Иллюминаторы — роскошь, подумала Зоя. Судя по плану ОСИ, который она изучила на своём терминале, одно из немногих общедоступных окошек, поляризованное стекло толщиной в три дюйма, было встроено в корпус станции в кабинете главного менеджера проекта. Остальные иллюминаторы, совсем крошечные, располагались в зоне ангаров, доступ в которую для Зои пока был закрыт. Но это совсем неважно, сказала она себе. У неё дело к Дегранпре. А иллюминатор — просто… приятное дополнение.
* * *
Исходя из фамилии, Зоя ожидала увидеть кого-то из Семьи — разве Дегранпре не входят в число крупных землевладельцев в Бразилии? Но Кеньон Дегранпре не был ни красив, ни импозантен. Начальник не самого низкого звена, но к Семье он определённо не принадлежал. Его голова была слишком вытянутой, нос слишком плоским. Опыт общения Зои в высших эшелонах Трестов научил её тому, что красивые менеджеры способны на определённые уступки; уродливые же — хотя Дегранпре не вполне подпадал под такую категорию, по крайней мере, по стандартам Земли — с большей вероятностью действуют по бумажке и испытывают к тебе неприязнь. Зоя знала наверняка, ей доказала это вся её жизнь, что несгибаемые личности — костяк в бюрократической машине Трестов. Но управляющий ОСИ, по существу начальник всего Проекта Исис — он обязан быть более гибким. Ведь так?
Может, и нет. Дегранпре на мгновение поднял голову и жестом указал Зое на стул, но тут же перенёс своё внимание обратно на планшет.
Вместо того, чтобы сесть, Зоя застыла возле иллюминатора. Не сказать, чтобы он был большим. Зоя подозревала, что суровые ограничения на массу грузов для кораблей Хиггса сделали даже такую толику роскоши запредельно дорогой. Тем не менее, сейчас она по-настоящему увидела планету внизу. Свет — без посредников, взволнованно подумала Зоя. Первый свет.
Орбитальная станция Исис как раз пересекла линию терминатора. Длинные лучи рассветного солнца живой светотенью выхватили облака. В тёмной области тлеющими угольками на чёрном бархате поблёскивали молнии.
Зое уже доводилось смотреть на планеты из космоса. Она видела с орбиты Землю, вид на которую не слишком отличался от этого. Один год провела на Европе, изучая вакуумную лабораторную технику, где необъятная громада Юпитера заполняла небо куда более впечатляюще.
Но здесь была Исис. Сияние здесь исходило не от земного Солнца, а от другой звезды. Перед Зоей распростёрся живой мир, не видевший отпечатка босой человеческой ступни. Планета странная и живая, богатая биологически; кишащая жизнью капля воды, вращающаяся вокруг чужого солнца. Столь же прекрасная, как и Земля. И неизмеримо более смертоносная.
— У вас ко мне дело, или вы пришли поглазеть в иллюминатор? — наконец сказал Дегранпре. — Если так, то вы не первая, гражданка Фишер.
В голосе Дегранпре слышались нотки земной властности. Его английский был хорошо поставлен. Зое показалось, что в заниженных согласных слышится отпечаток Элитного колледжа Пекина.
Она сделала вдох.
— Я здесь уже десять дней. Помимо начальника режима Седьмого модуля и персонала столовой, я не говорила ни с одним официальным лицом. Я не знаю, перед кем мне отчитываться. Те люди, которым предполагается непосредственно присматривать за моей работой, все на планете внизу — там, где должна быть и я.
Дегранпре побарабанил по планшету стилусом и откинулся в кресле. Он был одет в серое, в неизменную форму начальника; жёсткий чёрный воротник обрамлял толстую крестьянскую шею. Деревянное кресло, деревянный стол, плюшевый коврик и многослойная униформа; всё это доставлено с Земли за такие сумасшедшие деньги, что Зоя страшилась даже задумываться над этим.
— У вас чувство, что вами пренебрегают?
— Нет, не пренебрегают. Я просто хотела удостовериться, что…
— Что мы о вас не забыли.
— Ну… в общем, да, сэр.
Дегранпре продолжил барабанить стилусом по экрану. Для Зои звук ассоциировался с потрескиванием льда в тёплом стакане. Казалось, начальника станции ситуация в равной мере забавляет и раздражает.
— Гражданка Фишер, позвольте задать вам вопрос. В аванпосте таких размеров, в котором учитывается каждый грамм и каждый бюджетный су — вы правда считаете, что человек может потеряться?
Зоя покраснела.
— Я не думала об этом в таких терминах.
— За последние шесть недель мы выполнили четыре рейса шаттлов на планетные станции и обратно. Каждый такой рейс сопряжён с длительным карантином и тщательно выполняемыми протоколами на стыковку. Все рейсы расписываются заранее, на месяцы вперёд. Вы, новички, прибываете сюда в убеждении, что бутылочное горлышко — запуск корабля Хиггса, и что спуск на планету по сравнению с этим — сущий пустяк. Это не так. Я в курсе вашего присутствия и вашего назначения, и у вас, очевидно, есть своё место в графике. Но наш первейший приоритет — пополнение запасов и техническое обслуживание. Вы обязаны это понимать.
Но ты же знал, что я лечу, подумала Зоя. Почему же не учёл это в расписании? Или, может быть, произошли какие-то накладки, о которых ей ничего не известно?
— Господин Дегранпре, прошу прощения, но я даже не видела графика. На какое время планируется мой спуск на планету?
— Вас поставят в известность. Это всё?
— Ну… да, сэр.
Конечно — ведь ей всё-таки удалось заглянуть в иллюминатор.
Дегранпре посмотрел на мельтешение строк на экране планшета.
— За дверью у меня делегация с Ямбуку — те люди, с которыми вы будете работать. Вы можете остаться и послушать. Увидеть своих коллег.
Эти слова он произнёс так, словно оказывал Зое огромную услугу. Разумеется, всё это было спланировано заранее. Один из тех начальственных манёвров, которые так любят бюрократы. Удиви оппонента; никогда не позволяй удивить себя.
— Ямбуку? — переспросила Зоя.
— Наземная станция «Дельта». «Дельта» носит имя Ямбуку; «Гамма» — Марбург.
«Ямбуку» и «Марбург» — первые идентифицированные штаммы геморрагической лихорадки, катком прошедшие по Земле в двадцать первом веке. Шутка микробиологов, вероятнее всего койперовских: в этом отношении чувство юмора землян несколько притуплено.
— Сядьте, — сказал Дегранпре. — Слушайте внимательно. Постарайтесь не вмешиваться. Если хотите, можете продолжать пялиться в иллюминатор.
Зоя проигнорировала его сарказм, поступив именно так.
Рассвет добрался до цепочек рассыпанных по Западному морю островов. Тёмный, словно сажа, султан выбросов исходил от действующего вулкана. В зону видимости вышел Большой континент, плотно заросший умеренными и арктическими лесами. Здесь солнце отражалось от древнего голубого кратерного озера, там — отсвечивало от кромки полярных льдов. Верхние части облачного покрова были белыми, словно бриллиантовые срезы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
