снова продолжил читать:
– Всем известно, что Кулик в сентябре-ноябре месяце прошлого года привез с собой пять легковых машин, двух племенных коров, незаконно использовал красноармейцев на строительстве личной дачи под Москвой. Кроме того, по сообщению Главного военного прокурора Красной Армии, 22 февраля 1945 года Кулик, будучи в августе месяце прошлого года в Крыму, незаконно присвоил себе в Кареизе в поселковом совете дачу с имуществом – мебелью, посудой и т д. без оплаты стоимости. Для охраны дачи выставил часового – бойца погранотряда. Боец Субботин, получил от Кулика приказание охранять его дачу, оставлен на произвол судьбы, снят со всех видов довольствия, и, несмотря на неоднократные письма бойца Субботина к Кулику, последний никаких мер не принял.
Прошу немедленно снять с работы генерал-лейтенанта Кулика в Главупраформе».
В кабинете вождя повисла недобрая тишина.
– У вас все? – спросил он Булганина и посмотрел на его маршальские погоны.
– Да, товарищ Сталин, – тихо ответил замнаркома обороны и закрыл папку.
– Не хорошо, как-то получается, товарищ Булганин. Куда мы только не направляли Кулика, нигде он не справлялся с поставленными перед ним задачами. Почему?
– Не знаю, товарищ Сталин.
– Вот и я, не знаю…. Мне кажется. Что товарищ Кулик просто злоупотребляет моим к нему отношением. Так продолжаться не может. Меня просто не поймут генералы….
Сталин встал из-за стола и медленно прошел вдоль стола. Остановившись около Булганина, он тихо негромко произнес:
– Подготовьте приказ о снятии генерала Кулика с занимаемой должности. Нужно подумать, как дальше использовать его богатый организаторский опыт.
– Есть, товарищ Сталин, – ответил Булганин, поднимаясь из-за стола.
– Пусть ко мне зайдет Абакумов. Он ожидает в приемной.
Замнаркома обороны развернулся и вышел из кабинета.
***
Справка.
Виктор Семенович Абакумов, 1908 года рождения, уроженец города Петербурга. Образование 3 класса. Генерал-полковник (комиссар государственной безопасности 2-го ранга). Заместитель народного комиссара обороны и начальник Главного управления контрразведки «СМЕРШ» Народного комиссариата обороны СССР, министр государственной безопасности СССР.
Генерал-полковник Виктор Абакумов, вошел в свой кабинет и положил папку на стол, покрытый зеленым сукном. Он только что был на приеме у Сталина и получил от него конкретное задание, которое не имело конкретных сроков исполнения, но было, похоже, очень важным лично для вождя. Он расстегнул тугой ворот кителя и нажал на кнопку звонка. Прошло несколько секунд, и в дверях показалась статная фигура секретаря.
– Найди мне Маркова, – приказал он майору. – Пусть зайдет ко мне, это срочно.
– Товарищ генерал-полковник, Марков болен и находится в госпитале. У него воспаление легких.
Абакумов наморщил лоб.
– У него есть заместитель?
– Да. Подполковник Костин.
– Вот его и пригласи.
– Есть, – ответил секретарь и исчез за массивной дверью.
Полковник Марков был одним из офицеров, которому Абакумов поручал всегда наиболее щекотливые и непростые поручения. Отсутствие полковника несколько осложняло ситуацию, но не дело из нее не выполнимую задачу.
Прошло около пяти минут, и дверь кабинета начальника «СМЕРШ» открылась. На пороге стоял подполковник с золотистыми погонами на плечах. Абакумов оторвался от бумаг и посмотрел на Костина. Передним стоял мужчина в возрасте около тридцати пяти – тридцати семи лет. Темно-русые волнистые волосы офицера были зачесанные назад.
«А он довольно симпатичный, – почему-то подумал министр, внимательно рассматривая Александра. – Вот такие мужчины и разбивают женские сердца».
– Товарищ генерал-полковник, подполковник Костин прибыл по вашему приказу, – четко отрапортовал подчиненный.
