Днём меня ждал совет герцогов, а перед этим нужно было посетить правителя. Официально с отчётом. Вот только уехать сразу я не смогла. Кто-то испортил мои машины. Пришлось вызывать ремонт, потом разбираться с местным аналогом полиции — городской гвардией. Это затянулось на долгие два часа. Меня нашёл герцог Якоб. Он приехал ко мне на своей машине.
— Что у вас случилось? — спросил он.
Я вздохнула.
— Мне кто-то испортил все машины. Я должен был поехать к императору с докладом и не могу двинуться с места уже два часа.
Якоб посмотрел на раскуроченный транспорт и усмехнулся.
— Вас определённо кто-то бережёт, Георг. Императора кто-то убил сегодня утром. И если бы вы были там, то вас либо обвинили в смерти правителя, либо убили на месте.
Я посмотрела на Якоба.
— Я тут узнал, что рядом с наследницей Курии появилась виконтесса Анна.
— Наследник…
Якоб помолчал.
— Если это так, то всё плохо. Максимилиан давно хочет занять место правителя, но он должен учитывать наши интересы.
— Вот только будет ли он это делать, — протянула я.
— Поехали, — сказал Якоб.
Я села в машину герцога. Он тронул водителя за плечо тростью, и машина поехала.
— Как думаете, кто поддержит наследника в совете? — спросила я.
Якоб задумался.
— Я думаю, что на поводу у наследника может пойти Карл. Они старые друзья с наследником.
Я усмехнулась. Карлу от силы шестьдесят, а Максимилиану почти двести. Всё, что их может связывать — любовь к охоте и диким развлечениям.
Мы подъехали к императорскому дворцу. Мне тут приходилось бывать очень часто. Работа приводила меня в старый дворец довольно часто. Большое красивое сооружение из удивительного гранита голубоватого оттенка, который создавал ощущение ажурного облака, опустившегося на землю. Рядом был разбит уникальный регулярный парк. Вейяс находился на юге государства. Тут всегда было тепло и солнечно. Только один месяц шли проливные дожди, которые загоняли всю публику по домам, а те, у кого есть загородные дома, уезжали из негостеприимной столицы.
Дворцовый парк поражал своими красотами. Дорожки, выложенные белым камнем, фонтаны, построенные бездну лет назад и подсвеченные разными огнями. Здесь устраивали когда-то довольно шумные балы, но это было во времена молодости нашего теперь уже покойного императора.
Якоб повёл меня в большой кабинет правителя. Сюда приходил в основном послы. Нам здесь бывать не за чем. Прежний правитель принимал герцогов в небольшом сером кабинете, лестница из которого выходила в парк к тайной калитке. Посередине большой комнаты стоял стол с витыми золочёными ножками. Рядом несколько кресел. Вдоль окон несколько маленьких столиков и кресла. Стены отделаны дорогущими гобеленами, но меня впечатлило не это. На столе стояла большая малахитовая чаша. Я схватился за висок.
— Уберите эту гадость отсюда, — сказала я, не замечая ни наследника, ни остальных герцогов.
Максимилиан посмотрел на меня с насмешкой.
— И что вы хоти те отсюда убрать?
— Артефакт подчинения, — сказала я. — Эта чаша мощнейший артефакт. Вы так не уверены в себе?
Остальные герцоги зашумели, но принц не собирался отступать. Тогда я подошла к столу и выкинула её за окно. Дышать тут же стало легче.
— Я заставлю вас заплатить за это, — прошипел Максимилиан.
Меня поддержал Филипп.
— А у меня тот же вопрос, принц. Вы так не уверены в себе, что притащили сюда это?
Максимилиану пришлось остановиться. Он посмотрел на всех и вскинул руки.
— Пусть будет, по-вашему. Я ничего не боюсь, но… Словом, я не знал о том, что это подчинение. Мне сказали, что он помогает правителю.
Я посмотрела на принца, но он не обращал на меня внимания. Герцоги расселись в кабинете и смотрели на потенциального наследника с напряжением, даже его друг Карл и тот старался не показывать всегдашнего умиления. Я села в кресло и посмотрела на Максимилиана с напряжением.
— Итак, уважаемые герцоги, мой отец сегодня был убит. Я считаю, что расследование этого происшествия должно быть самым тщательным. Герцог Георг, это ваша задача.
— С чего бы это? Гвардией и следствием занимается герцог Сайман. Я судья, а не следователь.
Сайман покосился на меня, а потом посмотрел на наследника. Между нами нет особой дружбы, но и ссорить нас не стоит. Интересы у герцогов в этом случае едины.
— Я прослежу за тем, чтобы расследование убийства императора было наиболее честным.
Сайман посмотрел на меня и улыбнулся. Я смотрела на принца и никак не могла понять, зачем он ссорится с герцогами.
— Это хорошо, — сказал Максимилиан и покосился на молчавшего Карла. — Я предлагаю установить трёхмесячный траур по погибшему императору. Перед коронацией я хочу получить от вас отчёты о работе ваших ведомств.
Герцоги переглянулись, а я сказала:
— У меня проблем нет. Ежемесячный отчёт я вёз императору. Могу отдать вам.
Я протянула папку с документами.
— Там есть предложение. Выпускать обобщение судебной практики, чтобы не нужно было некоторым судьям по голове стучать.
Принц посмотрел на меня внимательно, а потом усмехнулся.
— Не спорю. Это было бы интересно.
Он забрал от меня папку и кинул на стол. У меня мелькнула мысль, что это так и останется тут лежать. Никто не будет читать нудные отчёты о работе судов. Остальные отвечали на вопросы уклончиво. Это совещание выливалось в банальную болтовню ни о чём. Я рассматривала своих коллег и старалась не смеяться. Я подумала, что принца они примут. Постараются надавить на него, чтобы сохранить свои привилегии. Но иного выхода у нас нет. Представители прежней династии никого не устроят, да и превратились они в редкий паноптикум уродов.
Герцог Якоб постоянно косился на меня, но я молчал. Разговора о том, что кто-то из нас мог быть причастен к смерти правителя, не было. Мои мысли высказал Атуан:
— Принц, вы обязаны подтвердить наши привилегии. Ни вы, ни ваш родитель не давали нам титулы и земли, так что наши вольности должны остаться незыблемыми. Не забывайте, что это мы даём большую часть богатств империи, наряду с правящей семьёй.
