новый аппарат, хотя я никаких заказов не делал. Как-то это все странно. Проверь, направляла ли телефонная станция ко мне мастеров. Что-то мне не нравится это посещение, неспроста все это.
– Есть, товарищ генерал, обязательно проверю и доложу.
После того, как его сняли с должности, Кулик стал подозревать всех, в том числе и свою жену. Ему казалось, что он окружен завистниками, которые хотят его окончательного падения, а возможно и физического уничтожения. Сегодняшний приход мастеров тоже показался ему подозрительным и поэтому он приказал своему адъютанту капитану Слепневу проверить этот факт. Минут через тридцать, ему позвонил капитан и доложил, что мастер смены Гришин действительно направил к нему двух специалистов, для устранения обрыва кабеля.
«Напуганная ворона и куста боится», – подумал Кулик и положил трубку.
***
Костин сидел за столом в конспиративной квартире и читал газету «Правда». В прихожую кто-то вошел.
– Кто там? – громко произнес Александр.
– Это мы вернулись, товарищ подполковник, – произнес мужчина средних лет, сверкнув белозубой улыбкой.
– Как все прошло? – спросил его Костин. – Вопросы были?
– Жена была немного удивленна, но когда увидала новый аппарат, о все забыла.
– А как Кулик?
– Звонил своему адъютанту, просил навести справку. Думаю, что он уже подтвердил наличие заявки на монтеров.
Костин достал папиросу и закурил.
– Вот что, Муравьев, – произнес Александр. – Срочно установите всю необходимую аппаратуру. Работаем круглые сутки. Пишем все, потом будем фильтровать. Задача ясна?
– Как быть с женой? Ее тоже будем писать?
– Я сказал, пишем все.
Он загасил папиросу и направился к выходу. Около двери, Костин остановился и посмотрел на сотрудников.
– Еще, нужно работать так, что все это не вызывало никаких подозрений у соседей. Я не хочу, чтобы этим адресом заинтересовался участковый. Докладывать мне лично ежедневно в 8-00 утра.
Александр вышел из подъезда дома. Где-то за крышами домов, гремел гром, но дождя еще не было. Костин вышел со двора и посмотрел по сторонам. Переулок был пуст, лишь мальчишки, громко споря между собой, играли в дворовую игру «Чику».
– Дядя! У вас не будет папиросы? – спросил его один из мальчишек.
Костин не ответил и, сделав вид, что не услышал вопроса мальчишки, молча, прошел мимо них. Сверну за угол дома, он увидел свой служебный автомобиль. Заметив начальника, водитель вышел из машины и открыл ему дверь.
– Где это ты таким холуйским привычкам научился? – спросил его Александр.
– Это меня полковник Марков обучил, – ответил водитель. – Говорит, что нужно быть учтивым.
– Вон оно что, – произнес Костин. – При мне этого делать не стоит. Я не барин, а ты – не холуй. Понял? А сейчас давай в управление.
– Так точно, – ответил шофер.
Машина, урча мотором, тронулась и двинулась в сторону центра города.
***
На стол Абакумова легла первая сводка наружного наблюдения за генералом Куликом. За им работало две бригады: одна за ним, другая за его супругой. Начальник «СМЕРШа» быстро пробежал по ней глазами и посмотрел на Костина.
– Значит пока сидит дома и никуда не ходит? – толи спросил, толи подтвердил действия Кулика Абакумов. – А как жена?
– Та, дома практически не бывает. Подруги, друзья, словно стрекоза порхает из ресторана в ресторан. У нее большие траты, шикует, как настоящая барыня.
– Ты тоже фиксируй все ее перемещения, это тоже важно, – словно учитель, назидательно произнес Абакумов. – Ишь, ты барыня какая. Нам пригодиться все, круг ее друзей и знакомых, их разговоры и даже затраты и покупки…
– Я занимаюсь ей, товарищ генерал-полковник. Хочу ввести в разработку своего человека. То, что невозможно узнать от мужчины, то легко можно узнать от его жены. Похоже, он ей нравится….
Начальник «СМЕРШа» улыбнулся. Он был очень рад, что не ошибся в выборе этого человека. Костин действительно оказался неплохим оперативником и хорошо владел методиками оперативной разработки интересующих ведомство лиц.
– С кем разговаривает маршал?
– Круг общения Кулика ограничен. Он проявляет определенную осторожность, видимо опасается возможных провокаций. Несколько раз говорил с маршалом Жуковым, Рыбалко. Разговоры не представляли никакого оперативного интереса, товарищ генерал-полковник.
– Понятно, Костин. Ты бы, наверное, тоже так поступил, после случившегося облома.
Подполковник посмотрел на Абакумова.
– Не знаю, товарищ генерал-полковник. Я не генерал, я всего лишь подполковник.
Абакумов усмехнулся.
– Ничего, подполковник. Это даже очень приятно обыгрывать в подобных партиях самих генералов, а вернее бывших маршалов. Это первое, а второе – у вас еще все впереди, бери пример с меня.
– Товарищ генерал-полковник! Вот прочитайте, это запись последнего разговора Кулика со своим адъютантом. По-моему вы оказались правы. Другой бы на его месте «молчал бы в тряпочку», а этот все успокоиться не может. Видимо, этот Слепнев для него настоящая отдушина.
Начальник контрразведки взял в руки сводку. Он читал ее, молча, постоянно чему-то улыбаясь.
– Значит, говорит, затирают героя. Не дают ему расправить плечи…. Это хорошо, Костин. Но он один, а нам нужна организация, его единомышленники. Ты не смотри на меня так, не переживай, 1937 года не будет.
– Я все понял, товарищ генерал-полковник.
– Вот еще что, скоро будет подписан приказ в отношении Кулика. С него снимут одну звезду и направят его в Приволжский военный округ. Конечно, не командующим, а всего на всего заместителем. Так, что у тебя скоро будет много работы. Поезжай на место и там готовь свои мероприятия. О готовности, доложишь…
– Есть, товарищ генерал-полковник.
Костин поднялся из-за стола и направился к двери. Шагая по коридору, он впервые подумал, как глубоко проводится эта оперативная комбинация, в которой он лишь маленький винтик.
Александр вышел из здания контрразведки и моментально зажмурился. Яркое весеннее солнце было просто ослепительным. Александр неторопливым шагом направился к ожидавшей его автомашине. Водитель, молоденький сержант, выскочил из машины и услужливо открыл ему заднюю дверь.
– Спасибо, Евгений. Ты давай, езжай без меня, а я немного прогуляюсь. Прекрасный весенний день. С этой работой так и не заметишь, как пролетит это прекрасное время. Папку передай моему заместителю, – произнес подполковник, передавая водителю кожаную папку.
Проводив машину взглядом, он направился по улице, которая утопала в молодой зелени и была полна народу. Москва потихоньку возвращалась к мирной жизни.
– Подполковник! Может, поможешь герою войны, – произнес мужской глуховатый голос.
Костин остановился и посмотрел на инвалида, который сидел на тележке у входа в продуктовый магазин. Он невольно посмотрел на колеса тележки, которые заменяли большие промышленные подшипники. На груди безногого инвалида, блестели на солнце три медали и Орден Красной Звезды. Найдя в кармане галифе денежные купюры, он бросил одну из них в фуражку, которая словно сирота, лежала у него на культях.
– Спасибо. Может и
