Надеюсь, в полночь «бентли» не превратится в тыкву, подумала Нэнси с улыбкой.
Она взяла чемодан и спустилась в холл. Стронг уже ждал ее. Он выхватил чемодан из ее рук.
– Нэнси, что же вы не сказали мне, чтобы я помог вам?
– Он совершенно не тяжелый, – возразила Нэнси с улыбкой. – Но спасибо за заботу.
Иона и Фред тоже стояли в холле и ждали, когда Нэнси вспомнит о них.
Такое ощущение, будто я уезжаю навсегда, подумала Нэнси.
У Ионы было непроницаемое выражение лица. Невозможно догадаться, о чем она думает. Иона ни слова не сказала дочери о поездке. Однако Нэнси была уверена, что мать всем своим существом против того, чтобы она уезжала. Иона так и не смогла простить своему мужу измену. Хотя ее подруга уже полтора года как умерла после тяжелой болезни и Джеймс остался вдовцом, Иона ни в какую не шла с ним на контакт. Она действительно отказалась от его денежной помощи и запретила ему видеться с дочерью. Правда, если бы Джеймс был понастойчивее, то Иона смягчилась бы. Однако отец Нэнси предпринял только несколько попыток увидеть дочь, что, по мнению Ионы, было слишком мало. Единственным, что всегда напоминало Нэнси о том, что у нее все же есть отец, – это его подарки на праздники. Теперь же Иона искренне считала свою дочь предательницей. Слишком быстро Нэнси забыла о том, что отец почти не вспоминал о ее существовании все эти годы. Иона тоже в глубине души полагала, что Нэнси прельстилась богатым домом и яхтой.
У Нэнси же на этот счет было совершенно иное мнение. Она всегда мечтала о том, что у нее будет настоящая семья. И не важно, будут ли мать и отец вместе или нет: она, безусловно, понимала, что полное воссоединение семьи ждать абсурдно. У нее появилась наконец возможность увидеть отца. И будь он нищим, который просит милостыню, Нэнси все равно поехала бы. Хотя нельзя не признать, что ее самолюбию льстило то, что ее отец столь богат.
Фред же только тихо вздыхал. Он не хотел отпускать свою Нэнси, но и запретить ей тоже ничего не мог.
Нэнси поцеловала сначала мать, потом подарила долгий поцелуй Фреду и упорхнула. Она села в автомобиль и помахала им на прощание рукой из окошка. Нэнси повернулась назад и долго смотрела на свой дом, пока он не скрылся из виду.
– Не бойся, Нэнси, – заметив ее взгляд, сказал Стронг. – Ты же уезжаешь не навсегда.
Нэнси пожала плечами. В глазах ее не было грусти. Напротив, она воспринимала свою поездку как неожиданное приятное приключение.
– Я тоже недавно об этом подумала, – сказала Нэнси, улыбаясь. – Меня так провожали, чуть ли не со слезами на глазах, что просто смешно.
– Волнение твоей матери понятно, – кивнул Генри. – А Фред, по-видимому, искренне любит тебя.
– Ага, – подтвердила Нэнси.
– А ты его? – спросил Генри.
Нэнси пожала плечами.
– Конечно же я люблю его, – сказала она легкомысленно. – А кого же мне еще любить?
Нэнси заметила улыбку Стронга, но не поняла, что та означает.
– Расскажите лучше о моем отце, – попросила она.
– Что тебя интересует?
– Все. Можете начать с внешности.
– Ну, ты очень на него похожа, – сказал Генри. – Та же улыбка, тот же цвет глаз и ямочки на щеках.
– Мама всегда мне так говорила. И ей это не нравилось, – рассмеялась Нэнси. – А чем он занимается? Что за люди его окружают?
– Он всегда жутко занят. Руководить огромной компанией не так-то просто. Ну а люди… Все из высшего общества. Твоя сестра общается только с так называемой золотой молодежью.
– Сестра?! – воскликнула Нэнси. – У меня есть сестра?! Что ж вы молчали, я понять не могу?
– Разве ты не знала? – Казалось, Стронг удивлен не меньше Нэнси.
Нэнси покачала головой, с восторгом глядя на него.
– Чтоб мне лопнуть! Давайте же, не тяните резину, расскажите мне о сестре. Мы похожи?
– Ничуть, – сказал Стронг. – Она – копия своей матери.
– С ума сойти можно! – простонала Нэнси. – И я ничегошеньки не знала!
– Видимо, Иона решила, что тебе совершенно незачем знать о ней.
– Да, наверное, – согласилась Нэнси и уставилась в окно.
У меня есть сестра! Я только что обрела отца, а теперь выясняется, что в придачу к папаше получаю еще и сестру! Нет, ну не замечательная ли штука жизнь?
Спустя пятнадцать минут Генри Стронг начал поглядывать на Нэнси с беспокойством. Он уже привык к тому, что эта юная женщина не умолкает ни на минуту.
– Что с тобой, Нэнси? – осторожно спросил он. – Ты не рада?
– А? – Нэнси повернула к нему задумчивое лицо. – Нет, разумеется, рада. Просто я задумалась. Мне хочется как можно скорее всех увидеть. Не могу понять, что со мной происходит. Я растеряна. Вроде бы, с одной стороны, я в восторге, а с другой стороны… Я же их совсем не знаю: ни отца, ни сестру. А сколько ей лет и как ее зовут?
– Она младше тебя на три года, и зовут ее Ариэль.
Нэнси расхохоталась.
– Как русалочку?
Генри Стронг тоже улыбнулся.
– Это имя распространено у аристократов.
– Пф! Аристократы! А я тогда кто же? Деревенская простушка? Впрочем, так и есть. Я же даже не знаю этикета и говорю неправильно!
Стронг бросил на нее удивленный взгляд.
Вот как, значит, она и сама все прекрасно понимает. Что ж, это даже к лучшему. Так ее будет легче перевоспитать, еще не поздно. Может быть, из нее получится настоящая светская львица, если подойти к делу правильно. С таким темпераментом она будет пользоваться сумасшедшей популярностью в обществе.
– Но ведь ваша мать прекрасно знакома со всеми тонкостями этикета, она вела светскую жизнь до того, как… развелась с вашим отцом. Неужели она вас ничему не пыталась научить?
– Нет, она считала, что это пустая трата времени. Мама говорит, что светский лоск не принес ей счастья, а потому незачем знать все эти премудрости.
– Вы где-нибудь учились после того, как окончили школу?
– Конечно. Я училась в колледже, – сказала Нэнси и снова отвернулась к окну. Стронг понял, что разговор ей неинтересен.
Что ж, у нее будет время понять что к чему, подумал он. Но пусть теперь отец беседует с ней на все эти темы.
– Вот это домина! – воскликнула Нэнси, едва машина въехала в ворота. – Сколько же народу здесь живет?
– Только ваш отец и ваша сестра, – улыбнулся Стронг. – Ну и еще с десяток слуг.
– Хм… – неопределенно хмыкнула Нэнси. – Что-то мой папаша не спешит меня встречать.
Стронг пожал плечами.
– Наверное, он еще не приехал домой.
– Да уж, – не упустила возможности уколоть его Нэнси. – Вот что значит светское общество. В моем городке никто не позволит гостю чувствовать себя ненужным. Тем более родной отец.
Стронг сделал вид, что его не задело это замечание, и провел Нэнси в дом. Она осмотрелась. Огромный холл, высокий потолок, шикарная люстра…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
