— Некоторые люди приобретают не только врагов, но и друзей, мисс Харрингтон. Вам, вероятно, это неизвестно, — съязвил он.
Дэб пристально смотрела на ковбоя, глубоко уязвленная его словами. Что она может ответить, чтобы поставить на место этого неотесанного ухмыляющегося наглеца? Что ей сделать, чтобы избавиться от этого человека раз и навсегда?
— Мистер Уилсон, мы обсуждаем дела, а не общественные отношения. Вот если бы вы были вкладчиком нашего банка, вы бы согласились полгода ждать выплату по вашему счету из-за проблем какого-нибудь другого вкладчика? А в сущности, это как раз то, о чем вы нас просите: отложить выплаты нашим клиентам, потому что какой-то человек не в состоянии вовремя оплатить долги. Если мы и дальше будем практиковать подобные вещи, то просто обанкротимся в одно мгновение.
— Для вас все это лишь цифры, не так ли? — мягко поинтересовался Дасти.
— У меня есть определенные обязанности...
— Да пусть провалятся эти ваши обязанности! Хоть однажды подумайте как обычный человек. Задумайтесь над тем, что трудности могут быть и у людей, доверившихся вашему банку. Дайте им хоть небольшую поблажку. И банку это принесет прибыли больше, чем что-либо другое.
Дэб стиснула руки. Похоже, этот ковбой пытается втолковать ей, как нужно выполнять ее же работу.
— Вы наверняка знаете, что фермеры не похожи на банкиров, так ведь? У них нет денег, чтобы каждую неделю отсылать чеки, аккуратно заполненные, со всеми вычетами. Они получают деньги понемногу, когда продадут сено или скот. Но они выплачивают все как надо, иногда занимая в счет будущих заработков. Потому что деньги не текут к ним непрерывным потоком.
— Я не нуждаюсь в лекции по фермерской экономике, — сухо ответила Дэб, почувствовав ком в горле. Она знала, как фермеры делают свой бизнес. Джон Барретт являлся типичным представителем.
— А когда вы были на ранчо последний раз? поинтересовался Дасти, чувствуя нарастающее раздражение. Так он ничего не добьется от этого чиновника в юбке. И если сейчас она ему не поможет, он закончит этот бесполезный разговор и отправится прямиком к президенту банка.
Судя по выражению ее лица, Дасти привел ее своим вопросом в недоумение.
— Я вообще не бывала на ранчо.
— Что? Добрая половина вашей работы связана с фермерами, которые живут в округе. И вы ни разу не побеспокоились о том, чтобы выбраться из этого офиса и взглянуть, как они живут?
— Мы не выезжаем на дом, — холодно ответила Дэб.
— Тем не менее вы собираетесь вышвырнуть Джона с его собственного ранчо, а потом продать это ранчо по самой высокой цене на торгах. Но вы даже в глаза не видели этой собственности. Откуда вы знаете, что вам назначат справедливую цену?
— А я не обязана это знать, поскольку собственность продает компания по продаже недвижимости, с которой у нашего банка заключен договор. А она должна нам выплатить с продажи лишь сумму задолженности по кредиту. Оставшиеся деньги будут отосланы мистеру Барретту. У меня же нет ни времени, ни желания носиться с каждым счетом, да еще придумывать, что бы такое сделать, чтобы задержать выплату долга. — Дэб совсем не нравилась позиция, которую она заняла. Но ведь это ее работа. Должен же он понимать!
Дасти резко встал и надел шляпу. В течение нескольких мгновений он пристально смотрел на Дэб, пытаясь поймать в ее фиалковых глазах хоть проблеск неуверенности. Черт, ну почему бы ей не иметь жидкие волосы, толстые очки и бородавку на носу? Так нет же, вон какая красавица. На секунду он даже пожалел, что не встретился с ней в «Ковбойском ночлеге» в пятницу вечером. Станцевали бы пару танцев, поцеловались два-три раза, и он забыл бы о ней, как о многих других женщинах.
Дэб была слишком образованной, чтобы он мог с ней долго спорить. Да и Дасти не был идиотом, чтобы представить себе ее появление в таком дешевом баре, как «Ковбойский ночлег».
— Я ухожу. И поговорю обо всем с Джозефом Монтгомсри. — Он развернулся и распахнул дверь.
— Мистер Уилсон, пожалуйста, подождите! Дэб вскочила из-за стола, бегом пересекла кабинет и схватила ковбоя за руку.
Дасти посмотрел на ее нежную руку, такую маленькую по сравнению с его рукой. Как чудесно поблескивали ее овальные ноготки. Сама же Дэб едва доставала до его плеча, и взгляд Дасти упирался в ее макушку. И в этой миниатюрной оболочке таится такая угроза для одного из его старейших друзей!
Миниатюрная, но стройная. Дасти почувствовал запах ее духов — нежный, чистый, сладковатый.
Вот проклятье! Еще не хватало увлечься этой женщиной. Она же враг — просто и ясно.
Дасти совсем не нравилось возрастающее внутри напряжение.
Дэб чувствовала себя бойцом. Хмуро улыбаясь, она продолжала держать его за руку.
Она пыталась вернуть самообладание, хотя уверенность улетучивалась с каждой минутой. Дасти с любопытством ждал, что она скажет на этот раз.
— Мистер Монтгомери в таких вопросах полностью полагается на меня. Я уверена, нам надо поговорить еще немного, и мы непременно придем к взаимовыгодному соглашению.
— Я вот что вам скажу, мисс Харрингтон.
Поедемте со мной в наш округ, поговорите с самим Джоном, а потом решите, сможете ли вы пойти на какой-нибудь компромисс. А я в ближайшее время свяжусь с друзьями Джона и посмотрю, сколько денег мы сможем собрать, чтобы вытащить его из этой неприятности.
Дэб колебалась. Дасти почти ощущал напряженное хитросплетение мыслей, завертевшихся в ее голове. Взвешивание всех «за» и «против». Он догадывался, о чем она думает, и ему это не нравилось. Итак, рискнет она выбраться с ним на ранчо или останется торчать в своем маленьком, чопорном офисе, зацикленная на всяких правилах и предписаниях?
— Сколько это займет времени? — спросила Дэб.
Дасти расплылся в торжествующей ухмылке. Значит, она собирается ехать.
— Ну, мэм, это добрых два часа езды отсюда. Вам нужно хорошенько там все осмотреть, а потом поговорить с Джоном. Посмотрите, как он развернул хозяйство. Оно стоит хороших денег. Затем я должен буду переговорить со всеми, кто захочет помочь Джону. Так что, думаю, потребуется день. Может, больше.
— День?! Но я не могу оставить работу на целый день!
— Послезавтра суббота, так что вы не потратите рабочее время. Мы могли бы выехать завтра вечером, и вы увидели бы ранчо в субботу, на восходе. Это прекрасное зрелище.
— Восход? — упавшим голосом переспросила Дэб.
Дасти кашлянул, чтобы не рассмеяться при виде ее растерянного лица. Интересно, она знает, что восход бывает каждое утро? Или она всегда просыпается, когда солнце уже высоко в небе? Ему очень хотелось вытащить на ранчо мисс Ответственный Работник, продемонстрировать ей некоторые вещи и слегка сбить с нее спесь. Пусть, по крайней мере, увидит, что Джон живой человек, а не статистическая единица.
