Если мисс Федерингтон все же удастся довести до алтаря одного из братьев Бриджертонов, это наверняка будет означать конец того мира, в котором мы живем, и автору этих строк придется немедленно оставить свое ремесло или расписаться в своем полнейшем невежестве».
Похоже, даже леди Уистлдаун осознавала всю тщетность надежд Пенелопы, связанных с Колином.
Годы шли, и как-то незаметно Пенелопа перестала быть дебютанткой. В один прекрасный день она обнаружила, что сидит среди компаньонок, наблюдая за своей младшей сестрой Фелисити – единственной из своих сестер, одаренной от природы красотой и обаянием, – наслаждающейся первым лондонским сезоном.
Колин пристрастился к путешествиям и проводил все больше времени вне Лондона. Не проходило и пары месяцев, чтобы он не отбыл в том или ином направлении. По приезде в Лондон, что случалось не часто, он всегда находил для Пенелопы доброе слово и улыбку, приглашал на танец, а она притворялась, будто ничего не случилось, будто он никогда не произносил слов, разбивших вдребезги ее мечты.
Между ними установились если не дружеские, то непринужденные отношения. Да и на что еще могла рассчитывать двадцативосьмилетняя старая дева?
Безответная любовь – нелегкое бремя, но Пенелопа Федерингтон привыкла к нему.
Глава 1
Матери, мечтающие пристроить своих любимых дочерей, ликуйте: Колин Бриджертон вернулся из Греции!
Для тех читателей, кто прибыл в Лондон лишь в этом году, сообщаем, что мистер Бриджертон – третий из восьми знаменитых отпрысков Бриджертонов.
Хотя мистер Бриджертон не имеет титула и вряд ли обзаведется им когда-либо (он седьмой в списке претендентов на титул виконта Бриджертона, следуя за двумя сыновьями нынешнего, виконта, старшим братом Бенедиктом и его тремя сыновьями), он тем не менее считается завидной партией, благодаря своему состоянию, внешности, атлетической фигуре и, более всего, редкому обаянию. Сложно, однако, предсказать, обретет ли он супружеское блаженство в нынешнем сезоне. Хотя в свои тридцать три года мистер Бриджертон вполне достиг брачного возраста, он никогда не выказывал интереса ни к одной девице надлежащего происхождения и, что еще более усложняет дело, имеет чудовищную привычку внезапно покидать Лондон, отправляясь в экзотические страны.
«Светские новости от леди Уистлдаун», 2 апреля 1824 года
– Ты только послушай! – взвизгнула миссис Порция Федерингтон. – Колин Бриджертон вернулся!
Пенелопа подняла глаза от вышивания. Ее мать сидела в кресле, вцепившись в «Светские новости» так, как сама Пенелопа могла бы вцепиться, скажем, в веревку, свисая с обрыва.
– Знаю, – отозвалась она.
Порция нахмурилась. Она терпеть, не могла, когда кто-нибудь узнавал последние новости раньше ее.
– Откуда? Я велела Брайерли откладывать газету для меня и не позволять никому…
– Я не читала газету, – перебила ее Пенелопа, не дожидаясь, пока мать набросится на несчастного дворецкого. – Мне сказала Фелисити. Еще вчера. А ей сказала Гиацинта.
– Твоя сестра проводит слишком много времени у Бриджертонов, – произнесла Порция многозначительным тоном.
– Как и я, – заметила Пенелопа, гадая, что та имеет в виду.
Порция задумчиво постучала пальцами но подбородку.
– Колин Бриджертон в том возрасте, когда пора подумать, о браке.
Пенелопа с недоумением посмотрела на мать:
– Колин Бриджертон никогда не женится на Фелисити!
Порция пожала плечами:
– И более невероятные вещи случались.
– Что-то я не замечала, – пробормотала Пенелопа.
– Женился же Энтони Бриджертон на Кейт Шеффилд, а ведь она была еще менее популярна, чем ты, – проговорила Порция Федерингтон, видимо, полагая, что польстила своей дочери, сказав, что та была не самой непопулярной девушкой сезона.
Пенелопа поджала губы. Комплименты ее матери имели обыкновение жалить, как осы.
– Не подумай, что я тебя в чем-то упрекаю, – продолжила Порция, изобразив сочувствие. – Честно говоря, я даже рада, что ты осталась старой девой. У меня никого нет в целом мире, кроме дочерей, и утешительно сознавать, что одна из них будет заботиться обо мне в преклонном возрасте.
Представив себе будущее, нарисованное матерью, Пенелопа ощутила непреодолимый порыв сбежать из дому и выйти замуж за трубочиста. Хотя Пенелопа давно смирилась с участью старой девы, почему-то она всегда полагала, что будет жить в своем собственном уютном коттедже, возможно, у моря.
Но в последнее время Порция стала поговаривать о своей старости и о том, как удачно вышло, что Пенелопа сможет позаботиться о ней. Не важно, что Пруденс и Филиппа вышли замуж за состоятельных мужчин и имели достаточно, средств, чтобы обеспечить своей матери, всяческий комфорт. Не говоря уже о том, что Порция обладала собственным, хоть и скромным, состоянием. Когда она выходила замуж, четверть суммы, полученной ею в качестве приданого, была положена на ее личный счет.
Нет, когда Порция говорила о «заботе», она имела в виду не деньги. Ей нужна была рабыня.
Пенелопа вздохнула. Пожалуй, она слишком сурова к своей матери, даже если только в мыслях. Увы, это происходит слишком часто. А ведь мать любит ее. И она платит ей тем же.
Честно говоря, ее мать способна вывести, из себя даже самую кроткую, из дочерей, а она, Пенелопа, что уж тут греха таить, бывает склонна к сарказму.
– Почему ты считаешь, что Колин не женится на Фелисити? – поинтересовалась. Порция.
Пенелопа вскинула на нее удивленный взгляд. Напрасно она полагала, что эта тема исчерпана. Ей следовало бы лучше знать свою мать. Та обладала поистине мертвой хваткой.
– Ну, – медленно произнесла Пенелопа, – начать с того, что она на двенадцать лет моложе.
– Фи! – Порция небрежно махнула рукой. – Это не имеет, значения, и тебе это отлично известно.
Пенелопа нахмурилась и тут же вскрикнула, уколовшись иголкой.
– К тому же, – продолжила Порция в блаженном неведении о чувствах дочери, – ему, – она помедлила, пробежавшись взглядом по заметке в газете, – тридцать три. Как же тут избежать разницы в возрасте? Ты же не думаешь, что он женится на ком-то твоих лет.
Пенелопа пососала уколотый палец – не слишком изящный жест, но ей просто необходимо было чем-то занять свой рот, чтобы не брякнуть что-нибудь злобное и непростительное.
В сущности, ее мать права. В высшем обществе многие мужчины, если не большинство, предпочитали жениться на девушках моложе их лет на десять, а то и больше… Но почему-то разница в возрасте между Колином и Фелисити казалась ей чрезмерной, почти неприличной…
Пенелопа не смогла скрыть раздражения:
